Айлин
Шрифт:
Я подошла к окну, которое выходило в сад за домом. В отражении стекла я рассмотрела милую девушку в белом утреннем платье и изящной причёской. Она смотрела меня наивными голубыми глазами в обрамлении тёмных ресниц. Я слегка улыбнулась своему отражению, и оно подарило мне ответную улыбку.
Нда… только вот с милым супругом этот номер так просто не пройдёт. К сожалению, он уже немного знаком со мной, и не купится на милое лицо и губы сердечком. А нужно, чтобы купился…
Потому что я выдумала самую смешную мою шутку – заставить Стивена меня полюбить. Полюбить всем сердцем. Должно же оно у него быть? А потом - вот смеху-то будет – сообщить о том, что… как там заявила его маменька? Будто «ненавижу его всеми фибрами своей души»? Как-то так! Быть может, он не разделит со мной эту радость, но это уже будет неважно.
А то ещё может такое случиться, что… Моё сердце застучало, как бешеное. Точно! Он может согласиться на раздельное проживание! Конечно, просто думать об этом – сама по себе революция, хотя бы потому, что я сама только слышала об этом – когда супруги находятся в браке, поскольку разводы запрещены. Клятвы, произнесённые перед оком Великого, нерушимы, это так. Но есть пару существенных деталей…
Я так взволновалась от своих крамольных мыслей, что решила за лучшее выйти в сад и присесть в одну из беседок, увитых плющом. Так я смогу побыть в одиночестве без риска нарваться на какого-нибудь домочадца. Потому что я представляла, как выгляжу со стороны со своим очумелым видом и раскрасневшимися щеками…
Так, о чём это я? Раздельное проживание возможно. Чисто теоретически, конечно. Такая семейная пара не может вступить в иной брак, но у каждого из супругов может быть своё жильё, разный доход и интересы. Более того, они могут совершенно свободно жить и не вспоминать о существовании друг друга всю оставшуюся жизнь!
Разумеется, что храмовники осуждают такие отношения. Впрочем, они осуждают всё, что не попадает под Заветы Великого. Я презрительно хмыкнула и решила, что вот он – отличный шанс. Тут главное – не упустить его. И, когда я решу, что шутка со Стивеном удалась, попрошу его именно о раздельном проживании. Отец будет очень недоволен, ведь это страшный скандал, только вот больше он мне не указ. Он перестал распоряжаться мной как раз в тот момент, когда я по его приказу сказала: «Да!» в храме Великого…
Кроме того, мне стоит подумать и о том, как я буду содержать себя в дальнейшем. А это немаловажно, поскольку собственного состояния у меня нет – отец, конечно же, денег не выделит, а мать… про неё я вовсе ничего не знаю. Впрочем, не будем торопить события. Начнём с малого и будем строго придерживаться плана. Тогда у меня всё непременно получится. А под номером «1» на сегодня – просто позволить Стивену узнать меня немного лучше. Спешить мне совершенно некуда, как сказал дядя – у нас вся жизнь впереди.
***
Стивен
Стивен был зол, как никогда раньше. Нет, не на мать, которая бестактно решила поинтересоваться причиной того, по которой он предпочитает коротать ночь на диванчике в собственном кабинете вместо того, чтобы радоваться женитьбе на столь очаровательной молодой девушке.
Только на себя. За свою вспыльчивость, грубость… и самое главное – за то, что произошло на поляне близ большого тракта, когда он ехал свататься к дочери лорда Эйлбарта. Что тогда на них нашло – непонятно. И оправданий им не было, независимо от того, кто тогда оказался бы на месте Айлин. Низости их помыслов вообще невозможно было найти оправдания…
Поездка намечалась малоприятная, это так. Все они неоднократно слышали о том, что за «милый парень» - Эйб Гиллан. И потому ребята, услышав о высокой чести, которой удостоился Стив, не на шутку расстроились, конечно. Грег тогда едва не упал со стула от удивления, когда услышал о том, что его друг женится на леди из клана Маккармейг. Да и младший братец немного струхнул. Но они не отказались от того, чтобы сопровождать его в путешествии в Горы.
Мысли плавно вернулись к тому, что тогда произошло. «Чёрт, она никогда меня не простит за это! Странно, что я вообще, до сих пор жив. Думаю, что та славная шутка с цвайхантером в супружеской постели может быть не последней» - мрачно решил он, бродя по дорожкам сада.
Он усмехнулся и осторожно уселся на краешек большого камня возле искусственного озерца. Порез на заднице болел немилосердно, заставляя морщиться каждый раз во время неосторожного движения. Стивен слабо улыбался, когда вспоминал, как он спускался в тот день утром в столовую и с каким видом на него смотрели родичи его супруги. Хорошо хоть, решили держать свои мысли при себе. То, как он вообще оказался в покоях своей жены, он не помнил, но справедливо полагал, что Чарли с Грегом наверняка могут сказать на эту тему пару слов.
А ведь он планировал провести эту ночь в гостевых покоях, который любезно выделили для них лорд Эйб. Стивен был не совсем уж пропащим человеком и отлично понимал, что их первая встреча прошла так, что и врагу не пожелаешь. Да и вторая тоже подкачала, тут уж скрывать нечего. Потому-то он и решил просто так набраться базом во время празднования свадьбы, что необходимость подниматься в покои супруги пропала сама собой. Да вот не случилось…
Он с кряхтением столетнего старика поднялся с камня и побрёл в сторону дома, размышляя о том, что он должен сделать всё для того, чтобы Айлин хотя бы не смотрела на него с такой ненавистью. Это задача минимум. А как максимум…
Да, ну нет… о том и мечтать не стоит…
***
Ну, слава Великому! Наконец-то я решила сделать что-то дельное, а не просто плыть по течению. Я находилась в беседке и любовалась красивым садом леди Грейс. Чувствовался хороший вкус миледи и её природная умеренность. Даже не сомневалась в том, что садом занималась она сама, в каждом уголке чувствовалась забота и деликатное отношение к цветам, деревьям и кустарникам.
Покашливание отвлекло меня от познания себя, я повернулась и нахмурилась, увидев мнущегося супруга возле беседки.
– Ты что-то хотел мне сказать, Стивен? – недовольно поинтересовалась я.
– Да, я… я хотел бы попросить прощение за то, что так резко покинул вас сегодня утром. И за моих родителей тоже. Они, конечно, любят своих детей… но иногда их забота слишком навязчива и прямолинейна. Я прошу тебя не заострять внимания на слова моей матери. Разумеется, она знает далеко не всё, и её несколько удивляет… настолько натянутые отношения между нами.
– Вот как? – я встала, отряхнула с подола своего платья несуществующие пылинки и ехидно спросила – Неужели они думали, что я способна бросится в объятия к совершенно незнакомому мне человеку?