Чтение онлайн

– Пока что он на это не способен.

– СССР был намного мощнее нас. Но даже он не устоял перед либерализацией. Люди не могут жить в клетке. Они должны чувствовать, что могут попытаться прыгнуть на четыре метра, хотя понимают, что это не возможно. Запад не свободен, но он позволяет чувствовать себя таковым. Ощущение свободы важнее самой свободы. Если мы хотим конкурировать с западом, нужно побеждать его на его же арене. Темпы развития любого государства определяет научно-технический прогресс. Как мы будем развивать науку, отвергая научные достижения?

– Ты не понимаешь, Башар! Любое снятие ограничений откроет ворота западу. Его культура придет сюда и все что останется сирийцам – подражать им. Запад – это зло.

– Мы можем отвергать запад. Но как это делать без козырей? У нас не так много нефти. Путь Сирии либо исламизация, либо развитие. Мир давно изменился. Больше нет локальных проблем. Теперь проблемы глобальные и требуют глобального решения. Религия еще не рождала гениальных ученых, гениальных политиков, гениальных инженеров. У нас много гениальных сирийцев, но чтобы они появились, им нужна основа. Мы можем создать новое панарабское движение, и основано оно будет не на религии или на борьбе с Израилем, а на науке. Новый арабский союз сможет запускать в космос ракеты, создавать компьютеры, машины. Это будет триумф арабской цивилизации! Мы все сможем, если захотим.

– Твое мнение мне ясно, Башар. Мы обязательно это обсудим попозже.

– Времени мало, отец. Сирию ждет процесс урбанизации, но что могут дать сирийцам города, кроме водопровода? Нам нужно развивать науку.

– Зачем? Хочешь уничтожить Израиль?

– В том числе, отец.

– Я вспоминаю себя в молодости. Такой же наивный.

Хафез посмотрел на Башара и порадовался его пылкости и простоте.

– Позволь, я поделюсь с тобой опытом. В 1973 году во время войны Йом-Киппура советские военные передали нашим бронетанковым войскам новое противотанковое оружие сэггеры. Противотанковые ракеты. Они дали хорошие результаты – более 1000 подбитых израильских танков войны. Только еврейские танкисты оказались очень изобретательными. Вскоре они обнаружили слабые стороны сэггера – красный луч наводчика. Поэтому, когда один израильский танк находил на себе красный луч, все остальные танки начинали двигаться хаотично, что приводило к потери визуального контакта наводчика с целью из-за поднятой пыли.

Ты понимаешь, почему мы проиграли ту войну? Дело не только в оружии. Солдаты ЦАХАЛА не только имеют лучшие вооружение, но они, к тому же, и стойкие, изобретательные и выносливые солдаты. После той войны с Израилем я понял, что воевать с ними нет смысла. Наша армия, несмотря на новое вооружение, становится только слабее. Все больше генералов и меньше солдат. Соотношение командного и рядового состава в армии Израиля 1:9, в нашей армии 1:4. Плюс их авиация лучше оснащена и технологична. Их разведка знает все о нашей армии. Лейтенанты в армии Израиля намного лучше подготовлены к войне, чем наши полковники. Любая атака с нашей стороны подобна самоубийству. Ты все еще хочешь вернуть Голанские высоты? Соотношение сил в битве должно быть 1:4. Чтобы добиться такого, потребуется военная мощь стран всего региона. И мы оба знаем, что это невозможно.

Многие думают, что против нас действует страна с населением в шесть миллионов человек. На самом деле Израиль – это конгломерат стран, за спиной которых транснациональные корпорации. Они контролируют политику многих стран. Во время Второй мировой войны Королевство Дания было единственной страной в Европе, которая отказала Гитлеру в уничтожении евреев. После войны Дания стала страной с самой лучшей экономикой в Европе. Понимаешь, о чем я? Евреи – это не только Израиль. Это мировой капитал, у которого долгосрочные планы. Они держат в руках мировые элиты.

Я хочу, чтобы ты стал правителем Сирии, но не ради реванша с Израилем. У них на нашу страну страшные планы. Если ты будешь слабым, они разнесут всю нашу элиту, они подкупят и убьют всех несогласных. Грядет буря, и я надеюсь, ты устоишь. Чтобы противостоять им, тебе придется забыть о многом.

– Я подготовлю войска.

– Они найдут способ остановить тебя, если посчитают опасным.

– Всю жизнь, отец, я смотрел на тебя с гордостью, но не сейчас. Сейчас ты похож на слабого человека. Неужели они так пугают тебя? – удивился Башар. – У нас в регионе много друзей. Они должны бояться нас, а не мы их.

– После Второй Мировой войны в Румынии проживало множество евреев, – продолжил Хафез. – Израиль вознамерился вернуть их. Власти Румынии стали, так сказать, продавать евреев. Румыния разрешала иммиграцию сначала в обмен на технологии, затем, во время правления Чаушеску, евреев стали обменивать на твердую валюту. Была даже ставка 2700 долларов за каждого иммигранта. Это обидело евреев. Спустя годы Чаушеску с супругой расстреляли в прямом эфире по телевидению. Я не хочу, чтобы с тобой поступили также. И это задание по выявлению заговорщика – обычная проверка.

16 мая, 2000 года. Дамаск. Офис Башара Асада. 11.05.

После нескольких телефонных переговоров Башар сидел с головой, полной грусти и печали. Сегодня был тяжелый разговор с отцом, который оставил неприятный осадок. Каждый человек должен встретиться с переменами. И каждый человек справляется с ними сам.

Башар никогда не желал заменить отца во власти. Это была прерогатива Басиля. Теперь же у него нет выхода. Даже дети королей не управляют своей судьбой.

16 мая, 2000 года. Военный полигон вблизи Голанских высот. Учения 4го механизированного дивизиона под командованием Махера Асада. 12.45.

5 тысяч солдат как один слаженный механизм бегали по полю, готовясь к обороне от условного противника. На сегодняшний день 4й механизированный дивизион являлся одной из самых боеспособных единиц в сирийской армии.

Луго стоял чуть позади Башара, когда тот наблюдал за учениями вместе со своим младшим братом Махером. После небольшой беседы Башар вернулся в хорошем расположении духа.

– В случае задержания Кузнеца, войска Махера смогут поддержать нас на севере, – с гордостью сказал Башар.

Луго лишь нахмурился.

– Ты хочешь арестовать Кузнеца? – спросил Луго.

– Всякое может случиться.

– О чем беседовали?

– В основном о подготовке маневренных частей. Мой брат хвастался тем, что если бы у него было три таких дивизиона и хорошая поддержка с воздуха, то отбить Голанские высоты не составила бы труда. Я успокоил его, обещал вернуть наши земли дипломатическим путем.