Чтение онлайн

— Будь это американская тачка, подобные выражения еще сошли бы тебе с рук, но это немецкий автомобиль, и, упоминая в его присутствии слова типа «зад» и «крышка», ты выглядишь полным придурком, — высказался я.

— Как по-немецки багажник? Если хочешь, я буду его так называть.

— Понятия не имею.

— Вот и заткнись тогда.

Лен «хлопнул задом» и открыл находящийся внутри ящик, вмещавший около дюжины разнообразных пистолетов и подобного барахла. Я не очень-то хорошо разбирался в оружии и счел необходимым подозвать Гуди, чтобы тот прикинул, что есть что.

— Они все настоящие, да? — спросил я, просматривая вооружение.

— Нет, кое-что муляжи, есть и стартовые пистолеты, — не теряя бдительности, ответил он. — Но остальные настоящие.

— Я отберу для тебя, что получше. Сколько вам нужно?

— Шесть.

— Ясно. Сумку принес?

— Э-э… нет. А должен был?

Лен округлил глаза.

— Твоя тачка в двадцати ярдах отсюда. Ты хочешь пройти это расстояние с охапкой оружия? Ну, дурак! Вот возьми, — порывшись в багажнике, сказал он и протянул мне небольшой брезентовый мешок. Потом добавил: — Даже денег за него не возьму.

— Ты слишком щедр.

— Вот, в нем шесть «стволов». Все двадцать второго калибра и все в рабочем состоянии. Возможно, их только следует почистить и смазать, если хочешь быть абсолютно уверен, что после выстрела все твои пять пальцев останутся при тебе. Но дело твое, — проинструктировал Лен, закрыл мешок, потом ящик. — За каждый четыреста фунтов, так что пусть твой дружок подруливает сюда с бабками.

— Не стоят они столько. Я не собираюсь отдавать тебе две тысячи четыреста фунтов за это дерьмо. Согласен заплатить за них по триста. Все равно больше у меня нет.

— Слушай, я ведь еще по телефону говорил тебе не делать этого. Разве нет? Брось меня кидать, Мило, — насупился Лен.

— А разве мы не кидаем друг друга? Только ты подъехал с соседней улицы, а мы отмотали двести миль. Теперь же ты пытаешься вытянуть из нас побольше «капусты», потому что считаешь, будто мы боимся вернуться домой с пустыми руками. Это не так. И даже не пытайся нас облапошить. Мы не новички. Сам прекрасно знаешь, что тысяча семьсот фунтов — отличная цена для этих безделушек. Так что давай — по рукам и разбежались!

— Штука семьсот? — нахмурился Лен. — Что с твоей математикой, Мило?

— Ну, Лен, я ж оптом покупаю. Ты должен немного скинуть, раз такое дельце вызревает. Это обычная практика. Брось, не упрямься, — вымолвил я и протянул руку. — Давай же.

Лен прокрутил все в голове. Честно говоря, тысяча семьсот — не такая уж хорошая цена за то, что мы получали, зато честная. Только вот на стремление Лена быть честным рассчитывать не приходилось. В мою пользу должны были сыграть другие факторы. Во-первых, мы давно знакомы. Признаться, это не очень-то много значило, но ведь и я немногого просил. Во-вторых, у Лена налажены непрерывные поставки оружия из стран Восточной Европы. Для него цена издержек составляла не больше стоимости пары «Ливайсов», а порой и сами джинсы. И, в-третьих, парень мог срубить тысячу семьсот, но прямо сейчас, либо придержать товар, но наварить еще пару сотен фунтов. А как известно, лучше синица в руках, чем журавль в небе.

— Штука восемьсот — и расходимся, — предложил Лен, протягивая мне руку.

— Штука семьсот пятьдесят — и расцелуемся, — ответил я, выбивая себе еще полтинник, сулящий ночь гуляний в пабе. Каждый сэкономленный от сделки пенни капал из общего котла прямо мне в карман. Все по-честному. Кто, черт возьми, проделал весь этот путь до Манчестера?

— Ладно. Идет. Давай гребаные бабки, — сдался он, и мы ударили по рукам. — Ты совсем не изменился, Мило.

— Наоборот… — хотел было поправить я, но понял, что Лен прав. Я не изменился. Я подал Гуди сигнал, он выбрался из машины и с подозрительным видом направился к нам. Лен тем временем отсчитывал патроны из маленькой коробки, что была засунута сбоку от ящика с оружием.

— Я дам вам по шесть штук в каждый ствол. Это и так много, — сказал Лен, когда к нам присоединился Гуди. — И помни: когда разберетесь с делами и если они вам больше не понадобятся, я всегда готов выкупить их обратно. За полцены, разумеется. Только не пытайтесь сбагрить мне пушки, если на них висят трупы.

— Об этом не беспокойся. Патроны нам не понадобятся, — заверил я Лена, и тот бросил на меня недоумевающий взгляд.

— Как это — не понадобятся патроны? — спросил он. — Ты в этом уверен?

— Вполне.

— Как скажешь, ты — босс, — согласился тот и заткнул боеприпасы обратно в коробку.

— Э-э-э… вообще-то босс тут я. И мы их берем, — внезапно вмешался Гуди со своим девятым калибром.

— Отвали, Гуди!

— Нет, это ты отвали! — Он оттолкнул меня и повернулся к Лену. — Послушай, приятель, деньги у меня, так что покупатель — я. И мое слово: мы берем патроны.

В этот момент мордоворот Лена выскочил из авто и обнаружил свое присутствие.

— Гуди, лучше отвяжись. Предупреждаю тебя! — вспылил я, но Лен схватил меня за руку.

— Слушай, Мило, если у вас какие-то терки с другом, разбирайтесь где-нибудь в другом месте. Не надо втягивать в них меня, Энтони и еще лишнюю пару глаз на этой парковке. Иначе мы немедленно валим отсюда.

Конечно же, он прав. Скандал устраивать нельзя. Четверо типов, стоящих у открытого багажника «BMW», и без того выглядят довольно подозрительно. Я знал это. Придурок Гуди — тоже. Я быстренько прикинул, какой у меня выбор. Интересно, что лучше: поднять шум и сорвать тем самым сделку либо дождаться подходящего момента и вправить Гуди мозги, когда мы уберемся подальше от этого места и будем в безопасности. В конечном итоге я склонился ко второму варианту. У нас впереди еще двести миль пути, и если нас повяжут прямо тут, я буду проклинать себя не меньше, чем Гуди и Лена, до конца дней своих. Мучеником быть я не привык.

— Сколько при тебе бабла? — спросил Лен у Гуди, и этот идиот радостно поведал ему про две «штуки».

За них мой торговец пообещал дать ему уже отобранное оружие и патроны к нему и велел мне заткнуться, не дожидаясь, пока я раскрою рот. Не моргнув глазом Гуди передал деньги, и мои премиальные исчезли вместе с моим авторитетом.

— С тобой приятно иметь дело, — произнес Гуди и пожал Лену руку, после чего протянул ее Энтони.

— Лучше не афишировать, что мы тут занимаемся делами, — процедил громила, оставив свою руку при себе, равно как и выражение лица.