Балканский тигр
Шрифт:
— Соображаешь. И насчет выхода отсюда ты ошибся. Смотри! — Рокотов развернулся и пяткой правой ноги стукнул в стену. Сплошная «бетонная» плита вдруг треснула и осыпалась кусками серой штукатурки, за которой открылся вентиляционный ход. — Вуаля! Я не такой дурак, чтобы лезть в мышеловку без черного хода. Пока твои дружбаны будут ломать дверь, я успею уйти.
Ясхар заревел от бешенства и попытался укусить хитрого фэбээровца.
— Но-но-но! — Владислав увернулся от щелкнувших челюстей агента ЦРУ и сильным ударом бросил того обратно на мешки. — Шустрый какой… — он прижал коленом туловище албанца и, обломав кончик ампулы, набрал розоватую жидкость. — Иглу стерилизовать не буду, это тебе ни к чему…
Спустя сорок минут он уже знал все подробности. Кто, что, сколько заплатили, когда боеголовку забрали новые владельцы. Единственное, о чем не смог рассказать Ясхар, так о том, куда именно чеченские террористы намереваются заложить заряд.
Однако порт на территории Албании, где покупателей ждал корабль, агент ЦРУ все же назвал. Хотя и не очень уверенно…
«Мать моя женщина, — думал Влад, выбираясь по узким тоннелям наружу, — вот не было печали… И что мне так везет? Сначала за мной гоняются переодетые диверсанты из УЧК, потом на голову сваливается американский пилот, затем в руки попадает карта этой проклятой лаборатории. И когда кажется, что все уже позади, — всплывает ядерная боеголовка. Настоящая, готовая к взрыву. Движущаяся по направлению к моей стране… Дедушка Фрейд может отдохнуть. Кстати, зарядец явно идет в Питер, это самый выгодный путь отсюда. Любимый город уже не может спать спокойно… А с учетом повальной продажности нашей таможни его сгрузят на берег без проблем».
Гору ощутимо тряхнуло.
«Здравствуй, жопа, Новый год! Мои два кило пластида сработали. Значит, дверь ребяткам открыть удалось. Дверь в преисподнюю…»
Когда он выбрался на свежий воздух, было уже темно. На смотровой площадке никого, лишь откуда то издалека доносится пчелиное жужжание вертолетных двигателей.
«Ну, слава Богу! — Рокотов устало опустился на камень и перекрестился. — Хоть тут все в порядке. Ну что, попью водички, и в путь… Надо место найти для ночлега. Здесь оставаться опасно. Не ровен час, югославы или албанцы пожалуют…»
Биолог поморгал, отгоняя сонливость, бодро вскочил на ноги и стал спускаться по склону. Туда, где, по его расчетам, начиналась узкая долина с журчащей посередине речушкой.
Эпилог.
Жижко Карич погиб на боевом посту, так и не успев встретиться со своим братом Драгославом.
Он проводил операцию тяжело раненному пожилому цыгану, когда натовская ракета разорвалась в двадцати метрах от палатки, верх которой украшало огромное белое полотно с красным крестом. Треугольный стальной осколок вонзился Жижко под левую лопатку и перерубил сердечную мышцу. Врач успел сделать только одно движение — развернуться влево, чтобы не упасть на пациента на операционном столе.
Он упал на руки ассистенту, заливая кровью стол с инструментами.
И умер мгновенно, закрыв своим телом остальных врачей и аппаратуру искусственной вентиляции легких.
Пациента удалось спасти…
Летчик американского «F-15С», нанесший удар по развернутому полевому госпиталю, поднял самолет на три тысячи футов и направился к следующей цели — зданию школы возле Лоаны. Там, по данным разведки, сербы сосредоточили две роты военной полиции.
Наготове у пилота ВВС США были ракеты «АСМ-650» с трехсотфунтовыми осколочно-фугасными боеголовками.
Сербы должны получить по заслугам. Молодой лейтенант нисколько в этом не сомневался и твердой рукой вел машину в ночном темно синем небе, усыпанном яркими звездами. Совсем как на американском флаге. Вот разве что красные полосы флага — это кровь убитых сербов и албанцев. Ну и плевать.
Он выполнял приказ своего Президента.