Чтение онлайн

Алекс прислонился лбом к шершавому стволу сосны. Родители не переживают смерти своих детей. Они уже дважды теряли сына. Сперва родного — Алекс не успел спасти Костика. Тот умер от передозировки наркотиков. Потом крестника и сына лучшего друга — Лёню Костромина.

Слишком часто Алекс волей-неволей наказывал родных людей, заменивших ему родителей, поэтому до последнего старался стать Барцевым сыном. И вот он снова ударил по больному — отнял у них Туманова. Пусть не настоящего, но другого Барцевы не знали. И даже когда-то подаренная им надежда в лице маленькой несчастной девочки не приносила Алексу облегчения. Особенно теперь, когда он знал об этой девочке так много.

Алекс задумчиво почесал бровь. Они дружили всемером…

Рассудительный и самый старший Игнат Крушинин — сирота, выращенный бабушкой-актрисой и дедом-генералом. Задиристый хулиган Кастет — Костик Барцев, вечно вляпывающийся в сомнительные истории; одна такая история его и погубила. Поляк — идеалист Димка Корсак, отец Айи; журналист по призванию. Сварог, он же Тимур Крутов, ребёнком чудом уцелевший в пожаре, но потерявший семью. Интеллигент Серёга Корзин; трусливый маленький мальчик, который и по сей день до конца не справился со своими страхами, хоть и стал успешным врачом. Лихач и экстремал Лёха Туманов — Шумахер. И Алекс, сын хирурга и судьи. Впрочем, в ту пору его называли Лёней. Он ненавидел собственное имя в ту пору, считал каким-то сопливым и не достойным настоящего мужчины. Поэтому охотнее откликался на Эльфа — прозвище, которым наделили его друзья. А когда ему пришлось окончательно стать Тумановым, старательно избегая напоминаний об имени, которое значилось в паспорте. Он никогда так и не стал Алексеем, раз и навсегда оставшись Алексом. Теперь снова Костроминым.

Дружба у них была странная — так и не связала всех воедино. Алекс особо не дружил с Шумахером, который хоть и был частью «великолепной семёрки» (так их называли окружающие), но так в неё и не вписался. Как и Корзин.

Серёга… Не думал Алекс, что после шестнадцати лет дружбы тот подставит его. Не верил, что Серёга, тот самый Серёга, с которым Алекс прошёл огонь и воду, так легко всё перечеркнёт. Зачем? Почему просто не пришёл и не поговорил? Неужели его обида оказалась сильнее? Или в его поступке крылись иные, неизвестные Алексу причины и мотивы?..

Шуршание шин отвлекло Алекса от размышлений. Он длинно выдохнул. Не любил вспоминать прошлое, но оно приходило само. Долгое время кошмарами и адскими болями в спине. Теперь вот какими-то урывками, кадрами немого кино.

На стоянке остановился серебристый Mercedes, из которого появился Игнат с сестрой Ольгой и племянником Даниилом. Парень невероятно походил на своего биологического отца в молодости: те же тонкие черты лица, что и у Шумахера, та же осанка, те же жесты. Да и характер унаследовал отцовский: взрывной, бесшабашный. Таким Алекс видел Шумахера перед уходом на войну, таким и постарался запомнить. Хотя в их последнюю встречу тот сильно изменился: посуровел, стал замкнутым, неулыбчивым. В желании обеспечить семью предал собственные идеалы и превратился из талантливого автомеханика и прирождённого гонщика в первоклассного снайпера. В наёмника, живущего от заказа до заказа.

Но Алекс сделал всё, чтобы никто не узнал, кем Шумахер стал на той грёбаной войне. На это ушло пятнадцать сложных, жестоких, страшных лет. И у него вышло. И вот пришло время отпустить Алексея Туманова, освободить его смутную душу. Отдать последнюю дань в благодарность за собственную жизнь.

Его сына Алекс вырастил, как своего, и Даня любил его, как родного. Впрочем, другого отца мальчишка не знал.

Алекс задрал голову к темно-синему небу, потер саднящую щеку. Уже приехали все, кого Алекс пригласил. Почти все. Отсутствовал лишь один человек.

Алекс мрачно улыбнулся. Из-за неё Алекс и устроил весь этот фарс с никому не нужным завещанием. Был уверен, что она не сможет проигнорировать его приглашение.

