Чтение онлайн

— В третью и четвёртую резче.

Да уж. Я поджал губы. По одним только рисункам на плите это и не поймёшь. Там явно не хватает ещё пояснений. И этот Ирал позволил мне пять часов заучивать последовательность движений с ошибками. Хотя уж кто-кто, а советник по пути меча должен знать, что гораздо проще сразу учить правильно, чем переучивать неверные движения. С подозрением поинтересовался:

— А что по движению жара души?

— Простите, господин, но мне далеко ещё до уровня Клинка, я не могу пока увидеть циркуляции жара души в вашем теле. Но вы очень талантливы, господин, у вас высокая чувствительность, вы словно ощущаете дисбаланс потоков и инстинктивно находите единственно верный путь. Не будет ложью сказать, что вы гений.

Я скривился:

— А что, в качества советника обязана входить лесть?

Ответил мне мудрец:

— Нет, господин. Она вредна для того, кто стоит рядом с вами, да и Ирал никогда не был замечен в лести ни одному наследнику Оскуридо.

— Это значит вы помните, — я хмыкнул и язвительно спросил.
– — А может, вы помните всё, но не все говорите?

— Господин, у меня нет способа убедить вас, но вы стремительно набираете силу, не так далеко момент, когда вы уже сумеете наказать нас, если захотите.

И снова я расхохотался:

— Аха-хах-ха! А ты не зря первый из вас, советников. У меня в детстве тоже был учитель, который любил, когда я называю его сабио. Он был такой же хитрый, как и ты, когда нужно было заставить меня заниматься. Боюсь даже представить, сколько хитрости ты накопил за свою жизнь. Сколько столетий ты служил тенью-советником?

Тень мудреца колыхнулась на месте, пожав плечами:

— Это скрыто от меня, господин. Но так ли это важно? Осмелюсь напомнить, что вы просили у вашего отца два дня, и они стремительно утекают из ваших пальцев. Конечно, Ирал теперь помнит эти техники меча и движений, но, когда вы сумеете в следующий раз с таким жаром и отдачей отдаться тренировке с ним? Тренировке в одиночестве, когда вам никто не мешает и не задаёт вопросов?

Тут он был прав. Можно, конечно, просто получать советы, которые никто не слышит и самому не говорить с пустотой. Но вернуться из гор с двумя новыми техниками, которые я начну тренировать в замке? Ни к чему давать пищу слухам. Слишком много глаз будет в замке.

Я поднял меч, пытаясь ощутить в себе тот самый баланс верного потока, о котором говорил Ирал. Если есть разница в скорости движений меча, то это должно отражаться и на движении жара души.

На постижение первых десяти движений и проявление сути этого умения мне понадобился остаток дня.

Сейчас я замер напротив огромного валуна, на котором и тренировался последний час.

Первые три движения зажгли после себя дымчатые росчерки, четвёртое движение проявило над валуном четыре серых клинка, которые стремительно метнулись к цели. Каждое новое движение проявляло ещё один дымчатый клинок. И каждый из них был в два раза сильней предыдущего, оставляя на валуне всё более и более глубокие зарубки.

Но пока десять — это мой предел. Сложность каждого нового движения тоже нарастала. Я буквально ощущал, как туго скручивается во мне жар души, сопротивляясь на каждом новом взмахе меча тоже вдвое от предыдущего.

Опустив меч, переспросил Ирала:

— Как, говоришь, оно называется?

— Двадцать четыре клинка мрака.

Я покачал головой. Говорящее название. И облик у проявленной сути тоже под стать. Ни следа льда или света Дома Денудо и королевства Скеро, давших начало нашим родовым цветам.

Если принимать, что двадцать четыре движения равны шести умениям Меча льда и света, то освоенные десять это по сложности где-то Покров клинков. Только Покров умений Денудо разделяется на сотни игл, а Клинки мрака одиночные, и поэтому должны наносить гораздо более сильные удары.

Идеальное умение против одного противника, когда ты можешь сконцентрироваться только на том, чтобы пробить его защиту и убить его.

Лучше даже, чем Ветер клинков, потому что атакует с разных сторон.

Повёл плечами, разминая их, вздохнул:

— С этим хватит. Остальное доберу позже. Теперь второе.

— Простите, господин, но я хочу сразу предупредить. Если для Двадцати четырёх клинков печати мало важны и особо не усиливают это умение, то для Шагов сквозь тень они едва ли не важнейшая половина. Они дадутся вам не так легко, ведь в печатях вы новичок.

Это сильно всё меняло. Я вернулся к плите, вгляделся в фигу, которую нужно скрутить на первом шаге. Попытался выгнуть так пальцы. И не смог. Ожидаемо.

Пожал плечами:

— К чему вообще мучиться с этим? За ту тысячу лет, что вы спали, многое изменилось. Ребел мёртв, единство ихора в жителях всех королевств распалось, древние внешние техники не действуют.

Ирал снова грохнулся на колени, если можно так говорить о бестелесной тени:

— Господин, но вы особый случай, попробуйте, прошу вас!

Я лишь снова покачал головой. Будь тень настоящим человеком из плоти и крови, то разбила бы колени об эти неровные и острые камни пещеры. Вздохнув, я принялся сгибать пальцы. Час мучений и я сумел совместить шаг и пальцевую печать. Первый шаг и первую печать.

Ничего. Ничего, кроме ощущения жжения в венах руки, через которую сейчас истекал в пустоту жар души.

Скосил глаза на советника пути меча:

— Я ведь всё сделал верно?

Ирал опустил голову:

— Да, господин, выполнение печати идеальное, простите своего слугу, вы были правы.

Я с облегчением прервал поток, несколько раз сжал пальцы в кулак, разминая их. Подвёл итог:

— Значит, обойдёмся без Шагов, — спохватившись, уточнил. — А что они вообще должны делать, эти Шаги Ребела?

— Жаль, господин, что всё так изменилось. Я не помню, какие вообще были умения у рода Оскуридо, но эти два очень удачные. Техника для убийства и техника для бегства. Шаги сквозь тень позволяют, по сути, становиться невидимым и проходить через нетолстые стены. То, что использовал против вас тот слабый идар, что застал вас врасплох и ранил. Только лучше.