Айко
Шрифт:
В этот момент я снова услышала щелчок – звук донёсся со стола, где лежал оригинал сказки. И тут мне показалось, что книжка в моих руках стала чуть больше. Я протёрла глаза и зевнула.
М-да, наверное, просто устала за день. Пора спать, завтра дочитаю. Положив закладку на первую страницу, я выключила ночник и уснула.
Глава вторая. Внутри бамбукового стебля
Тук…Тук…Тук…Тук.
Я проснулась от стука. «Опять ремонт у соседей», – глаза были ещё закрыты, но мозг уже постепенно просыпался.
Д-р-р-р-р-р-р!
«Да ещё и дрель… Что это они ремонт затеяли? Только ведь сделали!»
Я решила укрыться с головой и почувствовала странный запах – это был запах дерева. «Что это с моим одеялом?»
Открыв глаза, я поняла, что это и не одеяло вовсе, а… лист, огромный лист бамбука!
Д-р-р-р-р-р-р!
Я повернула голову на свет и крикнула: «Мама! Папа! А где наше окно, и почему так темно в комнате, если уже утро?»
Окна и правда не было. Была просто дыра в стене, за которой мелькали какие-то тени. Я сдвинула лист одеяла, и села в кровати… Нет, это не кровать, это что-то жёсткое, тоже покрытое листом бамбука.
Я была босиком и никак не могла нащупать тапки. Поняв, что их нет, я встала и подошла к дыре, высунула голову наружу… И поняла: я – внутри бамбукового стебля, и передо мной было много таких же растений!
Если вы помните про мою болезнь, то уже знаете: она не дала мне испугаться – наоборот, всё было очень интересно. Я понимала, что, скорее всего, сплю, и мне снится сон о том, что это я – та самая девочка с Луны. Но сон был таким реальным, что, наверное, если бы могла, я бы уже запаниковала.
«Интересно: что будет дальше?»
Д-р-р-р-р-р-р!
«Хм, странно, если я в той самой сказке, то дрелей там быть не должно – их ещё не изобрели».
Я посмотрела наверх и пригляделась: небо было за стеклом, значит, я точно не на улице. «Так-так, погоди-ка, это же… оранжерея!»
И я засмеялась: ведь я уже год просила маму отвезти меня в оранжерею в Ботанический сад, а у нее всё не было времени. И с классом я так туда и не попала, потому что заболела именно в тот день, когда была экскурсия. Мне стало так смешно, что мой мозг придумал такой странный сон, что я хохотала в голос. Я смотрела наверх всё это время, а когда опустила голову, поняла, что прямо на меня смотрит дяденька с дрелью.
Глаза у него были как у рыбы. Это оттого, наверное, что он был сильно удивлён: из дупла дерева выглядывает крохотная девочка и смеётся. Ну, а я-то думаю, что это сон и смеюсь ещё громче от этой ситуации. И тут я решила напугать его: «Бу!» И дяденька от страха упал в обморок.
Он упал на спину, ударившись головой о кадку с бамбуком.
«Ой! Как-то он натурально упал. Ладно, пора просыпаться», – я начала бить себя по щекам и щипать за руки. Так учил папа: когда мы поздно возвращались с дачи на машине, он говорил, что боится уснуть за рулём, и просил его щипать.
Но я не просыпалась – и при этом ощущала боль, когда била и щипала себя.
«Это странно! Неужели я не сплю? Но как такое возможно?»
– Ты кто? – пока я размышляла, дяденька очнулся, поднялся и, держась за голову, заговорил со мной.
– Я-то кто? – мой напор испугал его ещё больше. – Я – Айко, а ты?
– Это что за имя такое – эльфийское, что ли?
– Не-а. Японское!
– Я слышал, что японцы небольшого роста, но, чтобы прямо такие крохи…
– Я не японка, я – русская! Просто у нас в семье любят всё японское, понимаешь?
– А-а-а. Ну, ОК!
– Что ты сказал?
– Я сказал: ну, ОК!
– Что такое ОК?
– В каком смысле? – удивился дядька.
– В прямом.
– Это… Ну, это что-то вроде «хорошо»! Но на американский манер.
– На американский? Ты что же, – засмеялась я, – шпион?
– Если все, кто говорит так в нашей стране – шпионы, то у нас вся страна шпионов.
– Неправда, я не слышала этого «ОК» ни разу.
– Странно, – недоверчиво сказал дяденька, – даже по телевизору и в кино так говорят. Хотя, что тут странного, если я стою посреди оранжереи и разговариваю с тобой. Ты же, вон, в дереве живёшь.
– Я не живу в дереве. Я живу на улице Чернышевского, дом четырнадцать, строение один, с папой и мамой, а тут я … просто во сне оказалась, ты мне снишься, и ты очень забавный.
– Так ты думаешь, что я – твой сон?
– Ну, конечно. И вообще, верить в чудеса, когда на дворе тысяча девятьсот восемьдесят первый год, очень странно и глупо.
– Как ты сказала?
– Я сказала: глупо!
– Нет-нет, какой год сейчас?
– Тысяча девятьсот восемьдесят первый.
Теперь смеялся уже мой собеседник, и меня это повеселило.
– Я рада, что ты себя уже хорошо чувствуешь.
– Кстати, да. Ещё пару минут назад у меня страшно болела голова. Неудивительно – так грохнулся!
– Так что же тебя рассмешило? – спросила я.
– М-м-м, как бы тебе сказать… Наверное, то, что сейчас уж точно не тот год, который ты назвала.
– И какой же, интересно знать?
– Вообще-то, две тысячи двадцатый.
– Ага, – засмеялась я ещё пуще. – А ты – инопланетянин?
И тут уже мы оба расхохотались.
– Нет-нет, куда мне, я – простой рабочий. У них тут в оранжерее проверка была, пожарники сказали двери сменить, вот я и занимаюсь установкой дверей.
– Ясно! Инопланетный рабочий!
– Слушай, а я ведь не шучу. Сейчас и правда две тысячи двадцатый, вот, посмотри.
Дядька вынул из кармана какой-то предмет, нажал на него и протянул мне. Предмет напоминал маленький плоский телевизор, я даже закрыла от неожиданности глаза. Открыв их, я увидела на экране дату: «29.05.2020».
– Это сегодняшнее число, – сказал дядька.
– Хм, а что это за штука у тебя в руках?
– Это телефон, кстати, неплохой: тут и вайфай, и НФС, и в игры можно поиграть.