Чтение онлайн

–  Все мы меняемся, пока вращается Колесо.

–  Типичный ответ Айз Седай, - улыбнулся ал'Тор. Расслабленной, мягкой улыбкой. Это удивило её.
– Интересно, привыкну ли я когда-нибудь к ним. Однажды ты получила стрелу, предназначенную мне. Я поблагодарил тебя за это?

–  Насколько помню, я сделала это не специально, - сухо отозвалась она.

–  В любом случае, прими мою благодарность, - он повернулся к дверям в Зал Совета.
– Какова она в роли Амерлин?

«Почему он спрашивает меня?»Он не мог знать о близких взаимоотношениях между Суан и Эгвейн.

–  Удивительная, - произнесла Суан.
– Одна из величайших среди всех, что были у нас, притом что занимает Престол недавно.

Он снова улыбнулся.

–  Меньшего я и не ожидал. Странно, но я чувствую, что вновь встретиться с ней будет болезненно, несмотря на то, что это единственная моя рана, которая прочно и окончательно зажила. Но я всё ещё помню ту боль.

Свет, этот мужчина опроверг все её ожидания! Белая Башня была тем местом, в котором любой способный направлять мужчина должен был потерять присутствие духа. Даже Возрождённый Дракон. Но он не выглядел сколько-нибудь взволнованным.

Она открыла было рот, но тут же закрыла, поскольку сквозь плотную толпу протиснулась одна из Айз Седай. Тиана?

Женщина что-то достала из рукава и протянула ал'Тору. Небольшое письмо, скреплённой красной восковой печатью.

–  Это вам, - произнесла она. Ее голос был напряжён, пальцы дрожали, однако дрожь была едва заметна. Но Суан научилась выявлять признаки эмоций Айз Седай.

Ал'Тор вскинул бровь, затем протянул руку и взял письмо.

–  Что это?

–  Я обещала его передать, - сказала Тиана.
– Я хотела было отказаться, но никогда бы не подумала, что вы явитесь в… Я имела в виду…

Она осеклась и умолкла. Затем проскользнула обратно в толпу.

Не читая, ал'Тор спрятал послание в карман.

–  Постарайся успокоить Эгвейн, когда я сделаю то, что должен, - сказал он Суан.

Затем он глубоко вздохнул и шагнул вперёд, игнорируя охрану, к дверям в Зал Совета. Стражи робко поспешили следом, не смея его остановить.

Когда Ранд без сопровождения вошёл в Зал, по коже рук Эгвейн пробежали мурашки. Оставшиеся снаружи Айз Седай столпились в дверях, пытаясь не таращиться во все глаза. Сильвиана взглянула на Эгвейн. Должна ли эта встреча быть Запечатана Пламенем для всех, кроме Совета?

«Нет, - подумала Эгвейн.
– Им необходимо видеть, что я ему противостою. Свет, но я не чувствую, что к этому готова».

Но тут уж ничего не поделаешь. Она собралась, повторяя слова, которые всё утро вертелись в её голове. Это был не Ранд ал’Тор, друг детства, человек, за которого она собиралась выйти замуж. К Ранду ал'Тору она могла бы проявить снисходительность, однако в данной ситуации это могло привести к концу света.

Нет. Этот человек был Возрождённым Драконом. Самый опасный мужчина из когда-либо живших на земле. Высокий, гораздо более уверенный в себе, чем ей помнилось. В простой одежде.

Он прошёл прямо в центр Зала; Стражи, сопровождавшие его, остались снаружи. Он остановился в центре изображённого на полу Пламени, окружённый сидевшими на своих местах Восседающими.

–  Эгвейн, - произнёс Ранд, его голос эхом отразился от стен залы. Он кивнул ей, словно в знак уважения.
– Вижу, ты добилась своего. Палантин Амерлин тебе к лицу.

В свете того, что ей не так давно приходилось о нём слышать, его спокойствие было для неё неожиданным. Возможно, это было обречённостью решившего сдаться преступника.

Неужели она так о нём и думает? Как о преступнике? Он совершал поступки, без сомнения, кажущиеся преступными: он разрушал, он завоевывал. Последний раз она была рядом с ним, когда они путешествовали по Айильской Пустыне. В то время в нём появилась некая твёрдость, и она по-прежнему видела в нём эту черту. Однако теперь появилось что-то ещё. Нечто большее.

–  Что с тобой произошло?
– спросила она, подавшись вперёд с Престола Амерлин.

–  Я был сломан, - произнёс Ранд, держа руки за спиной.
– А затем, что поразительно, был выкован заново. Мне кажется, он почти заполучил меня, Эгвейн. Именно Кадсуане открыла мне глаза на то, что это нужно исправить, хотя у неё это вышло случайно. Тем не менее, полагаю, мне следует пересмотреть своё решение об её изгнании.

Он говорил иначе. Была в его словах некая церемонность, которой она не знала прежде в Ранде. У другого человека она бы предположила хорошее образование и просвещённость. Но у Ранда не было ни того, ни другого. Неужели его наставники столь быстро добились успеха?

–  Для чего ты явился к Престолу Амерлин?
– спросила она.
– Желаешь ли ты просить о чём-либо или явился, чтобы предать себя в руки Белой Башни?

Он изучал её, по-прежнему держа руки за спиной. За его спиной одна за другой в Зал тихо вошли тринадцать Айз Седай. Их окружало сияние саидар– они удерживали его щит.

Казалось, Ранда это нисколько не волновало. Он изучал помещение, разглядывал Восседающих. Его взгляд задержался на скамье Красных. Два места там пустовали. Певара и Джавиндра всё ещё не вернулись со своей тайной миссии. Лишь Барасин, недавно избранная вместо Духары, была на месте. К её чести она спокойно встретила взгляд Ранда.

–  Прежде я ненавидел тебя, - сказал Ранд, вновь повернувшись к Эгвейн.
– В последние месяцы меня переполняло много чувств. Кажется, с того самого момента, как Морейн явилась в Двуречье, я старался избегать сетей Айз Седай. И всё же, я позволил опутать себя другим, невидимым сетям, но более опасным.

–  Мне пришло в голову, что я перестарался. Меня волновало, что, послушайся я тебя, ты попыталась бы управлять мной. Мной двигало не стремление к независимости, а страх стать бесполезным. Я боялся, что всё, что я сделаю, будет совершено тобой, а не мной, - он помедлил.
– Я хотел найти кучу спин, на которые я мог бы удобно взвалить вину за свои преступления.

Эгвейн нахмурилась. Возрождённый Дракон явился в Башню, чтобы поупражняться в пустой философии? Может, он ужебезумен?