Бабник
Шрифт:
Зазвонил телефон.
Мама.
Дьявол побери.
Да начнется игра.
— Алло? — Я всегда отвечал на звонки мамы. Если не отвечал, она звонила в полицию. По ее мнению, я жил в большом, плохом, страшном городе, и даже хоть и был всего в часе езды, я жил «в аду». Ее слова, не мои.
— Дорогой, не волнуйся, — ее тон был слишком жизнерадостным для обычного звонка, — но я только что говорила по телефону с Эрин.
Гора размером с Техас упала мне на грудь, а сердце заколотилось под ней.
— Конечно, говорила. — Какова вероятность, что метеорит упадет на землю? Падая, попадет в Беллтаун, задев только одну комнату в многоквартирном доме?
— И не сердись, но некоторые интересные новости у нее просто… вырвались.
— Естественно.
— Ты же знаешь Эрин.
— Я знаю Эрин, — вздохнул я и сжал переносицу.
— Я имею в виду, правда, это вовсе не ее вина, думаю, это все из-за ребенка.
К черту! Нечестно! Нельзя обвинять не родившегося ребенка в ее неспособности держать рот закрытым! Черт, дьявол, дерьмо, аррррррррррррр! Трясущимися руками я налил в стакан виски, посмотрел на бутылку и приложил ее к губам.
— Ты пьешь?
— Нет. — Да, черт возьми.
— Милый, подумай о своей печени.
ХА! Моя печень — наименьшая из забот. Если бы Господь был справедлив, он бы убил меня, прямо сейчас. Я зажмурился. Мы собирались начать разговор. Тот, которого, я клялся, никогда не будет. В котором моя мама копалась в прошлом, заставляла меня чувствовать себя дерьмом и плакала.
— В любом случае… — Она усмехнулась. — Младшенькая Блэк? Хочу спросить, думаешь, это хорошая идея? Все только начинает налаживаться между нами и Блэками. Мы снова в соседских отношениях, машем друг другу. На днях твой отец поздоровался с ними и его не проигнорировали! — Она вздохнула, наверно, осознав, что для простого приветствия понадобилось четыре года. — Ну, не важно. Что сделано, то сделано. И, честно говоря, это может помочь исправить то, что случилось между нами. — Она начала всхлипывать. — Я так скучаю по ним. Ты же знаешь, я ходила в старшую школу вместе с Тесс и Стюартом. — Да, знаю. Каждый знал, что в ту минуту, когда я облажался, я не просто сделал хуже себе, но и дружбе, известной на весь город. Ради бога, наши родители устраивали совместные вечеринки. Мама Эвери была моей крестной! Чувство вины накрывало меня снова и снова, наверное, до тех пор, пока не заболею. — Мы с твоим отцом так гордимся!
Бум, бум. Сердце напряглось от боли. И вот оно.
Гордость.
Они гордились.
— Ты гордишься, — повторил я. — Последний раз ты говорила мне это, когда я с отличием окончил колледж. Ты сказала это дважды в моей жизни. — Второй раз, когда я сделал Кайле предложение.
— О, не будь таким драматичным. — Она помолчала. — Дорогой, ты точно не пьешь? Эрин сказала, что у тебя произошел небольшой инцидент с зеркалом.
— Подумал, что увидел паука, — я вздохнул и сделал второй большой глоток. — Ты знаешь, как я к ним отношусь.
— Используй ту маленькую штуку для пауков, которую я заказала тебе по каталогу! Помни, она сохранит им жизнь, и ты сможешь отпустить их на волю.
Куда? В центре Сиэтла?
Родители. Почему? Просто… Мне нечего сказать.
— Так когда мы сможем пообедать?
Уже лучше. Сменим тему. Хотя обед с родителями после новостей об Эвери, вероятно, был не самым мудрым поступком.
Они гордились.
Гордились.
У меня нет выбора.
— Думаю, что свободен во вторник вечером. — Кэри и Табата, обе улетали в этот вечер, поэтому я не получу столь необходимый и заслуженный секс, который жду с нетерпением с тех пор, как Эвери Блэк ворвалась в мою жизнь, словно атомная бомба.
«Бум!» Я сделал небольшое движение рукой с бутылкой, изображающее взрыв. Дети, это ваш мозг, а это ваш мозг под действием наркотиков. Заметьте, он выглядит точно так же, как у Лукаса, когда он и Эвери оказываются в одной комнате. Захватывающе!
— Вторник, — прошептала она себе под нос, — вторник. — Еще одна долгая пауза. — Вторник.
— Через два дня, мам!
— Не повышай голос на мать! — рявкнул отец, и я отдернул телефон от уха.
— О, отлично, вы на громкой связи. — Я изобразил пистолет, приставленный к моей голове и сделал еще глоток из бутылки.
— Сынок, ты пьешь?
— Не-а. — Очередной длинный глоток.
— Вторник! — воскликнула мама. — Отлично. Мы напишем тебе название ресторана. И еще, убедись, что приведешь Эвери.
Когда мы встречаемся с родителями за обедом, они всегда выбирают ресторан, а я всегда плачу. Вот как это работало, это то, что я мог сделать после всей причиненной боли. Постойте, она только что сказала «Эвери»?
— На кой черт?
— Следи за языком! — прогремел отец.
— Прости, я имел в виду, она занята. — Я закатил глаза.
— Она может отменить свои планы? — умоляла мама и начала всхлипывать.
— Сын, не заставляй свою маму плакать. У нее был эмоциональный день из-за смерти Пушка.
— Пушок УЖЕ ГОД как умер!
— Все еще… — она громко всхлипнула, — больно, ты же знаешь, что Блэки подарили мне Пушка до того…
До того, как я все испортил.
До того, как я разрушил жизни моих родителей.
До того, как уехал.
Поэтому я сделал то, что всегда делают идиоты, когда их загоняют в угол: послал Эвери Блэк к черту и произнес:
— Уверен, она сможет.
Разговор закончился, когда мама спросила, когда у нас будут дети.
Я забрал бутылку в постель.
Глава 13
ЭВЕРИ
Ничего важного. Просто понедельник. Я сама сделала его хуже, чем он был на самом деле. Беспокойство нарастало во мне так сильно, что меня едва не стошнило дважды за утро.
Он наверняка собирается уволить меня или, по крайней мере, дать мне такую плохую рекомендацию, что я не смогу работать в компании с шестизначной стартовой зарплатой и блестящей корпоративной картой, которая оплатит мне такие вещи, как ланч.
Стейк.
Деловые поездки.
Как будто моя неминуемая жизнь на улице ничего для него не значила!
Я преувеличиваю.
Но все же!
Он задница!
Но последней каплей была не эта угроза, а выражение его лица, когда он говорил это, словно только что увидел привидение или был напуган демоном, увиденным в зеркале. Одному Богу известно, сколько всего висит на нем, сколько всех этих грехов, которые он совершил. Потому что я заглянула правде в глаза — он низкий и грязный бабник.