— И ты думаешь, она сбежит от молодого мужа ради вести с того света? — издевался Сварог, хотя сам же и надоумил Алекса на эту затею собрать всех в одном месте и воскреснуть, оценивая реакцию каждого.

— Уверен.

— Тогда ты кретин, Эльф, — смеялся Сварог, по привычке называя Алекса детским прозвищем. Как и тогда, когда неожиданно заявил Алексу год назад, что его «заказали». Год прошел, а такое ощущение, будто целая жизнь пролетела. Вся его чужая жизнь.

Сварог единственный, кто никогда не воспринимал друга Тумановым. Единственный, кто с самого первого дня убеждал Алекса, что Серёга Корзин непременно подставит, если узнает правду. Артём с Серёгой особо не дружили, частенько дрались по молодости. А потом неделями прохлаждались на больничных койках с очередным сотрясением или новым переломом. Ещё со школы, когда Сварог с Алексом повышали свой авторитет за счёт слабой малышни. Такой как Корзин. Поэтому Алекс относился к словам друга скептически. А зря; вышло именно так.

Леська сдуру рассказала своему ненаглядному, кем ей приходится Алекс на самом деле. Поведала и о его трудном детстве. Нет, она сохранила в тайне его истинное имя, но Серёга ведь не дурак. Нашёл-таки несоответствие в Леськиных откровениях с подлинной биографией Туманова, хотя их судьбы до определённого момента писались, как под копирку.

Шумахер, как и Алекс, в детстве пережил развод родителей и делёжку между отцом и матерью. Его так же воспитывал отец, который погиб в автокатастрофе. Только у Алекса отец погиб при аварии на шоссе, а у Шумахера — разбился в гонке. И жизнь с отчимом тоже была. Только в отличие от Алекса, которому отчим заменил родного отца, отчим Шумахера жестоко избивал пасынка. А он дурак никому не признавался, даже матери. Терпел, наивно полагая, что поступает как настоящий мужчина. А матери врал, что подрался в очередной раз. С четырнадцати лет он сам зарабатывал себе на жизнь и помогал сводной сестре больной ДЦП. Алекс же после смерти родителей и ставших регулярными запоев отчима заботился о Леське. Шумахер с утра до ночи вкалывал в автомастерской, мог собрать любой двигатель и мечтал стать гонщиком, как отец. Не судилось. Шумахер умер буквально на руках у Алекса. Нет, не так. Он умер у Алекса на плечах. Изуродованный ожогами и шрамами. Умер, так и не выполнив заказ. Пожертвовал жизнью ради того, кто никогда не был ему лучшим другом. А Алекс не только не сумел спасти его, но и украл его имя. И теперь Серёга мстил Алексу, что тогда в тех проклятых горах погиб его близкий человек…

— О чём задумался? — Алекс резко обернулся на голос. За спиной стоял коренастый мужик в чёрном макинтоше и фетровой шляпе. Сварог. Тот всегда умел передвигаться неслышно. Хищник, крадущийся к ничего не ведающей жертве. Отголоски армейского прошлого.

Алекс в ответ неопределённо пожал плечами, краем глаза наблюдая, как Корзин выбрался из машины и скрылся в стеклянном нутре высотки. Пусть идет. Алекс поднимется чуть позже, когда сможет нормально дышать. Расстегнул куртку, подцепил пальцем золотую цепочку, и на ладонь упало тонкое обручальное кольцо Айи. Вместо армейских жетонов, которые Тимур так и не вернул, сказав, что те оплавились, превратившись в кусок никому ненужного металла. Свою же “обручалку” Алекс отправил Айе вместе с приглашением нотариуса. А она просто променяла его на другого. Легко и беззаботно вышла замуж за того, чьей женой могла стать еще год назад, если бы не вмешался Алекс. Тоска мучительной болью сдавила грудь, осушила лёгкие, разорвала сердце. В один миг. Единой мыслью: «Она не пришла».

— Я так и думал, — кивнул Тимур, поравнявшись с Алексом. — Ты почему трубку не берёшь?

— Ты был прав, — севшим голосом произнёс Алекс.

— Нет, Эльф, я ошибся. В ней.

Алекс пристально всмотрелся в непроницаемое лицо друга. Дыхание перехватило от странного веселья в черных, как уголь, глазах Сварога.

— Что?.. — только и смог выдавить Алекс, ощущая, как грудь сдавило неясной тревогой.

— Похоже, Айя вышла замуж, чтобы найти сына.

— Сына… — эхом отозвался Алекс. — С чего ты так решил?