Чтение онлайн

– Железный Дровосек, доложите ситуацию! – крикнул он в микрофон.

– Противник численностью шестьдесят или более человек заблокировал нам дорогу, – ответил голос Гарнета, такой спокойный и ровный, как будто он сообщал о количестве голов скота в пасущемся стаде. – Мы под плотным огнем.

– Вас понял. Железный Дровосек. Как вы оцениваете перспективу выполнить ваше задание и захватить электростанцию?

– Негативно. Продолжать наступление не имеем возможности из-за высокой точности огня противника. Это не садовые сторожа, а опытные снайперы, и они знают свое дело. Волшебник, если сможете прислать нам подкрепление, чтобы отвлечь их, тогда мы попытаемся взять баррикаду обходом с фланга.

– Отставить, Железный Дровосек. – Клири знал, что разведка – элитные бойцы морской пехоты. Если они не могут наступать, никто не сможет. – Мы тоже остановлены огнем противника численностью не менее ста восьмидесяти человек, и подкрепление вам выслать не можем. Повторяю, подкрепление выслать не можем. Выходите из боя как можно скорее и идите на соединение со Львом.

– Понял вас, Волшебник. Начинаю отход.

Находясь со своими морпехами на простреливаемой вдоль и поперек позиции, Гарнет тем не менее здорово разозлился, услышав от командира, что не только не может рассчитывать на подкрепление, но еще и отойти должен, а потом разыскивать Клири и отрад Шарпсберга в этом чертовом лабиринте. Но ни разу в голову лейтенанта не закралась мысль нарушить приказ и продолжать атаку. Штурм баррикады, защитники которой втрое превосходили численностью его группу – да еще в лоб и по простреливаемой местности, – верное самоубийство. Конечно, Гарнету было обидно, что его «держат за мальчика», но в глубине души он сознавал правоту майора. У него не было иного выбора, кроме как начать отход, унося ноги и раненых из-под убийственного обстрела.

Джейкобса и его «котиков» звуки разыгравшегося боя и тревожные переговоры Клири и Гарнета застали на полпути. Лейтенант оценил ситуацию и погнал своих людей вперед в усиленном темпе, в надежде захватить центр управления с тыла и отвлечь силы защитников от Железного Дровосека и Льва. «Котики» находились уже в ста ярдах от здания центра, когда из-за угла появились два бронированных «снежных кота» и открыли огонь.

На глазах у Джейкобса упали замертво двое его бойцов. Взбешенный лейтенант выпрямился во весь рост и давил на спусковой крючок «спартана», пока из обоймы не выскочил последний патрон. Вовремя подоспевший сержант схватил Джейкобса, как щенка, за шкирку и отшвырнул за мусорный бак. Мгновение спустя по тому месту, где он только что стоял, полоснула ответная пулеметная очередь. Град осколочных ракет, выпущенных «котиками», временно остановил «снежных котов», но ненадолго. Не прошло и минуты, как тяжелые гусеничные машины снова поползли вперед.

«Котики» начали отход, ожесточенно отстреливаясь и виртуозно используя любое возможное укрытие. Внезапно откуда-то с тыла вынырнули еще два «снежных кота» и открыли шквальный огонь из спаренных пулеметов. Джейкобс вдруг ощутил, как в животе у него заворачивается тугой ком. Во рту скопилась горькая слюна, по щекам, несмотря на мороз, потекли струйки пота. От стыда хотелось застрелиться на месте. Их взяли в «клеши» классическим приемом, как каких-нибудь первогодков, понятия не имеющих о тактике современного боя. Единственным путем отступления оставался узкий переулок по левую сторону улицы. Лейтенант жестом приказал бойцам отходить туда, пропустил замыкающего и бросился следом, молясь только об одном – чтобы там не оказалось засады. Но переулок был чист – по крайней мере на протяжении ближайших семидесяти ярдов.

«Котики» неслись со всех ног, помышляя лишь о том, чтобы успеть добежать до поворота раньше, чем из-за угла покажутся «коты» и положат их всех прямой наводкой в спину. Джейкобс на бегу достал рацию и прерывистым, задыхающимся голосом доложил:

– Волшебник, говорит Страшила. Мы под огнем четырех бронированных «снежных котов». Нас взяли в «клещи». Отходим переулком, возможна засада.

