Чтение онлайн

А затем урод поднял голову и рыкнул.

В следующий миг ему прилетело из всех «орудий», все дело в начинающей у меня развиваться ящерофобии — видел их, а рука сама к огнешарам тянулась. Но безрезультатно три мощнейших заряда плазмы бессильно стекли со шкуры, даже не опалив ее. Пламя от огненной гранаты взметнулось под брюхом динозавра, облизало его — вот и весь эффект. Копья праха тоже не нанесли урона — бессильно осыпались.

Можно было говорить об избирательной работе артефактов, если бы каменные плиты под монстром не плавились, не текли, будто восковые; в них не появились отверстия, когда острые колья, превращающие все в пыль, рванули откуда-то из глубин.

В магическом зрении монстр оставался нейтральным, его не окружала незримая броня, а искажения вокруг тела слабые-слабые, не соответствующие поглощенной и остановленной мощи. Их пульсирующий центр находился в глубинах огромного организма, а может и биологического механизма. И располагался между широченными плечами, каждое из которых венчал костяной наплечник, на полукруглые выросты которого смотреть было страшно — настолько казались они острыми.

Все это произошло в несколько секунд.

Я пока даже не смещался.

Наблюдал. Оценивал. Обдумывал.

И еще отметил, что панические волны никуда не делись, они продолжали мутить разум безволием. Особенно сильная прошла атака, когда не сработали средства поражения.

Сука… Вот от такой хрени тоже нужна защита.

И ведь не происходило пока ничего, а волосы даже чуть шевелились на затылке, как при неожиданной встрече со скрайсом. Импульсами заслоняло другие желания только одно — исчезнуть отсюда, уйти, убежать, и как можно скорее. Да, имелся экстренный вариант — портал в Демморунг. Но я не знал сработает он или нет под куполом. Точнее, с вероятностью девяносто девять и девять десятых процента — второе.

— Отставить, мрок! — это уже себе и про себя. И помогло, конечно вместе с привычкой давить любые мешающие двигаться к цели чувства

Ящер отряхнулся, будто пес от воды, осмотрелся. Остановил на мне взгляд раскосых глаз, в которых горело черное пламя, наподобие знакомых заклинаний из школы некромантов. Два темных солнца.

Вот он рыкнул не зло, а всего лишь недовольно.

Я наблюдал, сжимая в правой руке «Коготь».

А задние лапы монстра чуть напряглись, и тут же последовал скоростной прыжок, сродни телепортации, однако одновременно с ним я бросился навстречу, мгновенно оценив высоту полета врага и падая на колени, немного проехал на них, пропуская минимум полуторатонную тушу над собой. Но не для простого адреналина использовал такой опасный трюк, а для атаки.

Укол, укол…

Рез, рез, рез…

Успел, пока доисторическое животное проносилось надо мной, уложить в один миг не меньше полутора десятков ударов. Однако практически до предела улучшенный «Коготь» оставлял лишь царапины и высекал искры. И это из брюха, которое должно было быть наименее защищено.

Не останавливаясь, ушел в сторону — про хвост я не забывал, и разминулся с наконечником в считаных сантиметрах, рванул с пояса уже алхимическую гранату левой рукой.

Амбидекстрия — это не просто блажь, это возможности!

Все вновь произошло в долю мгновения.

Противник приземлился, развернулся. Недовольно рыкнул, когда поделка гоблинов разродилась пламенем на его спине. Стекла, как вода. И опять без всякого результата.

Предварительные выводы не радовали.

К магии и алхимии инертен, отлично бронирован, невероятно быстр и силен, а еще когти явно из адамантита — камень ими резал, как бумагу. Но пока еще не освоился до конца в этом теле Куница или некто — хвостом работал неуклюже, тот же скрайс с пяток ударов бы за это время нанес, пока он один.

Нормально.

Замерли друг напротив друга метрах в трех.

— Человек из другого мира, встань на колени и прими неизбежное! Склонись! Прими покорно свою участь! — гортанно, но вполне понятно зазвучал голос ублюдка. Ах, ты ж сука! Склонись. Сейчас, все брошу, — Твои жалкие кинжалы не в силах даже поцарапать меня. Но даже если тебе улыбнется Азалия, и ты меня ранишь… Что само по себе невероятно… Того потока силы, что вливается, хватит на излечение любых ран. Да, что ран! Я могу отрастить даже новую голову! И Кронос тебе не поможет! Никто не поможет! Склонись, подчинись, и может быть…

— Отлично, — перебил я урода, план действий созрел. Болтун находка для шпиона, впрочем, так бы и действовал согласно логике, без всяких подсказок. Или он специально «оговаривался» в надежде спрогнозировать действия? Поймать? Нет. Враг же не знал, что я видел искажения… Да, именно так. Иначе бы не бравировал.

— Что отлично? — вроде даже непонимающие нотки появились в голосе визави.

— Скажи-ка мне, карнозийский ты эрмант, — не став отвечать на вопрос, начал заходить с козырей. Мне требовалось понять, кого представляла эта тварюга. И именно так ругался Оринус, когда проходился по Раоносу, — Кто ты? Не подлое ли члимское отродье, имеющее приставку к имени Кровавый? И объявивший меня личным врагом?

Глаза ящера полыхнули черным огнем. Рык-рев едва не оглушил, несмотря на шлем и управляемые органы чувств. Вот теперь прошла мощнейшая ментальная атака, которая смела все преграды, кроме «Щита Ихора». Тот по закону больших чисел, наконец-то сработал как нужно — отправил ее обратно. Судил по искажениям.

Впрочем, судя по всему, твари такие финты — слону дробины.

По реакции на непонятные ругательства понял — я угадал, божок, забрел каким-то чудом ко мне на огонек. И опять наведенный страх смешал мысли.

На помощь пришел еще земной опыт борьбы с такими воздействиями. Смог вновь задавить все эмоции: от страха и неверия в собственные силы до ярости и лютой злобы, настроился на одно — убивать. Безжалостно. Беспощадно. Разум холоден, впереди лишь цель. Остальное — неважно. План действий практически выработал.

— Раонос, откуда ты вылез? Силы некуда девать? Молодец! Правильно! Хвалю! Мне энергия потребуется для свершений. И ты вовремя, как и твой дешевый аватар, который не тянет даже на мизинец того же Оринуса, — для наглядности продемонстрировал левый палец, — Их я тоже убил парочку. Чего молчишь? Язык проглотил? — от такой беспредельной наглости ящера переклинило, у него даже нижняя челюсть чуть набок свернулась, а из пасти закапала слюна. Я же плескал и плескал керосин в огонь нашей дружбы, — Или Ситрус тебе на меня пожаловался? А то он, как баба, бегает и бегает, ноет и ноет, вокруг кружит и кружит, сам проявиться трусит. Мрок. Кстати, от Однорогого тебе привет большой-пребольшой, — и это вверну, когда потребуется, — Сейчас эту гадину — плоть от плоти твоей, — указал кинжалом на него, подразумевая собственную неразумность ящера, — задавлю, как слизня, потом с Оринусом мы посмеемся над дерзким Кровавым из Дыры. Это он мне рассказал про твои гнусные прозвища карнозийский ты эрмант, как и про твои дела паскудные.