Багеры
Шрифт:
— Уважаемая!!! — я чуть не подскочила от возмущенного вопля врача, — а почему вы не сказали, что имеете игровой имплант?!
— А вы не спрашивали… — вот что я ему могла ответить, если в принципе забыла о «штыре» за всеми другими навалившимися вдруг проблемами?
— И ударились вы аккурат тем местом?!
— Наверное… я что, его повредила?!! — вдруг дошла до меня важность задаваемых вопросов.
— Ну, мой сканер этого не показывает. Но это оборудование для оказания скорой помощи и оно не предназначено для проверки инородного для организма… гм, оборудования на исправность.
— И что мне теперь делать?!!
— Ну-у… он у вас подключенный?
— Да! — ответилось само и сразу, потому как язык мой не смог повернуться, чтоб признаться в том, что я такую дорогущую штуку, до сих пор являющуюся пределом мечтаний для многих, не могу активировать уже сутки. Меня б не поняли. Пацан вон, точно!
— Хорошо, — констатировал доктор, покачав головой, — насколько нас информировали, то после активации имплант становятся как бы частью вашего мозга, и в случае его повреждения, он на скане должен давать примерно такой же отзвук, как и живые ткани вокруг. А у вас тут, слава богу, все спокойно. Но вот до подключения, имплант продолжает оставаться просто отдельным оборудованием, которое требует проверки само по себе, как любой дивайс.
Что-то мне от этих его слов поплохело…
А он, как будто почувствовал, и добавил:
— Но все же, я бы рекомендовал вам обратится в ту клинику, где вы его вживляли. Пусть специалисты проверят на наличие скрытых повреждений. Вы же в курсе, что данная модель импланта все еще считается экспериментальной? Вам же давали копию договора на подпись?
Давали. И на гэдж скидывали, и даже на пластилистах целую кипу. И — да, я в курсе, что надо читать все, что подписываешь! Но текста было о-очень много… м-да…
Но въедливому доку я ответила достаточно уверенно:
— Да, я в курсе. Но еще, я много чего просмотрела об этом импланте в сети. Да и в клинике утверждали, что он совершенно не опасен для здоровья. И, кстати, удароустойчив!
Но дядька был не так прост и мою завуалированную громкими утверждениями неосведомленность в этом вопросе раскусил:
— Вы же взрослый человек, Лилиан, — укоризненно покачал он головой, — и должны понимать, что в случае именно таких имплантов, вмешательство идет не куда-нибудь, а в ваш мозг! Нужно ответственней относиться к подобным вещам и, вообще, соизмерять риск необходимости их вживления!
Ну — да, ну — да, это я как бы понимала… вот только большое ХОЧУ имеет способность как-то невзначай нивелировать… подобные вещи.
Впрочем, больше он на предмет моей безответственности меня не третировал. Какой-то штучкой поводил по затылку, по локтям и пояснице, сказав, что, в общем-то, травмы мои легкие и все положенные физиопроцедуры он произвел. При этом приспускание моих легинсов с пятой точки в очередной раз выявило полную профнепригодность младшего медика, что я опять ставить на вид не стала, мечтая выдворить «дорогих гостей» побыстрей. С тем и раскланялись.
И я осталась опять одна, с листом рекомендаций в руках и, не столько с предвкушением чуда, сколько с боязливыми сомнениями в голове. Что делать?
Я год шла к этому дню. Готовилась, изучала гайды — все, как официальные, так и самопальные, выбирала расу аватару, подбирала ему внешность. Денег вот напасла «кучку» немаленькую и «штырь» вставила. И вот — этот день мечты настал…
Хотя, если подумать трезво, в справке вон черным по белому написано, что… нет, воспроизвести это, у меня вряд ли получится — язык поломаю. Но вот то, что и сам имплант, и голова в том месте, где он установлен, вполне целенькие — понятно и без воспроизведения медицинской абры-кадабры. И я точно помню, что «штырь» удароустойчив!
Вот и будем следовать этому!
И я уселась в ложемент, установленный в положение кресла для удобства работы с компом вручную. Потом, когда войду в нанем, он сам разложится в нужную позицию.
Но «вручную» мне не удалось — панель, которая должна была запустить работу голоэкрана и клавиатуры, была залита чем-то липким и сладким, что не позволило на сто процентов развернуться первому, и «съело» треть объема второй. Уже привычно рявкнув: «- Макс — зараза!», полезла в гэдж, где у меня была загружена инструкция по первому этапу активации импланта и углубилась в ее повторное изучение.
Вот! Я же именно это и искала: «Рекомендовано проводить первичную активацию импланта в ручном режиме, без использования нейронно-сенсорной гарнитуры». Заметьте! Рекомендовано! А что категорически не запрещено, то дозволяется — что и требовалось доказать!
С облегченным вздохом я водрузила гарнитуру на голову, присоски, прилепляясь к вискам и лбу, чпокнули, в затылок привычно уперлись пять контактов, и я подключилась к сети.
Теперь ввести буквенно-цифровой уникальный номер моего нового оборудования и…
Погнали!
Глава 3
Пригнали… кажется…
Меня ощутимо потряхивало, тело как будто повыкручивали и попинали, а в голове до сих пор кто-то лазил. Причем, шевеление этого «кого-то» ощущалось вполне физически и довольно болезненно. Но, что радовало, отпускало меня довольно быстро. Я дрожащими руками стала снимать сенсор и поняла, что лоб горячий и липкий — такой, какой бывает, когда очень высокая температура только-только начинает спадать.
Нет, конечно, мне объяснили, что в двух процентах случаев реципиент может испытывать болезненные ощущения. Но! Какие там болезненные ощущения?! Я ж сейчас чуть не здохла!
Пощупала себя между ног и, успокоившись, что хоть там сухо, стала выбираться из ложемента — все ж в туалет после такой встряски сходить стоило. Да и душ опять принять не помешает. На часы я посмотрела с тоской, поскольку трясло меня, как оказалось, не просто нехило, но и довольно долго — минут двадцать. Впрочем, мое физическое состояние выбора мне не оставило, так что я поплелась выполнять по намеченному плану.