– Страшила, у них есть тяжелое оружие?

– Пока не видно. В каждой машине один спаренный пулемет, пулеметчик и четыре автоматчика. Броня тяжелая. Наши осколочные ракеты им как слону дробина.

Клири заполз под лестницу, прикрываясь ею как щитом и развернул карту территории комбината.

– Страшила, сообщите свое местонахождение.

– Движемся по узкому проходу в сторону моря. По обе стороны тянутся одноэтажные блоки – то ли гаражи, то ли ремонтные мастерские. Находимся примерно в ста пятидесяти ярдах от центра управления.

– Страшила, через пятьдесят ярдов сворачивайте вправо и продолжайте движение между рядами баков топливного хранилища. Это боковая дорога к центру. Если она тоже не забаррикадирована, вы сможете зайти во фланг противнику, который прижал нас к земле и головы поднять не дает.

– Понял вас, Волшебник. Приступаем к выполнению. Кстати, что-нибудь бронебойное у нас в наличии имеется?

– У Железного Дровосека есть парочка ЛПР.

– Мне нужно четыре.

– Боец с двумя другими в рюкзаке отстал во время выброски.

– Железный Дровосек где-то в районе электростанции, мне до него не добраться, – недовольно буркнул Джейкобс. – И это не на него прут бронированные «коты», а на нас!

– Ситуация изменилась, Страшила. Железный Дровосек столкнулся с противником, троекратно превосходящим его в живой силе и огневой мощи. Я приказал ему отставить выполнение ранее поставленной задачи и отходить, чтобы сохранить людей. В ближайшие минуты он должен соединиться со Львом.

– Как объявится, передайте ему от меня, чтобы приготовил ЛПР заранее, потому что эти проклятые «котяры» наверняка будут висеть у нас на хвосте, когда мы к вам выйдем.

Мимо топливных баков Джейкобс с «котиками» проскочили благополучно, не напоровшись ни на засаду, ни на баррикаду. Поминутно сверяясь с картой, лейтенант повел своих людей вдоль длинной стены, которая вроде бы заканчивалась где-то неподалеку от фасада центра управления. Прикрытие казалось отличным и обещало неплохой шанс зайти во фланг охранникам, поливавшим непрерывным огнем группу Шарпсберга. Но не прошли «котики» и пятидесяти ярдов, как в спины им ударил шквал автоматных очередей.

Претворяя в жизнь «комбинированный» план Гуго Вольфа, группа охранников прошла по подземным туннелям и зашла в тыл ни о чем не подозревающим американцам – весьма действенный тактический прием, с которым им предстояло еще не раз столкнуться. Потеряв возможность продолжать обход с фланга, Джейкобс был вынужден пойти по линии наименьшего сопротивления и увести своих бойцов с линии огня в ближайший переулок.

Клири сменил позицию и лежал в укрытии в восьмидесяти ярдах от баррикады, преградившей путь к центру управления, разглядывая ее в бинокль и безуспешно выискивая слабое место в обороне противника. Не обнаружив такового, майор понял, что ему, как и Гарнету, ничего здесь не светит, но с отходом решил пока повременить. Если вовремя подойдут морпехи, а «котикам» Джейкобса удастся зайти во фланг защитникам баррикады, массированная атака с двух сторон вполне может принести желаемый результат.

Но где-то в глубине души уже пробились первые ростки сомнения: удастся ли выхватить угли победы из пламени пожара или всем им суждено сгореть в нем дотла?

Охранники дрались ожесточенно и отчаянно. Они знали, что дерутся не только за свою жизнь, но и за жизнь своих семей, которые ждут на борту «Ульриха Вольфа». Сам Гуго постоянно находился на переднем крае, в гуще битвы за центр управления, очень грамотно руководя своими боевиками и постепенно стягивая петлю-удавку вокруг штурмовой группы американцев. Четкость, с которой он отдавал приказы, отражала уверенность в победе и оптимизм. Разработанный им план воплощался в жизнь без сучка и задоринки, а сам Гуго выступал в завидной роли командующего, диктующего противнику свои условия боя. Осталось только довести дело до логического конца – загнать врага в мешок и уничтожить, как было им обещано Карлу.