Чтение онлайн

Орк подошел к нему и, ухватив за шиворот, потащил за собой.

Они повернули за угол и оказались в широком коридоре перед закрытыми вратами. Резкая синева комбинезонов ударила в глаза, Даймон зажмурился. Здесь стоял весь конвой, не меньше дюжины гвардейцев вместе с сопровождаемым человеком. На плече каждого странное ружье с прорезью на конце ствола.

— Посмотрите на этого ублюдка! — произнес орк и бросил Даймона перед собой. Тот упал на колени.

Гвардейцы стали поворачиваться и с интересом разглядывали человеческого заморыша, который дерзнул пробраться на звездолет. Михаил Ганнибал обернулся вместе со всеми. И увидел на полу мальчишку с испуганными глазами. Еще один пленник. Такой же, как и он.

— Что-то он не похож на паладина, — сказал кто-то на беррийском языке, напоминающем воронье карканье.

— Ты ошибся, Брада! Это не человек, а звереныш.

— Посмотрите, с чем он пришел! — провозгласил Брада и потряс катаной. Гвардейцы громко заржали.

Из-за стен послышался рев включившихся двигателей. Корабль и в самом деле собрался взлетать.

Створка врат, перед которыми стоял конвой, медленно поплыла вверх. Короткая процедура идентификации произведена, гвардейцы могли двигаться внутрь корабля.

— Кончай с ним, Брада! Он нам не нужен! Был приказ конвоировать в Хель человеческого адмирала.

Несколько орков, стоящих напротив юноши, скинули с плеч ружья и направили на него прищуренные стволы. Расстрел угрожал исполниться прямо в тамбурном коридоре.

— Как ты собирался напасть на нас? — спросил Брада, наклонившись к пленнику.

— Отдай мой меч, — сквозь зубы процедил Даймон.

— На! — Брада бросил Могильщика на рифленый пол и отошел к своим собратьям. — А теперь покажи, как ты собирался разделаться с непобедимым взводом личной охраны тирана-повелителя Натаса!

Лязгнули взводимые затворы, посылая в ствол секущий диск. Тонкий и прочный, после выстрела он летит со скоростью молнии, прошивает броню, с легкостью режет кости и вспарывает артерии. Следом за первым отправляются еще две сотни, стоящие за ним в магазине. И нет спасения от неумолимой свистящей смерти.

— Оставьте мальчишку! — подал голос Балниган. — Он не воин, чтобы его расстреливать!..

Слоящий рядом орк ударом приклада сбил его с ног, а Даймон подобрал меч. Крепко обхватил обеими руками рукоять и приставил клинок плашмя ко лбу.

— Как тебе было в руках нечисти? — спросил он. — Прости, что обронил тебя. Прости мою неловкость. Больше этого не повторится. Ты слышишь меня, Могильщик? Я буду с тобой всегда!

Выстрелы из нескольких дисковых ружей прозвучали резким единым свистом. Стремительно вращающиеся бритвы вспороли пространство коридора.

Орки оторвались от прицелов и с удивлением обнаружили, что звереныш еще жив и даже не истекает кровью. Каким-то чудом он оказался в стороне и странно кружился, словно исполняя танец.

И они дали длинные очереди, перечерчивая ими коридор от стены до стены. Воздух взревел, диски застучали по настенным плитам… Но странное дело. Юноша с удивительным проворством ускользал от летающих бритв. Он как-то необычно прыгал, непонятно вращался. И никто не понял, как человек очутился прямо перед расстрельной командой.

Брада вдруг обнаружил его рядом с собой. Что-то мелькнуло перед глазами. Короткий толчок качнул гвардейца, но Брада не обратил на это внимания. Он сдавил курок, выпуская очередь прямо в незащищенную человеческую грудь… и понял, что нажимает на курок лишь в мыслях, потому как автомат уже рухнул под ноги, а из культей хлынула черная кровь.

Первым делом Даймон оставил без рук орка, который посмел прикоснуться к Могильщику. Он обрубил их вместе с ружьем, от дисков которого было уворачиваться труднее, чем от плазмы. Отплатив за меч, юноша хотел наброситься на остальных. Но двое орков, стоявших плечом к плечу, выпустили единую густую очередь, отсекая его от гвардейцев.

Если бы очередь попала в цель, то Даймон превратился бы в ошметки.

Он бросил тело в сторону.

И, хлестко взмахнув мечом, одним ударом снес головы обоим.

Бритвы все же задели его. Одна вспорола бок, три других оставили параллельные царапины на плече. Он понял, что должен двигаться быстрее. И в мрачном коридоре орочьего звездолёта возник неистовый вихрь.

Даймон летал по коридору, не слыша криков и тяжелых шлепков, когда срубал выступающие части тел. Элитные гвардейцы Натаса с суеверием подумали, что перед ними не человек, сотканный из плоти и крови, а призрак. Даймон кружил между орками, на время превратившись в демона смерти. Ни одного лишнего движения. Каждое движение было выверенным и расчетливым. Каждый взмах — это удар, хотя не всегда успешный. Иногда меч напарывался на броню. Но он тут же исправлялся и, находя бреши, моментально сносил запястья, предплечья, оставлял без ног и вонзался в щели. Воздух коридора мгновенно насытился черной пылью, взбрызгиваемой из распоротых артерий.

Сообразив, что дисковые ружья не приносят успеха, гвардейцы побросали их и вытащили длинные церемониальные кинжалы. На юношу посыпался град ударов. Накал битвы сделался нестерпимым.

Отбивая удары, рубя направо и налево, Даймон выкладывался без остатка. И когда напряжение достигло апогея, когда каждая мышца находилась на грани судороги, а каждый нерв натянут, точно струна, Даймон различил тихий голос…

— Я слышу тебя!

Слова, сложенные из свиста и шипения, были негромкими, но стояли над всем этим хаосом. В бешенстве схватки, не прекращая фехтовального танца, Даймон ответил наполовину мыслями, наполовину голосом.

— Кто ты?

— Это я… Я!

Открылся незащищенный латами коленный сгиб, и Даймон обрушил в него клинок Могильщика.

Хряк!!

Не удержавшись на одной ноге, орк рухнул на пол. Обрубок остался стоять, словно привинченный к полу.

Пораженный до глубины души, Даймон притормозил, чтобы лучше различить шепот.

— Осторожно! — закричал пленный адмирал.

Новый орк обрушил на Зверолова крепкий церемониальный кинжал. Юноша выставил блок, но сила удара такова, что его бросило на стену. Даймон быстро пришел в себя и ринулся вперед, выполняя один сумасшедший пируэт за другим. Меч описывал круги и чертил замысловатые зигзаги. Чувства вновь сделались тонкими и отточенными, а мышцы уже балансировали на грани паралича.