Чтение онлайн

Гулгадан помотал головой и скривился от боли, пронзившей затылок.

— Умолкни и не скули, Ругах! Пока я добр и сам не выпустил твои кишки! Убить сонного родича, как Одарк — подло, но твой проступок еще хуже. Ты уснул на посту! И если бы рядом действительно были враги, о чем ты сейчас тут ноешь — мы проснулись бы в Краях Вечной Охоты! Оставив тебя на посту, я доверил тебе жизни всего отряда, а ты… — Гулгадан презрительно сплюнул. — Твое счастье, Ругах, что мы не в военном походе. Иначе и разговора никакого не было бы! Одарк! Ты единственный, кому повезло. Нашелся тот, кто поможет тебе очиститься. Но не сейчас. Мне надоело сидеть на одном месте! Тут скоро шагу будет нельзя ступить, чтобы в дерьмо не вляпаться!.. Выступаем немедленно. Поединок будет проведен, когда разобьем новый лагерь…

Гулгадан помолчал, что-то обдумывая, и добавил:

— Двигаемся без обеда и до тех пор, пока тень от воткнутого в землю ятагана длиной не сравнится с самим оружием.

Воины негромко заворчали, не соглашаясь с таким подходом, но сейчас с Гулгаданом лучше было не спорить.

— Я сказал! Или кто-то хочет оспорить приказ?..

Желающих рискнуть остатками здоровья не нашлось.

Сказано — сделано. Орку собраться, что голому подпоясаться. Поставили пленников на ноги, похватали оружие и побрели прочь. Ни о каком строе или хотя бы его подобии и речи быть не могло. Орда — она, пардон, и в Африке орда. Только и того, что товарищей моих держали внутри группы, стихийно пульсирующей, как отара.

Подслушав ближайшие планы и уточнив направление, я забрал еще больше в сторону и, заложив максимально длинную дугу, постарался опередить орков. С тем, чтобы во время их вечерней стоянки опять иметь возможность подкрадываться с юга. Рассчитывать и сегодня на небрежность врага не приходилось. Зуб даю, что Гулгадан, для очистки совести, после поединка и тризны не просто выставит караулы, а удвоит их. Да и сам вполглаза спать станет. Поскольку еще один труп или несчастный случай с часовым уже станут пощечиной его авторитету как полевого командира. И вряд ли найдут понимание и одобрение среди старейшин рода.

Так что я не жалел ног и даже перестарался чуток.

Потому что когда вышел наперерез отряду орков, их еще и в помине не было. Даже на горизонте не пылили.

Пришлось со всей осторожностью двинуться им навстречу. Напряженно вглядываясь вдаль и используя любые укрытия, скупо предоставляемые степью в мое временное пользование. Там приходилось поставить между собой и возможным наблюдателем куст шиповника, невесть откуда взявшийся. В другом месте — прикрыться зарослями чертополоха, вымахавшими в рост человека. Все это сильно замедляло передвижение, но торопиться же нельзя? Кто поспешит, тот орков рассмешит…

А они уже давно никуда не шли…

Как говорится, знал бы прикуп — жил бы в Сочи. Перестраховался, беря в расчет среднюю скорость передвижения орков. Забыл об их похмельном состоянии, вот и набегал пару-тройку лишних километров. А Гулгадан, слегка проветрившись, наверное, и сам решил, что перегибать дисциплинарную палку не стоит… Вот и распорядился разбить лагерь раньше самим же назначенного срока.

Преодолев очередное открытое пространство, я залег на вершине пригорка, возвышающегося над местностью всего-то метра на три. Зато макушка его не совсем облысела, и я мог спокойно, не опасаясь быть замеченным, рассматривать вражеский лагерь, разбитый примерно в трехстах шагах на север от меня. Рассматривать лежа и даже не сильно раздвигая траву.

Опасаться, что орки учуют меня или увидят на таком расстоянии, не приходилось. Тем более что холм, по отношению к ним, находился не строго на юге. Со всей беготней я все же немного ошибся в расчетах и вышел западнее от места их стоянки, но — в конечном итоге получилось даже лучше. Лучи вечернего солнца слепили орков, так что они даже не оборачивались в мою сторону.

Одним словом, нет такого худа, чтобы на добро не вышло. Впрочем — наоборот тоже бывает. И гораздо чаще.

А орки тем временем завершили все приготовления к очистительному поединку. Одарк и Ругах уже вышли в круг и ждали только сигнала.

Собственно, никаких особенно сложных правил в самом поединке не было. Противникам связывали левые руки коротким кожаным ремнем примерно полутораметровой длины. Вооружали ножами и все. Никаких ограничений, запретов или первой крови. В живых остаться мог только один…

Кто именно победит, по большому счету мне было без разницы. Так что я перестал напрягать зрение и шею, лег лицом на согнутую в локте руку и закрыл глаза. А чего? Солдат спит — служба идет. Ногам даже при умной голове отдых положен, а в моем сегодняшнем случае так и подавно.

Время от времени лениво поглядывая на рычащих и скалящих клыки орков, старательно пытающихся взять чужую жизнь, я думал о том, как просто устроен мир, что все старо под солнцем и при всем богатстве выбора на самом деле альтернативы нет. Все уже когда-то происходило.

Взять хотя бы этот поединок.

Очень сурово смотрится и как нельзя лучше подходит свирепым натурам орков, но и северные индейцы, и монголы тоже использовали подобный ритуал. Так называемый Божий Суд. И свято верили, что он действительно устанавливает справедливость. Собственно, и сейчас отыщутся поборники дуэли как решающего аргумента, несмотря на то что еще Наполеон изрек классическую формулировку: «Бог сражается на стороне больших батальонов».

В том смысле, что хорошо обученный и опытный боец почти не нуждается в поддержке высших сил, а желторотому неумехе, будь он хоть трижды прав, помочь весьма затруднительно. Ну а Господь наш, хоть и всемогущ, вездесущ и всеведущ, тоже всего лишь бог, а потому вполне может не вовремя отвлечься… И мир заселят не дети умных и добрых праведников, а потомки безжалостных профессиональных убийц.

— Одарк! Одарк! — дружно взревели орки.

Угу, вот и еще одно подтверждение моим рассуждениям о справедливости. Если бы на этот поединок принимали ставки, я с большой уверенностью поставил бы как раз на победителя. В отличие от воина с сильно обожженной мордой, а значит — плохо видящего и утомленного нешуточной болью, «убивец» пребывал в отличной форме. Так что со временем, когда противник окончательно ослабел, Одарк сумел выбрать момент и развернуть его мордой на запад. А когда и без того слезящиеся глаза Ругаха на мгновение вообще ослепли, изловчился и воткнул сопернику нож… Да без разницы куда. Я даже смотреть не стал.

Стоп!.. А ведь хорошо, что именно Одарк победил. Я как-то не задумывался раньше, но именно такой результат позволит мне продолжить свою смертоносную игру. Чтобы Гулгадану служба медом не казалась.

Супер! Как говаривали классики: «Вечер перестал быть томным».

Итак, что у орков на повестке дня?

Ясен пень — пьянка. То есть очередная тризна. То-то они так радостно ревут и поздравляют победителя. Логично, последствия бодуна давно выветрились и забыты, а предвкушение попойки всегда приводит любой мужской коллектив в состояние легкой эйфории. Невзирая на повод.