Барбаросса
Шрифт:
О. X. Толпа была велика?
Р. В. Не менее сотни человек, а может, и того более. И как я догадываюсь, всех очень подогревало присутствие вожака.
О. X. Отчего вы так решили?
Р. В. Я не решил, я догадывался.
О. X. Этого мало.
Р. В: Пираты вели себя слишком смело, несмотря на то что дело было для них весьма рискованное. Было также известно, что в самые опасные атаки Харудж всегда лично водит своих людей.
О. X. Откуда это было известно?
Р. В. Такая о нем ходила слава. Так что, когда я увидел перед собой богато одетого, бегущего впереди человека, когда я почувствовал ярость пиратов, то понял – передо мною сам Харудж, краснобородый пират.
О. X. Вам приходилось видеть его прежде?
Р. В. Бог миловал.
О. X. Кроме вас, никто больше не пробовал стрелять по нападавшим?
Р. В. Кто-то стрелял из арбалета. Один или два человека. Но это было безрезультатно.
О. X. Почему?
Р. В. В бегущего человека из арбалета может попасть только очень хороший стрелок.
О. X. У вас не было очень хороших стрелков?
Р. В. Они, вероятно, были среди пехотинцев, но их не оказалось на батарее.
О. X. Итак, вы выстрелили, даже не рассчитывая попасть в него?
Р. В. Я выстрелил, очень желая попасть в него.
О. X. Одного желания оказалось достаточно?
Р. В. Страстного желания, святой отец. Вы так меня спрашиваете, будто я виноват, что попал.
О. X. Не смейте обижаться! Мы занимаемся такими вещами, среди которых обиды неуместны.
Р. В. Извините, святой отец.
О. X. Вы выстрелили, и он сразу упал?
Р. В. Нет.
О. X. Он продолжал бежать?
Р. В. Нет.
О. X. Что же с ним случилось?
Р. В. Он взлетел.
О. X. Взлетел?!
Р. В. Футов на пять над землей. Умирать буду, не забуду этой картины.
О. X. И долго ли он летал?
Р. В. Нет, он сразу упал.
О. X. Хорошо ли вы все видели, не мешал ли вам пороховой дым?
Р. В. Я уже упоминал, что моя пушка была весьма невелика, дыму она дала самую малость, да и тот сразу же был отнесен ветром.
О. X. Дым появился до того, как вы увидели полет Харуджа, или после?
Р. В. Конечно же после. Я понимаю, что вы имеете в виду, спрашивая меня, однако должен повторить: я не ошибся, я не мог ошибиться, он действительно взлетел, и никакой дым помешать мне не мог.
О. X. Куда, по вашему мнению, мог попасть ему заряд?
Р. В. В сердце.
О. X. То есть?!
Р. В. Говоря проще, заряд, вероятнее всего, попал ему в левую часть груди. Может быть, еще чуть левее.
О. X. В плечо?
Р. В. Пожалуй.
О. X. Когда рассеялся дым, вы увидели лежащего Харуджа? Он лежал?
Р. В. Нет.
О. X. Нет?
Р. В. Да.
О. X. Однако я ничего не понимаю!
Р. В. Он лежал, но не на земле, а на руках своих людей, и они быстро уносили его с поля боя.
О. X. То есть этого одного попадания хватило, чтобы отбить такую яростную атаку пиратов?
Р. В. Если бы ядро попало не в Харуджа, а в любого другого, они бы не остановились.
О. X. Что вы сделали, когда увидели, что вашего главного врага уносят с поля боя?
Р. В. Я возблагодарил Господа за то, что он услышал мою немую молитву и направил ядро туда, куда я мечтал его направить. Радость переполняла мое сердце.
О. X. Вы были уверены, что Харудж убит?
Р. В. О да!
О. X. Почему? Ведь вы не знали этого точно?
Р. В. Ни один человек, поверьте мне, ни один человек не мог бы выжить, доведись ему испытать такой удар.
О. X. Но ведь поспешность, с которой пираты уносили тело своего вожака с поля боя, могла означать и то, что они спешили доставить его поскорее к лекарю. Другими словами, он мог быть еще жив, и вам лишь показалось, что он убит.
Р. В. Это правда. Дальнейшие события подтверждают ваши слова. Но в тот момент я не сомневался, что нить жизни этого ужасного человека прервана.
О. X. Вы посетили то место, где был поражен вожак пиратов, после того, как они отступили?
Р. В. Разумеется. Как только они отступили достаточно далеко, я вместе с десятком солдат отправился туда.
О. X. Обнаружили ли вы там что-нибудь интересное?
Р. В. Обнаружили.
О. X. Так говорите. У вас что, перехватило горло? Выпейте воды.
Р. В. Мы обнаружили там руку.
О. X. Руку?
Р. В. Да, святой отец, руку.
О. X. Оторванную?
Р. В. Да, оторванную. И еще немного теплую.
О. X. Вы считаете, что это была рука Харуджа?
Р. В. Что же мне еще считать, подумайте сами?
О. X. Я подумаю, а вы отвечайте на мои вопросы. Вы сразу решили, что это рука его, или кто-то навел вас на эту мысль?
Р. В. Навел. Один солдат.
О. X. Имя?
Р. В. Запамятовал. Вернее, не знаю. Потому что и тогда не знал его.
О. X. Это он первый нашел руку?
Р. В. Он. Он подозвал нас и указал на нее. И первый высказал мнение, что это рука того пирата, в которого попало ядро.
О. X. Кто первым проверил, тепла ли она до сих пор?
Р. В. Не я.
О. X. Кто?
Р. В. Простите, святой отец, не помню. Мне не так часто приходилось в жизни сталкиваться с кровью… а тут еще кость торчит, я почувствовал себя плохо. Я отошел.
О. X. Испанский солдат испугался вида крови, возможно ли в это поверить?!
Р. В. Прошу меня простить, святой отец, мне стыдно.
О. X. Что было с рукой дальше?
Р. В. Насколько я помню, ее взяли в крепость. Да, конечно, взяли.