Беатрис
Шрифт:
Языки пламени облизали кончики его пальцев, намекая на крайнюю степень бешенства, в которой находился ее брат.
– Хочешь трон? Пожалуйста! Может, поймешь, наконец, что у каждого поступка есть своя цена! Глупостей наделала ты, а разгребать последствия теперь придется мне! Подумать только, она связала свою жизнь с самым криминальным элементом во всем Сильвенаре! Ты – принцесса! А он – простолюдин. Пират! Контрабандист!
– Ну конечно. Не ровня твоей Бэан’не. Ты – то у нас женился на сокровище драконьих островов!
Как там говорят… Помяни беса, он и появится? «Сокровище» вылетело из портала, вспыхнувшего у Иллая за спиной, с видом разъяренной фурии. Волосы – всклокоченные, щеки – пунцовые, глаза – безумные. Никак, только вылезла из постели. Ноги обуты в домашние туфли с пушистыми помпонами, хорошенькая фигурка от посторонних глаз прикрыта одной лишь шелковой сорочкой и халатом с павлинами, который королева завязать не потрудилась.
– Так это правда? – Бэан’на, ничуть не церемонясь, схватила ее за руку, будто узор, напоминавший чешую, не было видно за версту. – Ты в своем уме? Ты что натворила? Во всем Сильвенаре не нашла никого, кроме Аракса?
– Отпусти мою сестру, – в голосе Иллая прозвенели стальные нотки. – Она не твоя подданная.
Ледяные пальцы, сжимавшие ее ладонь, ослабили хватку, и гнев Ее Величества обрушился на мужа.
– Следить надо было за своей сестрой! Для дракона иметь всадника – позор! Уль’д’раксис – доверенное лицо моего отца. Твоя сестра опозорила не только его и нас с тобой, она опозорила весь род Даэр’аэ! Я говорила тебе, что ей не место во дворце и… О боги! Я опять оказалась права!
Говорила? Какой любопытный поворот. Не Бьянка ли, навещая ее в Сейгарде, пела аки соловей, что скоро Кассея вернется домой? Что нужно набраться сил и немного потерпеть, подождать, пока приступы пройдут и пламя шалить перестанет?
В памяти вспыли подзабытые со временем картинки. День, когда Лейв только отпустил ее из целительской, заключив, что для общественности Кассея не опасна, а Лиораэль организовал ей комнату в корпусе для девчонок с факультета магии огня… Ее Величество свалилась как снег на голову, и была до того милой и общительной, что она, дурочка, поверила, будто жена ее брата решила с нею подружиться и пришла ее поддержать и подбодрить.
Бэан’на сидела у нее на кровати, сладко улыбаясь, и строила планы, как вместе они будут ходить по магазинам в Эльсиноре, выбирая модные наряды, отмокать в термах и пить вино на балконе, любуясь закатами. Они протрещали до рассвета, и едва драконица ушла, Кассея отключилась, обнимая подушку. Счастливая, окрыленная надеждой на светлое будущее, во сне она подожгла академию. Сила сорвалась с поводка, и отъезд во дворец отложился на неопределенный срок.
Лиораэль заставил ее переехать к ним с Эннарионом через несколько месяцев. После того, как она, впав в беспамятство, бродила по болотам, а потом чуть не прирезала Стоуна, пытавшегося привести ее в чувства. В новом доме ей стало легче. С неделю она была собой, и тогда Даэр’аэ снова появилась на пороге…
– Где он? Куда ты его спрятала? У меня в спальне? – Кассея горько усмехнулась, с трудом сдерживая подступающие слезы.
Не заметить очевидного. Поразительная глупость с ее стороны. Лейв – то заподозрил подвох. Ходил и твердил, что ее срывы – реакция на артефакт. Довел всех вокруг до ручки, и она согласилась снять кольцо, которое подарила ей Каталина. Других артефактов у нее попросту не было. Время шло, а улучшения не наступало. Кто же мог представить, что искали они не там.
