Чтение онлайн

— Хорошо… — сказал он по-португальски и, повернувшись, вернулся в зал.

Масако стояла одна возле автомата с водой и курила. Ее подруги, та, которую все называли не иначе как Шкипер, и другая, полная, еще не появились, так что поговорить ей было не с кем, и с тех пор, как симпатичная, Яои, перестала ходить на работу, Масако изменилась, стала другой, как будто сознательно отрезала себя от всего и всех. Дрожа от охватившей его злости, Кадзуо направился к ней.

— Масако-сан. — Женщина повернулась, и ему стоило немалых усилий выразить то, что он хотел, на японском. — Вы рассказали им?

— Рассказала им что? — Она сложила тонкие руки на груди и с неподдельным изумлением уставилась на него. — Что я рассказала? И кому?

— Полиция… Они здесь. Они пришли.

— Полиция? Зачем они пришли?

— Вы обещали, да? — пробормотал Кадзуо и умолк, продолжая смотреть ей в глаза.

Она сжала губы, но ничего не сказала. В конце концов Кадзуо отвернулся и, понурив плечи, поплелся в раздевалку. Ему грозит арест, потеря работы и, возможно, высылка из страны, но больше всего угнетала мысль, что Масако так легко нарушила данное слово.

Раз уж они намерены допросить его в полночь, то, наверное, лучше переодеться уже сейчас, чтобы не терять времени потом. Он нашел свою вешалку с рабочей формой и, сняв с шеи цепочку с ключом, аккуратно положил их в карман рабочих штанов — в цеху запрещалось ношение каких-либо украшений и прочих личных вещей. Напялив на голову синюю шапочку — их носили все бразильские рабочие, — Кадзуо вернулся в комнату отдыха. Масако стояла на прежнем месте, словно ожидала его. Она тоже успела переодеться, но торчащие из-под сеточки пряди позволяли предположить, что делалось это в спешке.

— Подожди.

Она попыталась схватить его за руку, но Кадзуо не остановился и прошел к офису. Если Масако выдала, то все кончено, дальнейшие испытания бессмысленны, а цель жизни утрачена. Тут он вспомнил ее прикосновение, тот краткий миг, когда ее пальцы дотронулись до его руки, и приказал себе собраться и отступить от края. То, что ждет за дверью, тоже испытание, решил Кадзуо, испытание, наложенное на него Масако, и он выдержит его, как выдержал предыдущие.

Дверь в ответ на его стук открылась почти сразу. В комнате находились двое, переводчик и детектив. Сердце заколотилось, и он, опустив руку в карман, сжал лежавший там серебристый ключ.

— Меня зовут Имаи, — представился детектив, показывая жетон.

— Роберто Кадзуо Миямори, — ответил он.

Детектив был высокого роста, со слегка скошенным подбородком и держался вроде бы дружелюбно, но его взгляд как будто вцепился в лицо Кадзуо.

— У вас есть японское гражданство? — спросил полицейский.

— Да, мой отец был японцем, мать — бразильянка.

— Вы, должно быть, пошли в нее, — рассмеялся детектив. Кадзуо холодно посмотрел на него, интуитивно чувствуя, что реплика не совсем безобидная. — Извините, что приходится отрывать вас от работы, но у меня есть к вам несколько вопросов. Я договорился с начальством, чтобы время нашего разговора было засчитано как рабочее.

— Понимаю, — сказал Кадзуо, внутренне напрягаясь и готовясь к худшему.

Но последующий вопрос стал для него полной неожиданностью и застал врасплох.

— Вы знаете Яои Ямамото? — спросил детектив.

Кадзуо растерянно посмотрел на переводчика, и тот ободряюще кивнул.

— Да, я ее знаю, — ответил он, все еще не вполне понимая, чего от него хотят.

— В таком случае вы знаете, наверное, и что случилось с ее мужем?

— Да, я слышал.

Но какое отношение это имеет к нему?

— Вы были знакомы с ее мужем? Встречались с ним когда-нибудь?

— Нет, никогда его не видел.

— А с самой Ямамото-сан вы разговаривали?

— Здоровался с ней иногда, вот и все. А в чем дело? Почему вы спрашиваете?

Переводчик, вероятно, не стал переводить вопрос Кадзуо, потому что детектив продолжил.

— Насколько нам известно, вы не работали в прошлый вторник. Пожалуйста, расскажите, чем вы занимались в тот вечер.

— Думаете, я имею какое-то отношение к тому, что с ним случилось? — снова спросил Кадзуо, обеспокоенный тем, что его пытаются втянуть во что-то такое, о чем ему совершенно ничего не известно.

— Нет-нет. — Полицейский покачал головой. — Мы всего лишь беседуем со всеми, кто был дружен с Ямамото-сан, и прежде всего с теми, кто не работал в тот вечер.

Все еще не понимая, чего от него хотят, Кадзуо попытался вспомнить.

— До полудня я спал. Потом ездил в Оидзуми-Мати. Остаток дня провел там, а когда вернулся, то лег спать. Около девяти вечера.

— А вот ваш товарищ говорит, что домой вы в тот вечер не возвращались, — скептически заметил детектив, заглянув в блокнот.

— Альберто просто меня не заметил, — запротестовал Кадзуо. — Он пришел с подружкой, а я лежал на верхней койке.

— И он вас не увидел? — недоверчиво спросил Имаи.

Кадзуо пожал плечами.

— Ему было не до меня.

Похоже, до детектива наконец дошло, потому что он весело рассмеялся.

— Значит, ваш приятель даже не обратил внимания, что в комнате есть кто-то еще?

Кадзуо смущенно кивнул и, пытаясь скрыть нервозность, скользнул взглядом по почти пустому помещению. На столах стояли компьютеры, аккуратно накрытые пластиковыми крышками. Поначалу, только прибыв в Японию, он тоже хотел научиться работать на компьютере, но в конце концов оказался здесь, на фабрике, где от него требовалось только одно: подвозить к конвейеру мешки с рисом. Стоило ли ради этого пересекать океан? Он как будто увидел себя со стороны — какая нелепая, абсурдная ситуация.

— И остаток ночи вы провели в своей комнате? — спросил детектив.