Чтение онлайн

Черт… Все же шло отлично, отряд баронессы благополучно проводил нас почти до самой границы. Дальше мы стали взбираться узкими тропками на тайный перевал контрабандистов, который не контролировали франки.

Великолепный воздух, заснеженные вершины Ането и Монте-Пердидо, бурные речки, величественный водопад Гаварни в окружении одиннадцати более мелких. Все первобытное, нет даже малейших следов вмешательства человека. Все дикое и первозданное. Я такой красоты никогда не видел и по-настоящему наслаждался путешествием.

Наш проводник уверенно вел нас, находя тропинки, вполне проходимые для лошадей. Конечно, порой они шли по краям жутких пропастей, но это только добавляло экзотики и адреналина.

Все случилось внезапно; как только к исходу дня мы ступили в ущелье Тру-де-Тор, небо мгновенно потемнело и поднялся шквальный ветер, несший не только град и дождь, но и увесистые каменюки с щебнем вперемешку. Ущелье превратилось в гигантскую аэродинамическую трубу, в которой выл ветер, заглушая все остальные звуки.

— Сюда… — Из темноты вырос Педро и схватил повод. — Здесь есть пещера.

— Где? — заорал я, так как ничего, кроме беспорядочно навороченных глыб камней, не видел.

Так же внезапно, как появился проводник, передо мной открылась зияющая черная щель. Едва удалось туда протиснуть коней — и то пришлось поснимать поклажу, с ней они не пролезали. Затем выскочил наружу и потащился за шотландцем и остальными лошадьми. В буквальном смысле потащился, нормально идти уже не было ни сил, ни возможности.

— Тук, matj twoyu! Тук, долбаный скотт!.. — периодически орал я, ничего не различая вокруг. — Да что же это такое?

— Здесь… Здесь я… — Шотландец безуспешно старался поднять упавшую вьючную лошадь. — Кажись, зараза, ноги себе переломала…

— Бросай… — дернул его за руку.

— Нет… Как можно? Тут еда и доспех! — Шотландец вырвался и стал стаскивать вьюки с лошади.

— Дай сюда… — Перехватил пару сумок, вцепился в повод коня шотландца и потащил его в пещеру.

— А упряжь?!

— Бросай, дурак…

Чертова шотландская прижимистость. Тут конец света наступает, а он о седле заботится.

Ну и куда идти? Ничего же не видно…

Спас нас проводник, опять вынырнувший из темноты и указавший путь.

— Что это за напасть! — дрожа от холода, прикрикнул я на Педро, чиркающего кресалом, стараясь разжечь факел.

— Горы. Это горы… — невозмутимо буркнул баск и несколько раз махнул факелом, раздувая пламя. — Надо пройти дальше, там будет большой зал, где можно и заночевать.

— Ну так веди…

Еле протащили лошадей по длинному извилистому ходу и очутились в просторном подземном зале, отблескивающем стенами в неровном свете факелов.

— Эта пещера называется «Приют Роланда»: по легенде, он здесь ночевал… — объяснил Педро и принялся стаскивать складированный у стены хворост и относить его к сложенному из камней очагу посередине пещерного зала.

— Это тот самый Роланд? — переспросил у баска и осекся, увидев его непонимающее лицо.

А какой еще? М-да… сморозил. Вроде других знаменитых персонажей под этим именем не значится. И, кажется, его как раз где-то в этих местах и угробили, то ли сарацины, то ли сами баски… что-то там историки плели на эту тему. Да и хрен с ним. Тут на каждом шагу реальная история с творчеством писателей переплетается, сразу не разберешь, что правда, а что вымысел…

Расседлал Родена, обтер его и задал зерна. Затем снял мокрую одежду, развесил ее около костра на рогульках и завернулся в плащ.

Забрели мы вглубь горы на добрых полсотни метров, но даже и сюда периодически доносился рев урагана. Черт… Даже представить себе трудно, что сейчас на поверхности творится. Вот тебе и Пиренеи… курортные места.

Немного отогревшись и ожидая, пока подоспеет в котелке варево, мы с Туком прикинули, как распределить груз на оставшихся лошадей. Еще терпимо, потянут. Да и по пути запасы еды и зерна оскудеют однозначно, так что справятся. Но лошаденку все равно жалко.

Потом, налопавшись, лежа у костра и поглядывая на мерцавшие гранитные стены, раздумывал о превратностях судьбы и неожиданно сильно заскучал по Кармен.

Зачем я еду в Арагон? Вот же оно — счастье, в одном дневном переходе от этой пещеры. Не надо суетиться, не надо никому ничего доказывать. Живи, люби и наслаждайся… Нет… не получится; бастард внутри заест, да и я сам себя заем. Не могу… Верну себе достойное положение — тогда и женюсь на Кармен…

Да, именно женюсь.

Тьфу ты… дошел до ручки. Хотя мысль неплохая…

Спать не хотелось, и я, прихватив горящий сук в качестве факела, отправился погулять по пещере. Не знаю точно, из какого камня состояли стены и свод, но внешне он очень смахивал на гранит. Сталактитов и сталагмитов, по моему мнению, обязательных в пещерах, не было, зато она казалась обжитой. В углу была свалена груда сена и хвороста. Опять же очаг, любовно сложенный из камней, присутствует. Скорее всего, это убежище контрабандистов, хотя совершенно не представляю, что контрабандисты в пятнадцатом веке могут таскать через границу. Педро, конечно, знает, но спрашивать его что-то не хочется, да и не особо интересно мне. Приметил на стене какие-то разводы и, рассмотрев внимательней, чуть не сел на пол.

Мама дорогая… Наскальная живопись… Охренеть и не встать!

Все правильно. Вот группка мужичков — не перепутаешь, мужские достоинства детально прорисованы — пыряет копьями здоровущего быка.

А здесь валят чудовище, здорово смахивающее на мамонта.

А тут танцы какие-то ритуальные…

Ну а вот это?

Это смахивает на ритуальную коллективную случку…

Твою же мать, вот бы сюда археологов…

Да нету их пока как класса. Все списывается на божье произволение, и усомнившиеся прямиком отправляются на костер.