Чтение онлайн

– Хорошо! Но пропустить могу только вас.

– Я возьму с собой чужеземцев. Оружие они оставят здесь.

– Вам тоже нужно оставить свое оружие, - не унимался начальник дозора.

– Хорошо! – согласился Ратмир.

Дозор помчался к городу.

– Даян, - Ратмир подозвал к себе одного из воинов. – Скачи в лагерь, всем полная готовность. Долину правителей взять в кольцо. Никого не впускать и не выпускать.

Даян кивнул и погнал лошадь в степь.

Максары мало чем отличались от обычных людей, разве что жили богаче. Вокруг крепости колосились поля, благоухали рощи с деревьями, похожими на стебли огромных цветов, стояли деревни с красивыми, богатыми домами. По окраинам эти деревни были обнесены частоколами и рвами от конных набегов.

По улицам города носились маленькие максары, степенно вышагивали синеокие женщины в красивых платьях, старики брели, тут и там мелькали наряды воинов в доспехах. Никто не обращал внимания на Ратмира, сопровождавшего чужеземца онгона и большую мохнатую собаку.

– Ох, Далэ, старый мой друг, - библиотекарь асуров изобразил скорбь на лице.

Это был пожилой асур, рослое полубожество, примерно на голову выше самого рослого максара. Глаза его и кожа были цвета неба. Возраст асура выдавали легкая сутулость и тонкая, длинная борода. Из одежды на асуре была лишь набедренная повязка, просторный плащ и сандалии.

Он держал голову Далэ и разглядывал скорее с любопытством, чем с сочувствием. В зале, где асур принимал гостей, бросалась в глаза огромная картина, мозаика, на которой было изображено дерево. Оно росло из дюн Мертвой пустыни, а кроной упиралось в небо.

– Не смущайся, Володя, - сказал асур, ощутив на себе взгляд пса. – Мы, асуры не умеем выражать скорбь. Но ради своего друга я стараюсь.

– Да ладно, я о своем думаю, - Володя почесал за ухом.

– Ну что же, покажите мне этот камень, - асур положил голову Далэ на мраморный стол и протянул массивные, узловатые руки.

– Мы обменяли черный алмаз на банхара, - ответил Дахалэ.

– Вы поторопились, у меня не будет аргументов во дворце правителей асуров.

– Я видел этот алмаз, - Ратмир сделал шаг вперед. – Могу поклясться сущностями первозданных.

– Этого мало, его нужно видеть! – асур отвесил подзатыльник молодому максару, что сидел за мраморным столом и вел протокол беседы. – Я говорил тебе не класть свитки на стол для трапезы?

Начинающий библиотекарь торопливо собрал свитки и выбежал из залы.

– Простите, библиотекаря максаров, как вы уже, наверное, знаете - убили. А этот молодой бездельник думает только о молоденьких девушках. У асуров время трапезы. Не желаете присоединиться?

– Онгонам не подходит трапеза асуров, - заметил Дахалэ. – К тому же у нас мало времени.

– На моей кухне найдется что-нибудь и для онгонов. А все важные вопросы асуры обсуждают после трапезы. Вы – мои гости. Прошу к столу.

Асур похлопал в ладони. Вскоре появились прекрасные, почти нагие девушки-асуры с разносами, полными необычных глазу Володи яств.

– Вас, мой друг, я не могу пригласить к общему столу, - обратился асур к Володе. – Но зато у меня есть для вас достойное угощение.

– Спасибо, я не голоден, - соврал Володя.

– Не лги мне, банхар.

Перед Володей поставили большую золотую чашу, по сути – тазик из золота.

«Дожил, кормят как собаку, из миски», - подумал Володя, и заметил краем глаза, что Ратмир и Дахалэ смотрят на него как-то странно, с каким-то через чур холодным спокойствием. Рука Ратмира медленно сползла к поясу, на которой висел боевой горн.

Володе налили в миску нечто, похожее на парное молоко. Запах от этой жидкости ударил в нос мягким теплом и в животе Володи заурчало.

– Отведай, мой друг, это молоко девиц асуров, напиток богов. Он придаст тебе сил перед дальней дорогой.

Володя сам не понял как его язык коснулся жидкости. Он начал лакать молоко жадно, и никак не мог заставить себя остановиться.

– Отложи свой горн, Ратмир великолепный!
– Голос асура стал жестче. – Тут он тебе не поможет! Брось его на пол!

Ратмир бросил горн на пол.

– А ты, Дахалэ, не вздумай исчезать!

Девушки асуры обступили Ратмира и Дахалэ, приставили кинжалы к их шеям.

— Это лучшие воительницы моей страны, - асур улыбнулся. – Не советую их злить.

Володя бросился к Дахалэ и замер в прыжке, пролетев еще немного по инерции упал на каменный пол.

– Ты попал в нужные руки, пес, - асур присел и погладил Володю по голове. – Асурам черный алмаз не нужен. Мы и без камня тебя раскроем.

С трудом приподняв голову Володя увидел, что глаза асура стали черными как уголь.

***

Володя увидел кусочек неба, голубой круг в обрамлении прутьев, укрытых грязным, задымленным войлоком.

– Где это я? – хотел было сказать он, но из горла его вырвался тонкий писк.

Он лежал на спине, завернутый в ягнячьи шкурки и не мог пошевелиться.

– Эй, - пикнул он, и почему-то заплакал, громко, гортанно, как младенец.

Над ним склонилась Миснэ. Она улыбалась ему, взяла его на руки, прижала к груди и тихо начала напевать песню на языке, отдаленно напоминавшем бурятский.

Теперь он мог осмотреться. Володя оказался в юрте, старой, сильно задымленной, но основательно сложенной со всех сторон. В центре этой лачуги из войлока чадил очаг. Над очагом висел почерневший от дыма котел.

За стенами юрты послышались крики, топот копыт. Миснэ вернула его в деревянную люльку, бросилась к выходу, вернулась, схватила нож у очага и встала на изготовку, спрятав нож за спиной. В юрту ворвался грязный, обросший воин в кожаных доспехах. В руке он сжимал кривой меч. Увидев Миснэ он плотоядно улыбнулся, облизнул губы, сделал шаг вперед и отпрянул, прижав ладонь к лицу. Между грязными пальцами воина проступила кровь.