Аватар
Шрифт:
Спустившись с печи, я аккуратно обошёл спящих на полу родителей и остановился около светящихся статуэток.
– Выбирай осторожней, – женский голос за спиной заставил меня вздрогнуть, – помни: это на всю жизнь…
Обернувшись, я встретился взглядом со своей матерью. На удивление молодая и миловидная женщина сидела на полу вполоборота и внимательно следила за моими движениями.
– Кого выбирать? – хриплым от жажды голосом спросил я.
Не отвечая, женщина бесшумно вскочила на ноги и грациозно подошла к статуэткам.
– Гор… Ада… Юкон… Утан… – поочерёдно прикасаясь кончиком пальца к навершиям камней, перечислила мать, а статуэтки, словно живые, отвечали на прикосновения слабыми волнами света, – духи-покровители дома и ремёсел. Авель… Миак… Ратос… вечные спутники воина и охотника. Литус и Кай принесут мир и здоровье в твою будущую семью, – палец завис над последним камнем, светящимся чуть видным лазурным светом, – и Итан, покровитель рыбаков.
Обернувшись, женщина с теплотой посмотрела на мои глаза. На её лице отражалась целая буря эмоций. Была и боль, и радость, и облегчение. Словно она долго ждала и боялась этого момента.
– Ты должен сам выбрать свою судьбу, сын, – глухим шёпотом выдохнула мать и отошла в сторону, – только тебе потом нести ответ за своё решение…
На занятиях куратор рассказывал о системе божеств в этом мире. Это была сложная система духов-покровителей и богов. У них имелась своя иерархическая лестница, фракционная принадлежность и специфика. Тема эта сильно не раскрывалась, планировалось, что каждый геймтестер самостоятельно определит покровителя и составит отчёт о плюсах и минусах своего выбора. Но я точно помнил, что богов было гораздо больше, а значит, выбор стоило сделать не здесь и не сейчас.
Отступив назад, я отрицательно помахал головой. Принимая мой выбор, камни тут же поблекли, а мать чуть слышно всхлипнула в окутавшей дом темноте.
– Значит, уйдёшь? – сквозь слезы прошептала женщина и, закрыв руками лицо, разразилась настоящими рыданиями.
На полу беспокойно завозился просыпающийся отец. Я, стараясь не убиться, нащупал в темноте дверь и вышел на улицу. Игра была слишком реалистичной. Искренние слезы НПС действовали угнетающе. Присев на сырую от утренней росы землю, я с наслаждением набрал в лёгкие чистый лесной воздух. Чувствуя, как разгоняются остатки ночной дрёмы, я попытался дать оценку произошедшему и с каждой минутой всё лучше понимал, что сделал правильный выбор.
Это был обряд инициации. Прикоснись я к одному из камней на стене, я бы выбрал судьбу своих родителей. Жил бы в деревне, охотился, торговал, ухаживал за скотиной. А попытка покинуть дом вызвала бы откровенный отпор со стороны домочадцев. Пришлось бы научиться колоть дрова, ухаживать за ульями, а через пару дней снова утопиться в болоте, чтобы завершить первый этап испытаний и двигаться дальше. Так себе перспектива.
Однако теперь у меня есть официальная причина покинуть этот дом и возможность осмотреться. Собрать больше информации о социальном устройстве общества, посмотреть другие локации, приобрести дополнительные навыки и знания.
В игре присутствовала магия. Об этом не раз упоминал Михаил на занятиях. Вот только механизм приобретения магических навыков нам лишь предстояло изучить.
На всякий случай прислушавшись к внутренним ощущениям, я так и не смог ничего почувствовать. Пытаться использовать какие-то кодовые слова и вызывать внутренний интерфейс тоже бесполезно. Оставался единственный путь – добраться до тех мест, где эта магия практикуется, и получить необходимые навыки.
За этими размышлениями и застал меня отец. Бесшумно выскользнув на улицу, он стоял позади меня и сверлил меня недобрым взглядом.
– Значит, такова твоя благодарность, Дар? – почти прорычал мужик. – Я тебя растил, кормил, одевал. А ты вот так? Махнул ручкой и поминай как звали? Ты о матери подумал?
– Успокойся, Дир, – из дома вышла матушка и положила руки на плечи мужа, – неужели ты хочешь нашему сыну такую же судьбу, как и нам?
– А чем тебе наша жизнь не нравится, Лана? – вскинулся мужик. – Живём честно, пищу и кров нам боги дают, никто не хворает, дети здоровыми родятся… Вот только неблагодарными, – угрюмый взгляд словно плетью полоснул по моей хилой фигурке.
– Да разве это жизнь, Дир?! – вскрикнула Лана. – Посмотри по сторонам! Мы в лесу, словно звери живём! К людям только на ярмарку выезжаем. Да я волков чаще чем их вижу. Дар подрастёт, невесту ему где искать будешь? На медведице женишь или косуле? К нам же ни одна приличная дивчина жить не поедет.
Не в силах больше сдерживать эмоции, супруга мелко замолотила кулачками в широкую грудь оторопевшего мужа. Изумлённо выпучив глаза, мужик перехватил руки и сжал Лану в крепких объятьях.
– Тише… тише, шальная, – уже более спокойно зашептал он ей в ухо, – понял я твою печаль, не гневись.
Забившись в истерике, Лана беззвучно плакала, постепенно оседая на землю. Я искренне жалел эту женщину. Захотелось подойти и обнять, успокоить. Если у остальных геймтестеров игра началась с такой же сюжетной линии, вряд ли все дойдут до конца испытания. Дир перевёл взгляд на меня. Задумчиво крякнув, почесал широкой ладонью затылок.
– Уговорили, бесы, собирайся, прощайся с сестрой и матерью. Сейчас позавтракаем и сведу тебя на заставу к Ратобору, десятнику. Им служивые часто требуются, а коли нет, так уйдёшь с караваном в город…
Услышав решение отца, Лана тут же вытерла слезы и метнулась в двери. Из дома донеслись грохот посуды и недовольный голос Мары, тут же сменившийся возбуждёнными криками.
Молча постояв немного на улице, мы тоже вернулись внутрь. В свете коптящей лучины мать накрывала на стол. Из потаённых шкафчиков вынималась деревянная утварь, куски вяленого мяса и рыбы. В печи грелся на слабом огне массивный чугунок, накрытый деревянной плошкой.
– Братик, ты уходишь? – грустно ткнувшись лбом в мой живот, спросила Мара.