Аукцион (пьеса)
Шрифт:
(Все затыкают уши.)
Дама: А что я вам говорила. Все прохожие сбегались послушать! Конечно, из них попадались неблагодарные, не умеющие ценить прекрасную песню. И здоровье у него – будь здоров! Вам бы такое! Он еще и вас, и ваших праправнуков переживет!
Эмансипатка: Да уж, с такой нервной системой, пожалуй.
Бизнесмен: И с такой наглой рожей.
Дама: А вы говорите – стольник! Да я за стольник даже не смогу ему корм купить!
Пьяница: А зачем ему корм, если вы его того… собираетесь!
Дама: Именно, зачем! Кормить его всякой отравой! Еще неизвестно из какого мусора они этот корм делают! Вот придем, мой маленький, домой (гладит попугая) я тебе кашки сварю, маслицем сдобрю, молочком напою.
Попугай: Икра! Белуга! Марципан!
Дама: Икорка у меня тоже припасена к празднику. Двоем мы с тобой ее и раздавим.
Попугай: Ром! Мартини! Виски!
Дама: А по этому случаю, не грех и пригубить! А почему нет! Так все удачно сложилась! Мы вновь с тобой вместе. И все при нас. А эти плохие людишки хотели нас разлучить! Ну, уж нет, ни за какие дудки! Еще чего!
Попугай: Подлецы! Мерзавцы! Отщепенцы!
Пьяница(чешет затылок): М-да, братец, вот какая незадача. А ты мне так приглянулся. Но рому и икорки у меня нету, так уж не обессудь. Если только водочка. (Достает бутылку)
(Попугай вновь перелетает на плечо к пьянице.)
Дама: Ну, милый, зачем тебе травиться всякой гадостью? А я так и быть, куплю сегодня мартини.
(Попугай вновь на плече Дамы.)
Пьяница(выпивая водку): Эх, хорош напиток! И крепкий, не то что всякое сомнительное вино.
(Попугай вновь на плече у пьяницы.)
Дама: А я… Я сегодня рому куплю, дружок! Он еще крепче!
(Попугай вновь на плече у Дамы.)
Пьяница(наливая в крышечку): До рому еще дойти надо, а водочка… Она вот… Совсем рядом, любезная.
(Попугай – у Пьяницы)
Дама: А виски лучше!
(Попугай в смятении летает взад-вперед. Пьяница и Дама наперебой кричат. Попугай вылетает в открытую форточку. Повисло молчание. Наконец Дама срывается с места и бежит к окну. Становится на подоконник.)
Дама(кричит в форточку): Солнышко, зайчик, малыш! Ты куда! Вернись, крошка, ласточка, воробушек мой!
(Бежит к двери, пытается ее открыть, стучит кулаком. Вновь к окну. Пьяница помогает открыть окно.)
Бизнесмен: Э-ге-гей! При кондиках открывать окна запрещено!
Пьяница: Да заткнись ты, кондик!
Учительница: И впрямь нехорошо, женщина потеряла своего друга, а вы о каких-то кондиционерах заботитесь.
Обыватель: К тому же убытков у нее сколько. Ни тебе попугая, ни вознаграждения, ни даже сотенки.
Дама(рыдает): Какие убытки, какие кондики. Мой… Мой самый любимый, самый близкий, самый дорогой котик пропал. Вы бы знали только… Какой он… Какой… Вы бы только знали.
Парень: Имели честь знать. (Вздыхает). А я его, подлец, застрелить хотел.
Девушка: Пусто без него как-то.
Эмансипатка: Да уж! Никто доброго слова не скажет!
Пьяница: И выпить даже не с кем.
Бизнесмен: И поболтать.
(Все подходят к окну и дружно кричат: «Котик! Вернись! Ну, пожалуйста…»)
Дама(громко рыдая): Какой… Какой он был… Милый, веселый, озорной! Однажды гляжу – нет его, весь дом обыскала, обрадовалась даже, грешная. Думаю, ну нет, и слава тебе господи, хлопот меньше. А вечером выношу мусор, а ведро у меня в руках прямо ходит, туда-сюда. Испугалась я, открываю крышку, а в мусоре его головенка желтенькая торчит и хохолок в разные стороны. Такие недоуменные, широко открытые от удивления глазки. Я, подлая, тут же крышку назад захлопнула. Думаю, могла же и не заметить и выбросить, словно нечаянно. Но нет, не взяла грех на душу, отмыла его, высушила, а он, дурашка, тут же меня детоубивицей обозвал. Вот озорник! (Рыдает) А однажды, в Новый год елка загорелась. Ну, мы с гостями не чуем дыма, сами понимаете, небось праздновали новый год. А он как завопит на весь дом и крыльями меня хлоп по лицу, ну мы все в чем были и бежать от пожара, а про горемычного и забыли. Вспомнила про него только на улице. Ну, думаю, это уж точно судьба. Не я виновата, что сгорел он в пожаре. Но нет, не хватило подлости опять грех на душу взять. В горящий дом забежала, гляжу, а он сидит средь дыма, а на глазах слезки и крылышки уже чуток обгорели, улететь бедолажка не может, ну я за него и спаслись мы, а я его потом вылечила. Так он, проказник, меня потом долго пьяницей и блудницей обзывал, а еще этим… Как его… Геростратом… Не знаете чего это такое? (Рыдает).
Обыватель: Да уж… Чего тут скажешь. Пропадет на свободе. Птица то непривычная. А к свободе нужен особый иммунитет. И голова на плечах. Эх, пропадет, горемычный. (Снимает кепку).
Учительница: А может он еще вернется? Вы не отчаивайтесь. Дорогу он знает. Птицы всегда знают дорогу домой. И кто сказал, что птицы любят волю?. Ее любят те, кто не знает дома… И клетки.
Пьяница: А если чего… У меня тут корешей много. На каждом углу по корешу. Так что я организую команду по поискам. Вы не волнуйтесь. Поставим в каждом углу по крышке, нальем водки, куда-нибудь да заглянет.
Дама(с надеждой): Я рому куплю! Зачем ему милому водкой травиться.
Бизнесмен(чешет затылок): Ну чего уж там. Нужно правде в глаза смотреть. В наших рядах поредело. На одного покупателя и продавца меньше.
(Дама садится в уголке и тихо плачет. Обыватель разливает чай).
Обыватель(приносит чашку Даме): Выпейте чайку. Успокойтесь.