– Кого? – Даэр’аэ вздернула свой маленький курносый нос, изображая невинность.
Кассея не «излечилась», сбежав на кессарийские земли. Лиораэль ошибся, полагая, что происходящее с ней – результат отзеркаливания. Банального повторения того, за что она держалась, как за якорь, будучи чудовищем. Проблемы Иллая, приступы Сианны Балиоре. И она ошиблась, думая, что виной всему воспоминания о жизни на болотах, косые взгляды студентов, которые все еще видели в ней «леди» Беатрис.
– Свой кулон. Который ты носила, изображая потерю контроля. Покажи. Мне. Кулон.
До того, как выскочить замуж за Иллая, эта бесстыжая девица отыгрывала роль послушной студентки в Сейгарде, белоснежной овечки, не способной совладать с собственным даром, лишь бы папочка не подсунул ее какому – нибудь престарелому дракону ради политической выгоды.
– Надо тебе? Иди! Поищи! Поройся в вещах королевы! Переверни вверх дном ее покои! – прошипела Бэан’на. – Мне не жалко.
– Ты королева ровно до того момента, пока я не передумала, не так ли? Если я вдруг заявлю права на трон, как считаешь, кого поддержит народ? Старшая дочь короля, герой войны, поразившая всех своей стойкостью. Та, кто перед лицом смерти не согласилась преклонить колено, выйти замуж за врага и жестоко поплатилась за верность Эльсинору. Сильный маг, а теперь еще и всадник. Хотя, о чем это я! Ты и так все просчитала наперед! Превратила год моей жизни в кошмар, лишь бы удержать на голове корону!
Иллай сделался чернее тучи и повернулся к жене:
– Ее срывы твоих рук дело? Только попробуй мне соврать.
Бьянка закусила губу:
– Моих. И что с того? Не надо так на меня смотреть! Я защищала нас! Ты меркнешь в ее свете. Люди скоро забудут о том, что ты освободил Эльсинор.
Где – то в глубине души Кассея сожалела о том, что устроила разборки с Даэр’аэ у брата на глазах. Вспылила. Завелась, ругаясь с ним, а уж когда картинка о проделках Ее Величества сложилась в голове, не сдержалась. Надо было промолчать.
– Нас? – Иллай, побледнев, в неверии мотнул головой. – Нет никаких нас, Бэан’на. Есть ты, твой любовник и мои роскошные ветвистые рога, над которыми потешается все королевство. Хватит с меня. Собирай вещи. Ты отправляешься во дворец Шенди. Жить будешь там.
– Тебя не спросила, что мне делать, – оскалилась в ответ драконица. – Решил отослать меня со двора? Не выйдет. У нас был уговор.
– Был. Я обещал жениться на тебе, и я это сделал. Но всякому терпению рано или поздно приходит конец. Выбор за тобой. Либо ты перебираешься в Шенди, где валяешься в постели с Гансом сутками напролет, чем ты, собственно, и занимаешься на ежедневной основе, либо я возьму вторую жену, и тогда весь свет будет судачить о том, что дочь великого ледяного дракона оказалась у мужа в немилости.
– Не посмеешь. К тому же в Эльсиноре многоженство под запретом, – Бэан’на старательно удерживала на лице маску самодовольной стервы, но голос ее дрогнул. Самую малость.
– Посмею. А что касается запрета… Я король.
– Мой отец тебя убьет.
– Не исключено. И тогда, по законам эсгаров, трон достанется моей сестре, а ты вернешься к папочке в Сильвенар!
Последнее, чем Кассея планировала заняться этой ночью – стать немым свидетелем супружеских разборок. Стараясь не стучать каблучками туфель о мраморный пол, она двинулась к двери, надеясь незаметно выскользнуть наружу, но была остановлена Бьянкой, которая в своих незавидных перспективах на будущее быстро нашла виноватого.