Чтение онлайн

– То-то и оно, ёбаный мудозвон, – Любаня пошла быстрее, ускоряясь до постепенного бега (именно в тот жутковатый момент их и увидели украино-американские диверсанты), – что если бы я тебя не поймала за порочные яйца, ты бы предъявлялся наичестнейшим мужем на всём белом свете. Говорил бы, что любишь и жить без меня не можешь. И! Не дай-то мне Бог совершить какую бедовую глупость, непозволительный трах, ты объявил бы меня последней сукой, безнравственной блядью, – так?

– Вовсе не исключается, – согласился безответственный обольститель, бегая вокруг прямоугольной поверхности, – но сейчас-то чего говорить? Случилось то, что случилось, поэтому давай подумаем, как неприятный казус получше замять. Лично я предлагаю временный перерыв: встанем, поуспокоимся, а потом душевно обсудим.

– Душевно?! – предпоследнее слово явилось кое-кому случайным катализатором гормона адреналина; Шаловлёва вначале покраснела, потом побледнела, а после и вовсе сделалась какой-то пунцово-малиновой. – Ты совсем ебанулся? Ты серишь мне в ту самую нежную душу и предлагаешь мило беседовать – так, что ли, дрянной ушлёпок, тебя понимать?

– Вроде того?.. – продолжал беспечный прелюбодей настаивать на мирных переговорах; он понял, что злить разъярённую супругу не стоит, а лучше попробовать её успокоить. – Жить-то ведь хочется. Решим проблему с мёртвой Кристиной – закопаем её где-нибудь подальше, в непроходимой чащобе. И всё! Ни ты ни я не виновны… я в том смысле, за жуткое убийство судить никого не будут. Давай, Любаня, решайся! Личные неприятности обстряпаем после, когда уберём растерзанный труп. Хочешь, вообще, к хуям, впоследствии разведёмся.

Они нарезали не менее сорока кругов, оба прилично устали и двигались с каждым разом всё медленнее. Сейчас и тот и другая и вовсе остановились. Они стояли друг против друга, тяжело дышали, смотрели друг другу в глаза и мысленно обдумывали, как же всё-таки им поступить? После долгого бега неуёмная ярость в бесноватой женщине значительно поутихла, и она уже не выглядела столь кровожадной, как, скажем, получасом назад; в поуспокоенном мозгу начинали роиться рациональные мысли.

Одним днём ранее…

В элитном ресторане, расположенном в центре Керчи, сидят две возрастные женщины: Шаловлёва Люба и Андронова Карина, сорокалетняя особа, не очень красивая, но всё же приятная. Они являются лучшими подругами и делятся любыми секретами, и сокровенными, и постыдными, и особо интимными. Вторая дама выглядит намного круглее первой, не отличается отменной фигурой, зато представляется миленькой пышечкой. Обрюзгшая физиономия (заметно излишнее пристрастие к алкогольным напиткам) испещрилась преждевременными морщинами, хотя и не слишком глубокими, но всё же заметными; карие, близкие к чёрным, глаза кажутся чрезмерно подвижными и выражают активную жизненную позицию (когда больше всех надо); орлиный, с эффектной горбинкой, нос передаёт принципиальный характер; узкие, широкие, плотно прижатые губы напомажены карамельной помадой и выдают зловредные помыслы; пухлые щёки обладают эффектными, едва ли не детскими ямочками (они предполагают, что скурвилась она вовсе не до конца); черноволосая причёска отображается шикарными длинными прядями, спускающимися к полноватым плечам. Верхняя одежда представлена красочной толстовкой, чёрной коротенькой юбкой, однотонными сетчатыми колготками и в тон им изящными, с высоким подъёмом, туфлями. Сейчас она обозначилась загадочной мимикой, поближе, через накрытый стол, придвинулась к давней приятельнице и полушёпотом привлекает настороженное внимание:

– Слышишь, чего расскажу?..

