Бархат
Шрифт:
Удивительно, но ни Бритт, ни Линн ничего не требовали. Фрида решила, что им попросту надоело играть в сыщиков. У Фриды было достаточно своих переживаний. Уже через три дня после возвращения кольца Х она осознала, что не просто тоскует, а сходит с ума по встречам с ним, что готова терпеть любую боль, любые страдания, только бы он снова позвал к себе.
За день до собственного дня рождения она не выдержала и набрала номер…
— Я хочу вернуться.
Он ответил просто и спокойно:
— Нет.
Вот и все…
— Извини…
Отключила телефон совсем, не стоит больше пытаться связаться, он же говорил, что отказ будет означать разрыв в отношениях. Мысль о том, что Х порет кого-то другого, была невыносима. Фрида едва не заболела от тоски, а потому отсутствие работы и возможность спрятаться хоть на время от всех оказались только на руку. Оставалась проблема с днем рождения.
Она решила, что скажет о срочной работе где-нибудь в Гетеборге и уедет, даже сообщила об этом матери, с трудом сдерживаясь, чтобы не разрыдаться. Но Линн обмануть трудно, та все знала об Х и разрыве с ним…
К счастью, Линн позвонила сама, попросила поздравить с днем рождения чуть позже. А потом об этом же попросила и Бритт, они с Магнусом были где-то вне Стокгольма. Фрида согласилась:
— Да, да, послезавтра.
И все-таки она бы уехала подальше, но утром раздался звонок в дверь и крик из подъезда:
— Посыльный…
Пришлось расписаться за большущую коробку, причем молодой человек, доставивший сей объемный, хотя и не тяжелый груз, настаивал:
— Вам, вам! Вы же Фрида Волер?
— От кого?
— Не знаю, там карточка.
Имя на карточке незнакомо: Густав Сьеберг. А текст…
«Сегодня в пять у твоего дома».
Фрида рухнула на диван, не в силах справиться с сумасшедшим сердцебиением. Он не просто позвал, но и назвал свое имя…
Дрожащими руками открыла коробку. В ней лежало роскошное платье из темно-красного шелка. И тут ее захлестнуло отчаяние — на спинке у лифа платья шнуровка, которую никоим образом не затянуть самой! Позвонила подруге:
— Линн, как справиться со шнуровкой на спине без чужой помощи? У тебя не бывало таких случаев?
— Не бывало. Тебе помочь?
— Нет. Да. Если сможешь. Но не сейчас, а в половине пятого…
— Хорошо, приеду.
В половине пятого Линн действительно шнуровала Фриду потуже, изумляясь:
— Слушай, у тебя талия тоньше моей! Это непорядок, нужно и мне подтянуться.
Она не задавала вопросов, куда это Фрида собирается в свой день рождения без подруг.
— Линн, я…
— Пригласил? Я рада. Счастливо быть выпоротой.
Выглядела Фрида на все сто. Из того, что не прилагалась маска, ничего не следовало, маска могла ждать в машине, но это ее уже не пугало. Пусть.
— Сюда нужно какое-то украшение….
Декольте платья и впрямь требовало чего-то особенного. Линн покачала головой:
— Читай: «Только это».
Фрида и не заметила, что к платью приложена вторая карточка.
— Но я…
— Иди уж, вон машина приехала.
Водитель незнаком, никакой маски, куда везет, не говорит, но не в квартиру на Седре. Машина направилась на северо-запад; стараясь незаметно оглядываться, Фрида пыталась понять, куда они едут. Вежливый молодой человек за рулем пояснил, кивнув за окно:
— Нокебю… сейчас Юдарн будет. Там красиво…
Действительно, район частных домов, которые стоят вольно, вокруг лес, видна вода… место замечательное.
Густав (Фрида с трудом заставила себя именовать его так, ведь теперь знала имя, если оно не было выдумкой) их не встречал. Водитель посоветовал:
— Входите, там открыто…
Она осторожно толкнула дверь красивого, довольно большого дома. Та поддалась.
Что, если это вообще чужой дом, как она объяснит, что здесь делает в парадном платье? Оглянулась на машину, водитель кивнул, мол, входи, что же ты?
— Хозяева? Эй, есть кто?
В холле большое зеркало, убедившись, что отражение в нем выглядит весьма недурно, Фрида оглянулась. Что-то показалось ей смутно знакомым, несколько раз глубоко вдохнув, она поняла: запах! Теперь Фрида не сомневалась, что бывала в этом доме, только приезжала сюда в маске без прорезей для глаз и стояла где-то наверху распятой, пока Х, вернее, Густав показывал приятелям, как действовать флоггером.
Она смотрела на лестницу, пытаясь вспомнить, как ее вели, когда услышала сзади до дрожи в коленках знакомый голос:
— Фрида, с днем рождения!
Оглянуться не успела, его руки остановили, потом повернули к зеркалу, сам Густав остался сзади, но уже прикладывал и застегивал на ее шее ожерелье из рубинов, идеально подходившее к платью и нежной коже Фриды. Залюбовавшись украшением, она не сразу сообразила, что Густав без маски. Их взгляды встретились в зеркале.
Красив, очень красив, даже лучше, чем она ожидала. У Фриды дрогнули губы, теперь она просто испугалась, что этот красавец ее бросит. Но его голубые глаза смеялись, Густав повернул Фриду к себе:
— Я рад, что ты решила вернуться ко мне. — Поскольку она все еще не могла отвести глаз, усмехнулся. — Без маски лучше или хуже?
Фрида с трудом выдохнула:
— Лучше…
Он не стал дольше вести беседу, просто обнял ее и приник губами к губам. Поцелуй получился долгим и страстным.
— Сегодня никакого флоггера, хотя штрафных очков у тебя набралось много. А вот секс будет. И в джакузи тоже…
— Я согласна…
— Друзья приедут завтра, а сегодня наш день.
Фрида хотела сказать, что завтра обещала встретиться с Линн и Бритт, но подумала, что Густав важней.