Чтение онлайн

Б а к у н и н. С тех пор, как вы служите народу, производство не зависит больше от короля... Что у вас?

З и х л и н с к и й. Противник прекратил атаки на позиции...

Б а к у н и н. Дальше.

З и х л и н с к и й. Он пробивает стены домов, переходит из одного здания в другое и мы не знаем, откуда ждать удара. Таким способом неприятель может достигнуть самой ратуши.

В а г н е р. Ратуши.

Б а к у н и н. И найти на ее месте одни щепки. О, чтобы взорвать себя на воздух, у меня хватит пороху! Дальше.

З и х л и н с к и й. Жду приказаний.

Б а к у н и н. Рихард, ступай в ратушу. Наверно, снова Гейбнер остался в одиночестве. Ожидай меня. Возьми с собой скрипача.

(Вагнер уводит Геймбергера.)

31.

Бакунин, Зихлинский.

Б а к у н и н (начинает ходить из угла в угол, все ускоряя шаги, наклонив голову, не замечая лейтенанта. Неожиданно останавливается, точно от страшной физической боли, из его груди вырывается почти стон). Прага! (Опять принимается бегать. Потом садится, теребит свою гриву, вдруг бьет кулаком по столу и кричит неистово.) Мальчишки! Молокососы! Болтают в своих клубах, ротозеи! (Вновь бросается ходить взад и вперед, но как-будто вспомнив, что не один, глядит на Зихлинского, овладевает собой, говорит спокойно и коротко.) Зихлинский, мы должны покинуть город.

З и х л и н с к и й. Под командой...

Б а к у н и н. Вашей. (Продолжая ходить.) План!

(Зихлинский достает из-за обшлага план города, раскладывает его на столе. Бакунин наклоняется над картой.)

З и х л и н с к и й. Когда?

Б а к у н и н. На рассвете. Теперь же.

З и х л и н с к и й (неуверенно). Бегство?..

Б а к у н и н (кричит). Отступление! Военный маневр! (Изучает план.) Только этот путь в нашем распоряжении. Смотрите, откуда можно атаковать колонны, движущиеся вот здесь?

З и х л и н с к и й. С юго-востока.

Б а к у н и н. Это - Максимильянова аллея. Сейчас же отправить туда отряды, приказать свалить все деревья для прикрытия. (Отрывается от плана, начинает снова ходить.) Порох, амуницию забрать без остатка. Своих раненых - если найдутся повозки. Орудия прежде всего. Всем, кто проявит хладнокровие и мужество - офицерское звание. (Перестает ходить и мгновение смотрит на лейтенанта испытующим взглядом, затем бросает с жестокой гримасой). Пойдемте, мой приказ будет подтвержден правительством.

(Уходят.

Пауза.

За дверью слышны сдавленные голоса.)

32.

1 - й г о л о с. Тяжелый...

2 - й г о л о с. Там открыта дверь... вон там, внизу.

3 - й г о л о с. Пойдемте туда.

4 - й г о л о с. Держите выше голову...

33.

Легионер, два студента, подросток, раненый.

(Студенты и подросток вносят на руках раненого.)

Л е г и о н е р. Сюда. Вот здесь. Кладите его на пол, так лучше.

С т у д е н т. Тише, тише!

П о д р о с т о к. Он чуть дышит...

С т у д е н т. Выше голову.

(Кладут раненого вдоль стойки.)

Л е г и о н е р. Тут никого нет. А впрочем...

С т у д е н т. Я положу ему под голову плащ.

Л е г и о н е р. Возьми его лучше себе, добряк, он может очень пригодиться. Да захвати карабин...

С т у д е н т (пробует высвободить из рук раненого оружие). Я не могу разжать его рук... Они как лед...

Л е г и о н е р. Несчастный, не хочет расстаться с оружием. Что ж, пусть! Если попадет в рай - сможет пострелять по кардиналам и папам. Пойдем.

П о д р о с т о к. А как же он?

Л е г и о н е р. Докончит свое дело без нас...

(Последним направляется к выходу подросток. Оборачивается в дверях, смотрит на раненого с боязнью и состраданием.)

Л е г и о н е р (кричит издалека). Эй, ты, малец! Думаешь помочь ему умирать?..

(Подросток срывается с места и убегает.)

34.

Раненый, Грунерт, Марихен, Бакунин.

(Постепенно начинает светать и за широко растворенной дверью вылепляются остроконечные дома, портал кирки, приплюснутый, широкобокий фонтан-барокко.

Тихо.

С опаской, как-будто не к себе домой, входит Грунерт. Его взгляд падает на вытянувшееся неподвижное тело раненого и, пораженный, он отвердевает у входа.

Марихен появляется растерянная, как всегда - юркая, неслышная, и прячется за стойку, в свой тайник.

Бакунин медленно показывается в дверях, грузно спускается в пивную, садится там, где перед тем изучал план города, закрывает глаза.)

Г р у н е р т (заметив Бакунина, приближается к нему, чуть слышно верещит). Осмелюсь напомнить, сударь... Если позволите, не только имущество, самое жизнь напрасно подвергаю опасности... На улице пальцами показывают: вон, кто приютил наших губителей. Это я-то! Ох, Господи!.. Приютил!.. Да я поступлюсь чем угодно, только бы оставили дом мой в покое... Говорят: у русского два штаба - один в ратуше, другой у Грунерта... Штаб устроили, а теперь, вон, мертвецкую. (Начинает хныкать.) Сударь, а сударь!.. Молю вас, оставьте вы мое заведение, ну, что оно вам? Слезно молю вас, сударь, во имя гуманности! Слезно!

Б а к у н и н (вдруг открывает остекляневшие глаза и, точно никому не отвечая, произносит). Филистерские слезы - нектар для богов. (Опять утомленные опускает веки, откидывает назад голову.)

(Грунерт сохраняет еще момент просительную позу, потом машет безнадежно рукой и удаляется в кухню.

Марихен выползает из тайника, подкрадывается к Бакунину, заглядывает ему в лицо.)

35.

Раненый, Бакунин, Марихен.

М а р и х е н (шепотом). Уснул... совсем спит... Такой большой...

Б а к у н и н (очнувшись). Ты что, девочка?

М а р и х е н. Я ничего... я совсем ничего...

Б а к у н и н. Не бойся.

М а р и х е н. Я только так... я не боюсь...

Б а к у н и н. Ишь, какая у тебя косичка, славно!

М а р и х е н (смеется обрадованно, но вдруг становится серьезной). Хотела я... попросить...

Б а к у н и н. Ну-ну, попроси.

М а р и х е н (решившись). Когда вы будете королем, подарите мне такое платье, в каком ходят фрейлины. (Очень жарко.) Мне только одно, и такое, которое надевают не самые важные... Такое, какое...