Чтение онлайн

— Огласка нежелательна. Сообщение о гибели всеми любимой Фреи на фоне других недобрых вестей — вы прекрасно знаете каких! — вызовет панику. А нам меньше всего сейчас требуется подобное развитие событий, когда враг стоит у ворот.

В распахнутую балконную дверь влетел порыв ветра, с хлопком расправились алые флаги Союза и Геи, получившие свой цвет во времена, когда государь Мирогор завоевал Пограничную систему, величественные гербы на полотнищах открылись взору. Игнавус поглядел на них и сухо сглотнул.

— Нужно отыскать Серафиму, — продолжил он, когда ветер улегся, а флаги опали. — Она звонила мне прямо на церемонии, просила о срочной встрече. Ей что-то известно.

— Отдайте распоряжения службам, — слабым голосом произнес Калигула.

— Уже отданы, — склонил голову Игнавус.

— Требуются чрезвычайные меры безопасности в столице. Смерть Фреи — еще один акт диверсии против нас. Совершены дерзкие покушения на членов Великой Семьи! Не где-нибудь в провинции, а на Гее! Нужно немедленно найти, откуда исходит угроза! Немедленно!

— Без сомнений, господин президент, — согласился Игнавус — Наши спецслужбы уже занимаются поисками. Одновременно Служба общественной безопасности усилила охрану высших государственных и политических лиц. И, я полагаю, на данный момент этих мер предостаточно. Ибо существует другой, не менее, а то и более важный вопрос, который неотделим от последних событии… Бутылочное Горлышко. Ситуация вокруг него становится все сложнее. Враг подтягивает к границе новые и новые звездолеты.

Президент устало выдохнул.

Вступая в должность, которая даровала и новые возможности, и власть, и почести, он меньше всего задумывался, что размеренный уклад жизни галактического государства может быть подорван. Калигула в своем роде был человеком неординарным и даже талантливым, он разрешил многие сложные вопросы политического, экономического и социального характера. Но даже на миг он не мог представить, что в его правление случится событие, которое имеет страшное название, пришедшее из ветхих времен.

Война с Бездной.

— Делайте, Игнавус, что считаете нужным!

— Осмелюсь напомнить, господин президент, — опешил старик, — что я не силовой министр, а только советник. Но сегодня в столицу прибывает новый главнокомандующий армиями Союза — Михаил Балниган. Он назначен вами в соответствии с представлением Великой Семьи Деламура. На девять вечера в вашем расписании намечена аудиенция с ним.

— Сегодня у меня нет настроения для встреч.

— Но, господин президент… — Игнавус на мгновение потерял дар речи. — Вы обязаны встретиться с Балниганом. Вы должны сделать так, чтобы он прочувствовал серьезность положения, вы должны расставить приоритеты. Ведь он получит в руки огромную власть. Фактически станет вторым человеком в государстве! В настоящих условиях полномочия будут весьма широкие. В его Распоряжении окажется маневренность тысяч боевых кораблей, огневая мощь космических станций и крепостей, корпусы пехоты и десанта. Вы обязаны обратить его особое внимание на обстановку в Бутылочном Горлышке.

— Хорошо, — с неохотой произнес Калигула. — Я жду его в девять.

Заоблачные здания жались друг к другу. Вдобавок их густо оплетали дороги, переходы, монорельсы и подвесные сады, превращая деловой центр Геи в настоящие джунгли. Банки и корпорации расширялись преимущественно вверх, поэтому небоскребы достигли таких размеров, что планетарным техникам пришлось наращивать над ними атмосферу.

Пока лимузин скользил через джунгли делового центра, сквозь его соты и тоннели, Шахревар беспокойно крутил головой во все стороны. Чувственные сенсоры паладина не успевали отследить все потенциальные угрозы, исходящие от множественных зданий и автоматической техники. Лишь когда заоблачный район остался за хвостом, телохранитель вздохнул свободнее.

— Быть может, все это наши домыслы? — шепотом спросил его Антонио, очнувшийся после долгой паузы. — Наши кошмарные иллюзии? Невозможно представить, чтобы Фрея была мертва! Сейчас мы вернемся домой, а она там. Живая и такая же милая, как всегда. Ну, скажи?

Рыцарь не ответил, уставившись в окно. Антонио оглянулся на сиятельную дочь, которая сидела без движения в дальнем конце салона, не показывая лица из тени. Ее руки крепко сжимали укутанный бархатом шар. Ладони будто слились со святыней. С тех пор, как Серафима пришла в себя после обморока, она не проронила ни слова. Антонио представил, что творится сейчас в душе бедной девушки.

— Я тебя очень уважаю, Шах, — продолжил он. — Ты доблестный воин и могучий экстрасенс. Но, быть может, ты ошибся? Не было никакого сенобита за дверью?

— Я не ошибся.

— Но откуда ты знаешь. Из-за того, что он имитировал голос Фреи? Но ведь его легко подделать!

Не отрываясь от окна, словно не желая показывать лица, рыцарь ответил:

— Это был сенобит. Монстр, в основе которого лежит ужас Мертвых Глубин. От него исходил… запах свежей смерти. И еще от него пришло видение. Я увидел Фрею, хотя в первый момент не понял, почему распустились ее волосы, а глаза были затуманены… Она лежала под водой с открытыми глазами, а волосы шевелило подводное течение.

Антонио вдруг услышал над ухом сдавленное сопение, повернул голову и обнаружил рядом лицо наставницы, которая незаметно приблизилась к ним, вслушиваясь в разговор. Глаза ее были выпучены, верхняя губа подергивалась от возмущения.

— Как вам не стыдно замарывать свои уста разговорами о нечестивых созданиях, коих отрыгнули Нижние миры! Где ваша совесть?

— Моя совесть на месте, — ответил Антонио. — Но мы должны разобраться в случившемся и понять, что делать дальше.

— На нас лежит траур по безвременно усопшей матери и великой женщине, — яростно заговорила Гата. — Разговоры о демонах не должны осквернять его!

— Но ведь еще неизвестно! — возразил Антонио. — Зачем кому-то могло понадобиться убивать Фрею? Сейчас мы вернемся домой и…

Он не успел закончить, потому что со своего места неожиданно поднялась Серафима. Ее лицо появилось из тени: оно вспухло от слез, глаза покраснели. Но сейчас девушка не плакала.

— Они полагали, что ихор был передан моей матери, поэтому она… погибла. Когда стало ясно, что ихора у нее нет, они напали на меня. — Сиятельная дочь взглянула на шар, который держала в руках. — Им нужна святыня.