Беатрис
Шрифт:
– Мои дочери, – сказала Амина, заметив, что Чарли разглядывает фотографию. Чарли хотела было спросить, где они, но увидела ответ в глазах Амины.
– Им было год, три и четыре, когда они погибли, – сказала Амина. – И их папа тоже. Мы из Сирии.
– Соболезную, – проговорила Чарли.
– Я тоже, – сказал Андерс.
Амина повернулась к мойке и стала наливать воду в чайник. Чарли посмотрела на ее красные потрескавшиеся руки, когда она ставила на стол чашки, и подумала о ее детях, о той семье, которая у нее когда-то была. Представив себе Амину с мужем и тремя маленькими детьми, она поспешно отмела образы взрывов, бомб и изуродованных детских тел.
Джамал сел за стол, и только теперь Чарли заметила, что у него на левой руке не хватает большого и указательного пальцев. Поймав ее взгляд, он быстро убрал руку, положив ее себе на колени.
– Как давно ты работаешь у Фриды и Густава? – спросила Чарли, отпив глоток чая.
Амина кинула взгляд на мужа, словно ей нужна была помощь, чтобы вспомнить. Казалось, она нервничает. «Возможно, потому, что работает нелегально», – подумала Чарли.
Конец ознакомительного фрагмента.