Чтение онлайн

– Добрый день!.. – начала медсестра на ломаном турецком, подойдя к госпоже Фехиме. – Доктор зайдет в палату на плановый осмотр пациента, а после хочет с вами поговорить.

– Да, конечно, – ответила Фехиме.

Понимая, что у нее есть время на чашку кофе, она спустилась в кафе. Сидя за столиком, женщина вспоминала некоторые события из жизни Кемаля. То радостные моменты всплывали перед ее глазами, то грустные.

– Сынок, увижу ли я снова твою улыбку? – говорила Фехиме, допивая свой кофе.

Стамбул. Нихан с дочерью возвращались домой из школы.

– Мама, мамочка, я очень хочу то мороженое, – говорила Дениз звонким голосом.

– Какое, моя принцесса?

– То мороженое, которое мы ели в кафе. Ты еще сказала, что вы с папой часто ходили туда.

– Ну как же я могу отказать моей принцессе? Шафак, прошу тебя, отвези нас в то кафе, рядом с моей студией.

– Хорошо, госпожа Нихан, – ответил Шафак.

– Мамочка, как же я тебя люблю, – радостно заговорила Дениз. – И еще я люблю, когда ты сидишь со мной рядом, и я могу тебя обнимать крепко-крепко. А ты, брат Шафак, в школу без мамы не приезжай, – продолжала Дениз.

– Слушаюсь, моя маленькая хозяйка, – ответил Шафак сквозь улыбку.

Клиника в Берлине. Госпожа Фехиме направилась в кабинет доктора.

Как она и предполагала, доктор и медсестра после осмотра больных уже вернулись в кабинет и готовы были ее принять.

– Госпожа Фехиме, я должен обсудить с вами те изменения, которые происходят в организме вашего сына за последние два месяца.

Госпожа Фехиме внимательно слушала медсестру, которая переводила слова доктора. В один момент она заметила, как врач и медсестра уставились на нее. Медсестра, подходя к графину с водой, произнесла на турецком:

– Госпожа Фехиме, прошу вас, не волнуйтесь, – она поднесла стакан воды женщине и продолжила: – Вы очень бледная, постарайтесь не переживать, ведь плохих новостей нет. Как вы уже знаете, когда ваш сын подорвался на мине, он мгновенно лишился правой ноги и потерял много крови. Нестабильное состояние организма вынудило врачей ввести пациента в медикаментозную кому. Но мы должны отметить, что на родине первую помощь оказали вовремя, в противном случае его бы не стало. Так вот, доктор говорит, – продолжала переводить медсестра, – что ваш сын начал подавать признаки жизни и что, по нашим наблюдениям, рецепторы на правой руке стали более чувствительными. Это говорит о том, что организм вашего сына перешел страшный рубеж, что наше лечение за эти четыре года не прошло даром. Появилась надежда, и Кемаль в скором времени должен выйти из состояния комы.

И тут госпожа Фехиме, которая слушала их в напряжении, вдруг расслабилась и заплакала. Но это уже были слезы счастья.

Фехиме обратилась к медсестре:

– Прошу вас, переведите доктору, что я очень благодарна ему за эту надежду. Я и мечтать о таком не смела, доктор, спасибо вам, доктор, спасибо Всевышнему!

Стамбул. Ранним утром, проводив дочь в школу, Нихан отправилась в мастерскую. Она, как никогда, была уверена в своих действиях и с большим интересом приступила к новому проекту.

В мастерской Нихан было очень оживленно. Как всегда, рабочий день начинался небольшим мастер-классом для учеников. После него Нихан попросила Ясемин позвать всех на совещание.

Недалеко от компании Кемаля, в уютном кафе обедали Зекир и Зехра.

– Дорогая, меня очень обрадовал звонок Фехиме, я с утра только об этом и думаю.

– Новость отличная, Зекир, но меня беспокоит совершенно другое, – ответила Зехра. – Простит ли нас Нихан за то, что скрывали от нее правду.

– Зехра, – перебил ее супруг, – все делается во благо Нихан. Но нельзя забывать и о том, что сказали врачи. Даже доктор Хаммер в немецкой клинике нам на тот момент не давал надежду, что Кемаль восстановится. Предположения доктора подтвердились: он подает признаки жизни. И доктор прогнозирует, что в скором времени он выйдет из состояния комы.

Берлин, отель. В номер, где остановилась мать Кемаля, постучали. Фехиме открыла дверь, перед ней стояла Зейнеб.

– Мама, какая хорошая новость, – сказала Зейнеб, обнимая мать. – Я не могла оставаться дома после работы, зная, что ты в Берлине.

– Рада видеть тебя, доченька. Да, ты права, Всевышний услышал наши молитвы. Будем надеяться, что у доктора верные прогнозы, Кемаль вернется к нам и наша семья вновь обретет счастье, – ответила госпожа Фехиме со слезами на глазах.

– Мама, тебе нельзя так волноваться, успокойся, прошу тебя, – проговорила Зейнеб.

Немного успокоившись, мать обратилась к ней:

– Дорогая, я ведь не спросила: как твоя работа, да и учеба, которую ты решила продолжить здесь, в Берлине?

– Мне очень нравится здесь, мама, – отвечала Зейнеб, поднося маме стакан воды и таблетки. – Не то чтобы я хочу здесь остаться, нет, сразу же вернусь в Стамбул после окончания учебы. Беда, которая нас настигла, очень многое изменила, мама, изменила нас и даже мою судьбу. Будто Кемаль жертвовал своей жизнью, чтобы мы осознали многое. Я переехала в Германию, чтобы быть ближе к брату, поступила в магистратуру, а в свободное от учебы время работаю. И я думаю, он бы мною сейчас гордился, – сказала Зейнеб в слезах. – Ты же знаешь, мама, сколько непростительных ошибок я совершила.

Мать обняла дочку, и Зейнеб продолжила:

– Мама, как поживает Нихан? Вы до сих пор скрываете о случившемся от нее? – спросила Зейнеб.

– Нет, доченька, после сегодняшнего разговора с доктором я решила: мы должны это сделать, больше нельзя откладывать. Завтра я улетаю обратно в Стамбул, так больше нельзя, нужно все рассказать Нихан.

Дом Лейлы и Айхан. На летней террасе Лейла обедала с мужем и с сестрой Вильдан.

– Лейла, спасибо тебе, дорогая сестрица, за вкусный обед. Утка у тебя получилась на славу, просто пальчики оближешь, – сказала Вильдан.

– То-то же, – ответила Лейла. – А я ведь тебя просила остаться жить у меня. Ты знаешь, сколько вкусного ты бы отведала, – продолжила она улыбаясь.

– Да, я решила жить одна, но с открытием благотворительного фонда имени Озана моя жизнь обрела новый смысл.

– Вильдан, – перебил разговор сестер Айхан, – звонила Фехиме, новости о здоровье Кемаля подтвердились. Доктор делает хороший прогноз, и Фехиме хочет все рассказать Нихан. Я считаю, что мы должны поддержать эту идею. И нам необходимо быть вместе в этот непростой и, конечно же, счастливый день для Нихан.