Чтение онлайн

Дверь захлопнулась и безо всякого перехода тут же возникла толпа преимущественно мужчин с пивными кружками в руках.

Потом укрупнилось и вычленилась картинка двух мужчин - стояли у высокого столика и ничего не стеснясь разливали водку по бумажным стаканам. Точнее - разливал Сенчин (Флин его узнал сразу) а второй, в плаще и шляпе стоял спиной на камеру. Звук пивного зала был записан вовсе плохо, кто именно и что говорил, разобрать было невозможно.

Сенчин и мужчина выпили и тут же начали оживленную беседу. Судя по мимике и жестикуляции - Сенчин оправдывался в чем-то, по его лицу скользила гримаса виноватости. Потом он спросил громко и по артикуляции Флин уловил, что это именно его слова.

– Да куда я уеду и зачем?! Ведь всё чисто сошло! Да и для того, чтоб где-то схоронится денег у меня нет.

Звук опять пошел очень плохо, что ответил мужчина стоявший спиной было не различить, зато изображение выдало четкую информацию. Мужчина извлек из кармана и передал Сенчину плотный и пухлый конверт, деньги следовало понимать.

Мужчина залпом допил пиво, хлопнул Сенчина по плечу и круто повернулся на камеру.

Флин дернулся в кресле. Мужчина мгновение смотрел в объектив, отвернулся и вышел из рамок "картинки".

Сенчин тоже допил своё пиво, однако двинулся с пустой кружкой к стойке, без очереди полез к продавщице.

Изображение сменилось портретом Майи, звук теперь был очень хорош.

– Флин! На всю работу ушло четыре часа! Больше я ничего сделать не могу, но полагаю , что тебе достаточно!

Достаточно, понял и Флин, вполне достаточно, чтоб в собеседнике Сенчина узнать своего начальника охраны банка - Рекалова.

Флин прокрутил пленку назад , нашел момент, где Рекалов смотрит почти в камеру, быть может чуть выше - в лицо Майи, видимо. Он остановил изображение. Никаких сомнений не было - именно Рекалов. И следовало понимать, приехал в Подольск, чтобы отправить Сенчина куда подальше. Сенчина, весьма похожего на артиста Куравлева. Круг замкнулся и следовало принимать решения.

Флин взялся за телефон и ничуть не удивился, когда ему доложили, что начальник охраны Рекалов ушел полчаса назад - неизвестно куда.

После этого Флин набрал номер Майи и когда она сняла трубку, сказал мерно.

– Дорогая моя, ты отлично справилась с заданием. Но я настоятельно требую - сегодня до окончания работы из банка не выходи. И даже в банке будь всё время на людях. В кабинете одна тоже не сиди.

– Ну, удружил, негодяй!
– захохотала Майя.
– И с какой стаи ты мне навязываешь эдакие меры предосторожности?!

– Тебя "срисовали" во время съемок в пивном зале. Ты разве не узнала начальника нашей охраны?

– А он там был? Знаешь, Флин, я мимо твоих мордоворотов пролетаю на них не глядя! "Здрассте" через плечо и всё. Они все для меня на одно лицо. А ты, мерзавец, подставил меня под удар?!

– Да. Но к вечеру всё улажу.

Флин положил трубку и размеренными плавными движениями открыл сейф вытащил из него парабеллум, обойму, разрешение на оружие, потом так же неторопливо снарядил пистолет и засунул его за пояс - за спину. Водрузил на голову шляпу и покинул кабинет.

Минут через сорок он вкатился на своём "Опеле" в район Теплого Стана, поманеврировал между высоких однообразных домов, пока не оказался на просторном дворе, где и остановил машину за помойкой - точнее за железными контейнерами, огороженными бетонной стенкой. Но едва он вышел из своего автомобиля, как тут же приметил Рекалова. Тот, с двумя большими сумками в руках, устремился к темному БМВ, поспешно открыл багажник и упаковал туда сумки.

Флин вернулся к рулю своей машины и дождался пока Рекалов ещё раз сходил в дом, вынес оттуда громоздкий чемодан и уложил его на задние сиденья. Начальник охраны банка явно торопился Однако когда выехал со двора - скорость не превышал.

Не разгонялся он и на Киевском шоссе - катился ровно и осторожно.

Флин держал с ним дистанцию метров в шестьдесят, стараясь, чтоб раньше времени быть незамеченным - его яркую и приметную машину Рекалов знал хорошо, а раньше времени быть замеченным Флин остерегался. Нужно было выждать время и на трассе у Флина было мало шансов догнать Рекалова, если тот испугается и устроит гонки. Дело заключалось в том, что Рекалов умудрился вколотить в свой БМВ мотор от "порше", и "Опель" Флина не имел шансов догнать эту сборную тачку на трассе.

Но и катиться за Рекаловым до пункта его устремлений Флин не желал. Мало ли куда бежал начальник службы охраны? Может до Киева, а может настроился аж в Крым.

До Алабина оставалось менее десяти километров и пошли те места, где прошло детство Флина. Каждое лето отец вывозил его сюда на дачу и каждое лето здесь сбивалась ватага лихих хулиганчиков - лазили по садам, рвали в озерах и реках динамит (рыбалка, сами понимаете!), стреляли из самодельных "самопалов", остервенело дрались с местными мальчишками и не было ни одного такого приятного мероприятие, в котором Флин не принимал бы активного участия.

Он прикинул, что до боковой грунтовой дороги остается километра три, извлек парабеллум и положил его на кресло рядом, после чего вдавил акселератор в пол, обошел два грузовика а затем демонстративно прижался к борту БМВ.

Рекалов резко и испуганно обернулся. Сквозь открытое окно летевшей рядом машины в его лицо смотрело дуло пистолета, а над ним - лицо Флина.

Рекалов был водителем не из последних, мастерски сманеврировал и попытался рывком уйти вперед. Маневр не получился - дорогу загораживал высокий борт трейлера.

Рекалов попытался обойти его справа и тут же увидел боковую грунтовую дорогу, на которую и вырулил без торможения - так что едва не скапотировал через левый борт.

Грунтовка несколько уравнивала шансы "Опеля" и мотора "Порше". А с учетом того, что в приближающейся лесной зоне обязательно будет море разливанное глубокой грязи - гонка могла закончится только по планам Флина. Эта грязь и колдобины в лесу стояли веками и Флин был уверен, что за те пятнадцать лет, что он здесь не был - ничего не могло изменится.