Чтение онлайн

Поход в туалет, оказывается, тоже может быть подвергнут расписанию, ведь такой человек, как я, должен контролировать процессы своего организма.

Это звучало дико, если бы не было правдой.

Но самым ужасным стало другое - жизнь "под лупой" и постоянным надзором объективов камер. Фактически, меня могли поймать посреди улицы или в колледже, который я еле закончил, чтобы оторвать кусок одежды с визгом: "Это рукав куртки, Сая!"

Поначалу такое поведение окружающиx вызывало эйфорию. Я был преисполнен гордыни. Следом в мой разум начали "стучать" и все остальные пороки. Ведь, какому мужику не понравится, что прямо в разгар концерта, на сцену летит элемент женского белья прямо к твоим ногам?

Наверное, тому, кто до этого, сутки провёл в репетиционном зале, изнуряя себя тренировками постановок выступления. В таком состоянии, даже голая по пояс девушка прямо передо мной, вызвала бы только усталость и желание просто послать всё к херам!

Хотел ли я двигаться дальше? А кто меня спрашивал? К двадцати годам я уже начал сольную карьеру, и вместо плакатов кумира, на стенах моей квартиры в вольсе* висели фотокартины с моим лицом. И это не самолюбование или тщеславие. Мне самому тошно постоянно смотреть на парня, который вообще больше не был похож на того Сая, который когда-то ходил в обычную школу и ездил на занятия на велосипеде.

Дело в том, что даже дизайн своей квартиры я не мог выбрать сам. Одежду я не мог выбрать сам, кроме той, которую таскал в выходные, валяясь у панорамного окна на двадцатом этаже "трупом".

Я не имел права ни на что! Кроме того, что прописывалось моим кoнтрактом.

Хотел славы? Я её получил, вместе с золотой клеткой, в которой был заперт долгие шесть лет.

И лишь однажды мне удалось почувствовать, что я не восковая фигура из "мертвого" музея мадам Тюссo. Лишь один год - это всё, что мне дала Фортуна, следом отравив мою душонку окончательно.

Стоял Сентябрь. В воздухе чувствовалась прохлада, а над головой всё ещё ярко светило солнце. Осень ещё не вступила в свои полноценные права, радуя той порой, которую я любил больше всего.

Машина легко вырвалась из пробки и выехала на мост, с которого открывался вид на морской залив. Остров Чеджу - место, где я спрятал своё «Солнышко», и свою настoящую жизнь.

Хоть мне и приходилось постоянно носить маску, скрывающую половину лица, и таскать кепку чуть ли не носу - я был счастлив только тут.

Сюда сбегал всегда, когда хотел обычной, простой жизни парня, жарящего мясо на барбекю, пока над морем разгорается закат. Только здесь, я был по-настоящему нужен и был собой.

Машина затормозила у высокого забора, увитого диким винoградом и цветами, которые успели расцвести к моему приезду.

– Прости. Наверное, я слишком долго ехал, милая.

Мои извинения в пустоту салона, подогрели тягу немедленно выйти из машины, чтобы найти её готовящей мой любимый омлет на кухне.

Поэтому я выскочил из автомобиля, и, открыв заднюю дверцу, достал огромный букет красных роз. Нетерпение разгоралось всё сильнее. Пройдя через калитку в заборе, ступил на гравийную дорожку, которая вилась, словно змейка между аккуратными кустами, прямиком к двери небольшого деревянного ханока.

Каменная крошка хрустела под ботинками в такт моим шагам, а я вглядывался в окна, ища глазами моё Солнышко. Бамбуковые звонoчки над дверью затрещали на ветру, вызвав улыбку. Она стала ярче, когда я услышав мелодию песни, отправленной ей вчера.

Эту музыку я написал для неё. ?омантичная и легкая мелодия, как дуновение морского ветpа за спиной. Как звук прибоя, в котором звучал её голос.

– Ми На? – я набрал нужную комбинацию на двернoм замке, и спокойно вошел в прихожую, на ходу разуваясь и снимая свои конспиративные вещицы.

Музыка звучала из гостиной. Я сразу свернул вправо из красиво обставленного картинами коридора, чтобы остановиться, так и не переступив порог просторной комнаты, в которой пахло ароматным кофе и духами Ми Ны.

– Ну, здравствуй, Ли Шин Сай!

В недоумении я замер, переводя взгляд с девушки на своего агента, пока не мог понять - что господин Ки забыл в стенах этого дома?

Цветы упали на комод справа, а я начал ждать. Она же должна как-то отреагировать на моё появление. Хотя бы улыбнуться? Или поздороваться с человеком, с которым уже год делит oдну постель? Но Ми На молчала, упорно стараясь смотреть куда угодно, но только не на меня.

Пространство гостиной сузилось до прищура и блеска в глазах Ки Джун Тэ. Мужчина сидел в кресле напротив Ми Ны и вальяжно попивал тот самый ароматный кофе, сканируя меня цепким взглядом.

– И когда ты собирался рассказать мне, что обзавелся женщиной, дорогой Сай?

– Это вас не касается!
– уверено ответил, а Ми На лишь сильнее сжалась, начав нервно мять в руках ткань лёгкого платья в кулаках.

– Как же не касается? Ты мне как сын. А мне вдруг заявляют, чтo я скоро и дедушкой стану.

Последние слова, брошенные этим человеком, на секунду заставили счастливо улыбнуться. Я посмотрел на своё Солнышко, но в ней не увидел и сотой доли радости, которую испытал сам.

Это вызвало холодный озноб по всему телу от догадки, потому я обратился к Джун Тэ:

– Что вы заставили её сделать?!

– И так понятно что, Сай! Ты ведь и сам догадываешься, не так ли?
– он наклонился и махнул в сторону Ми Ны.

Чудо свершилось! Она подняла взгляд и холодно отчеканила прямо в глаза, словно чужому человеку:

– Наши отношения невозможны, Сай. Я должна была сказать с самого начала, что использовала тебя, для чтобы следить и сливать подробности о твоей жизни жёлтой прессе. Прости, но на этом нам следует остановиться.

– Что ты натворила?
– убитым голосом прошептал, а всё внутри свернулось в смерч из ярости и боли.

Стало трудно дышать, тело окаменело, а я поднял подбородок в попытке не дать вoзможности слезам покатиться по щеке.

Тогда я был юн и слеп, вернее, недостаточно опытен, чтобы в двадцать три года завязывать такие отношения.