Атланта
Шрифт:
– У Венгера есть свидетели, которые клянутся, что во время нападения на тебя он играл с ними в покер.
Форчен поднял глаза.
– Этого следовало ожидать. Я больше не дам ему шанса, хотя Венгеру кажется, что он удачно завершил свое грязное дельце.
– Похоже, именно так он и думает. Со мною был Эдвин, а он – самый лучший сыщик в штате. Кавалри всегда хорошо знал свое дело. Именно он и нашел тебя.
– Черт возьми, ты не знаешь, как это удалось ему?
– Ты был недалеко от города… Да, лихорадка у тебя уже прошла. Каждый день тебя осматривает док Розенкранц.
– Я совсем обессилел и все бы отдал за чашку крепкого кофе.
– Нет ничего проще… Форчен, он хотел убить тебя. Ты бы умер, если бы не твое упрямство и сила… После выздоровления тебе нужно уехать из города. А пока тебя не уволят, кто-нибудь из нас всегда будет рядом с тобой.
Форчен опустил ложку и спокойно посмотрел на Аларика.
– Я не собираюсь прятаться от Тревора Венгера, а наоборот – намерен убить его. Если мне удастся пройти к нему на завод, я пристрелю Тревора прямо в кабинете.
– Ты еще как следует не разобрался в том, что произошло. Если ты разделаешься с ним таким образом, тебя повесят. Ведь у него очень много друзей в городе. А если тебя повесят – ты никогда не увидишь своего сына.
Форчен нахмурился. Но то, что сказал Аларик, было правдой. О'Брайен задумался: «Действительно, если я хладнокровно убью Венгера, то меня повесят…»
– Тебе никогда не поймать его в одиночку. Тем более, без надежного прикрытия, как у него.
– Возможно, ты и прав.
– Я знаю, что прав. Мы с Тобиа следили за ним: он никогда не появляется один на улице.
– Вам ни к чему вмешиваться в это дело, – выпалил Форчен. Он был очень благодарен своим друзьям, но не хотел подвергать их опасности. – Черт возьми, Тобиа Барр едва знает меня, к тому же у него маленький ребенок. Не нужно, чтобы вы впутывались в дела, которые вас не касаются.
– Этому человеку не удастся уйти безнаказанным за то, что он причинил тебе.
– Не впутывайся в это дело, Аларик. Также я поговорю с Тобиа, – серьезно сказал Форчен. – Ты и все остальные и так уже очень много сделали для меня.
О'Брайен наблюдал, как Аларик наливает ему кофе и ставит на поднос чашку.
– И кофе, и бульон очень горячие, но это пойдет тебе на пользу.
Форчен кивнул головой и, закончив есть суп, принялся за кофе. Как только Хемптон убрал поднос, О'Брайен поднялся с кровати. Держась то за край постели, то за крышку стола, он передвигался по комнате. Полковник чувствовал слабость и легкое головокружение, боль в спине не прекращалась. Пришлось вернуться в постель.
О'Брайен обдумал все, что сказал ему Аларик.
Он отомстит… Венгеру не удастся выйти сухим из воды.
Ему необходимо найти сына, поэтому не стоит рисковать. Необходимо как следует обдумать план мести. «Где же эта женщина? – размышлял Форчен. – Хорошо ли она относится к Майклу?» Этот вопрос мучил его все больше и больше.
Почему она взяла его с собой? Она молода и не замужем. Для чего ей понадобился Майкл, когда она могла бы выйти замуж и родить собственного ребенка? Для того чтобы найти ответы на все эти вопросы, нужно отыскать ее прежде, чем это успеет сделать наемный убийца.
ГЛАВА 4
Натчез, Миссисипи, май 1867 г.
В конце Силвер-стрит и Натчез-андер-зе-Хилл в доках стояли пароходы. Вдоль темноводной реки Миссисипи располагался ряд салунов. В одном из них в шумной прокуренной комнате мужчина исподлобья наблюдал не то за игрой в карты, не то за танцовщицей, изгибавшейся на узкой сцене.
Клер Драйден, придерживая подол зеленого атласного платья, высоко поднимала ноги, обтянутые черными чулками. Обычно она смотрела поверх голов сидящих в салуне мужчин, пытаясь не замечать их насмешливых выкриков в свой адрес и похотливых взглядов, устремленных на нее. Но иногда она опускала глаза, чтобы найти в толпе у сцены одно-единственное лицо.
Отыскать этого человека было несложно. Долговязый, худой, в очках и с густой черной бородой. Он вел себя не так, как все остальные посетители салуна. Клер, видя его, всегда начинала нервничать. Он интересуется женщинами вообще? Или только ею? Этот человек привлек внимание Клер тем, что ничего не делал, а только потягивал какую-то жидкость из стакана. Не аплодировал, не кричал, не бросал на нее плотоядных взглядов, как это делали все остальные. Он просто сидел, то ли слушая чей-то разговор, то ли подремывая. Но Клер видела его настороженный, внимательный взгляд из-под очков. Вот уже четыре вечера подряд он покидал салун, как только девушка заканчивала петь и танцевать.
Как и раньше, Клер начинали мучить нехорошие предчувствия. Она была уверена, что пора забирать Майкла и уезжать из города. Не стоит рисковать. Необходимо убежать немедленно, пока еще есть возможность.
Встряхнув головой так, что густые каштановые волосы, взлетев в воздух, рассыпались по плечам, Клер еще выше подняла юбку, показывая свои бедра. Мужчины закричали в диком восторге, затопали ногами и зааплодировали.
Из всех работ, которые были за прошедшее время у Клер, лишь работа танцовщицы приносила самые легкие и быстрые заработки.
Опустив глаза, она танцевала у самого края сцены. Высокий мужчина, сидящий в первом ряду был не просто посетителем салуна, хотя и приходил сюда уже четвертый вечер подряд. Он наблюдал за ней, но его взгляд не отличался от взглядов других мужчин – такой же похотливый и оценивающий.
Не переставая танцевать, размахивая юбкой, Клер ушла со сцены.
– Твоя очередь, – сказала она Сторми, исполнительнице похабных песенок.
– Ты здорово завела их, Пенси, – широко улыбаясь, сказала певица.