– Давай, – согласилась миловидная рыжая дамочка, принимая похожее выражение; она также вытянулась немного вперёд и приблизилась едва-едва не вплотную, – чего там опять случилось?

– Во-первых, Любаня, – Андронова оглянулась по сторонам, словно переживала, что кто-то их сможет невольно подслушать, – ответь на простой вопрос…

– Какой? – не выдержала заинтригованная подруга, предполагая нечто из ряда вон выходящее.

– Твой благоверный, – подразумевался законный супруг; таинственная брюнетка сузила глазные щели практически до монгольских размеров, – завтра во внеплановую командировку случайно не собирается?

– Да… – предчувствуя завуалированный подвох, Шаловлёва напрягалась всё больше и больше, – у него в последнее время такое случается зачастую. Недавно его бизнес значительно увеличился, и теперь он вынужден, как ответственное лицо, мотаться по дальним объектам – проверять их на соответствие принятым нормам. Парочку раз я доехала с ним – вроде там всё нормально?

– Он специально брал тебя в нормальные командировки, когда они соответствовали реальной действительности, – любительница алкогольных напитков отхлебнула заказанный вторым бокалом слабый коктейль и зашептала значительно тише: – Потом, под предлогом дальних поездок, Геннадий набаловался и начал тебя беспардонно наёбывать.

– Объяснись?.. – становилось очевидно, что другая собеседница легонько нервно подрагивает; она отобразилась растерянной мимикой. – Уж не хочешь ли ты, Кара, сказать?.. – обратилась она по сокращённому имени, но договорить ей позволено не было.

– Вот именно! – заранее подтвердила Карина крамольную мысль, готовую сорваться с миленьких губ; она отхлебнула значительно больше. – Он тебе предательски изменяет. Снимает смазливых девочек, слабых на передок, привозит в какое-нибудь безлюдное место и беззастенчиво трахает. Видимо, тебя ему не хватает?

– Нет, гораздо хуже! – воскликнула Люба неосмотрительно громко, чем привлекла внимание ближних соседей. – То-то я заметила, что последнее время у нас не случается совместного секса, – мы практически не ебёмся, – разъясняла она гораздо тише, но с негодующей подоплёкой, – так, раз в три месяца, по милосердному обещанию. Вначале я думала, что у него обычный мужской простатит. Являясь женщиной ненавязчивой, скорей сострадательной, я щадила его мужеское достоинство и ни словом ни делом не напоминала о страшной проблеме. Теперь ты навеяла на меня большие сомнения и, сопоставляя некоторые неочевидные факты, я подозреваю – глупая дура! – что доверительно ошибалась. Какая же я ебанутая идиотка?!

– Не переживай, Любаня, – успокаивала отзывчивая подруга, возмущённая нисколько не меньше; она допивала третий бокал, – давай-ка лучше подумаем, как вывести поганого мерзавца на чистую воду и как доказать ему развратное поведение. У меня есть тайная информация и неплохая идея, – она уже не шептала, а говорила развязным, изрядно пьяненьким, голосом.

– Какая?! – загорелась вторая заговорщица огненными глазами; она состроила настолько гневную мину, что любого бы повергла в тревожное чувство, но только не пьяную женщину (та и сама отобразилась не менее злобной гримасой). – Если удастся поймать его за грязную жопу, – подразумевалось «развратную», – я ему елду похотливую, на хуй, отрежу. Давай излагай – я внимательно слушаю.

– В общем, засиделась я тут на днях в одной приличненькой забегаловке, – Андронова немного смутилась и опустила книзу пристыженные глаза (хотя и пила последние десять лет по-чёрному, беспрерывно, едва ли не каждый вечер, но почему-то пагубной привычки невероятно стеснялась?); пьяная, она быстро взяла себя в руки и вернулась к нормальной беседе: – И знаешь, что вижу?

– Нет, – честно призналась заинтригованная приятельница; она зарделась смущённым взором, готовая к самому неприятному.