Барбаросса
Шрифт:
Валентин Саввич не думал писать этот роман (которому он впоследствии даст название «Площадь Павших борцов» и первый том которого – «Барбаросса» – представляется на суд читателей) – его, как известно, интересовали более отдаленные по времени события.
И лишь когда стали известны подробности гибели отца, он обратился к изучению событий Сталинградской битвы.
О Сталинградской эпопее написано много – книги историков и мемуары фронтовиков составляют солидную библиотеку, немалую часть которой Валентин Саввич детально изучил. Он использовал более 500 историко-архивных источников, монографий, воспоминаний отечественных и зарубежных очевидцев.
В истории всех войн, о которых ему приходилось писать, чаще всего его привлекало сплетение стратегии с политикой.
Понятно, что Сталинград – это не просто город на Волге, символ нашей Победы, это еще и главный военно-политический фактор всей мировой войны, влияние которого сказалось во всем мире – даже послевоенном!
Бои на чердаках и в подвалах Сталинграда эхом отражались в пустынях Ливии и в водах Атлантики, от них зависело многое в жизни народов Европы и Америки; Сталинград стал началом конца режима Муссолини в Италии; от него протянулась цепочка заговоров против Гитлера; наконец, со Сталинграда начался сдвиг в сознании немцев, когда стало заметно крепнуть антифашистское движение. Поэтому Валентина Саввича в период работы над романом больше всего волновали стратегические планы и запутанная атмосфера политических настроений.
Валентин Саввич честно признавался, что не считает себя вправе приглашать читателей в «окопы Сталинграда», ибо сам в них не бывал. Но как писатель-историк и участник войны не мог пройти мимо грандиозных событий на великой русской реке.
Посвящая эту книгу памяти отца, Валентин Саввич брал на себя большую моральную ответственность: он должен был написать книгу, достойную того героического времени.
Роман давался трудно. Приходилось отступать, останавливаться, переводить дыхание и, собрав волю, снова идти вперед… И хотя здоровье уже было подорвано многолетней работой на износ, верность сыновнему долгу обязывала продолжать нелегкое дело. Он очень любил отца, часто вспоминал, что, несмотря на трудное житье, отец на последние копейки покупал ему детские книжки. Благодаря отцу он в четыре года уже бегло читал, сделав первый шаг по лестнице призвания.
Память об отце у Валентина Саввича неразрывно связывалась с понятиями: долг, честь, совесть, вера. Скорбь усиливалась тем больше, чем яснее он осознавал исчезновение этих качеств в людях.
И видимо, отсюда на вопрос: «А что же было в то время у нас хорошего?» – на страницы книги выплеснулось:
«Народ был хороший – лучше нас с вами. И любовь к великой Отчизне даже в те злодейские времена народ испытывал гораздо большую, нежели сейчас…»
Работа над книгой требовала полной отдачи сил, энергии и здоровья. А всего этого оставалось все меньше и меньше…
В последний вечер перед обычной «ночной вахтой» – писал-то Валентин Саввич ночами – он сказал мне:
– Все… Осталось две главы – примерно авторский лист, потом – обращение к читателям, его мы напишем вместе.
Две последние главы были написаны начерно. Я решила внести их в текст романа в том виде, в каком они созданы автором.
Утрата – моя и почитателей творчества Валентина Пикуля – невосполнима. Как много он хотел еще сделать, сколько планов и задумок было у него!
Не довелось… Судьба распорядилась иначе. Надеюсь, что читатели этой книги добрым словом вспомнят ее автора – своего современника, сумевшего по-своему рассказать нам о героических и трагических событиях многотрудной истории нашего Отечества.
Вечная память всем, павшим во славу Родины!
Вечная память Савве Михайловичу Пикулю и его сыну Валентину Саввичу, сложившим свои головы на подступах… к Сталинграду.