Бегемот под майонезом
Шрифт:
Светлана прищурилась.
– Ну просто роман. Я нашла с помощью Мосгорсправки адрес этого Матвея, приехала к нему домой. Дверь открыл дядька, выслушал меня и объяснил:
– Я женился на твоей матери уже после того, как тебя в интернат сдали. Не отец я тебе, от кого она тебя родила, понятия не имею. Вы с Леной единоутробные сестры. Почему в детдоме решили поменять тебе фамилию и отчество? Спроси у того, кто им приказ дал. Ленка училась в лесной школе, сердце у нее больное, ее нельзя волновать. Мать твоя умерла, я тебе никто и ничего не должен.
Светлана поморщилась.
– Вот так он меня вытурил. Но я упертая, решила встретиться с сестрой, подстерегла ее на улице, когда та домой возвращалась, и вежливо объяснила:
– Я Света, твоя сестра, у нас одна мать.
Девчонка возразила:
– Я единственная дочь в семье.
Я попыталась ей объяснить правду, но Елена слушать меня не стала, убежала. И все! Но меня просто заело: почему она так с родной сестрой поступила? Лет пятнадцать назад я наняла тетку, та за деньги информацию о людях разыскивает, и выяснилось, что Ленка забила камнем насмерть свою одноклассницу Майю Пледову. Она убийца. А нос задирает, хорошо живет! Вот и все. Кое-какие подробности мне известны, но не хочу их сейчас вспоминать.
– Может, расскажете, что произошло? – спросил Никита Павлович. – Почему Елена убила Майю?
Светлана поморщилась.
– Нет! Отстаньте! И денег не предлагайте. Это бесполезно.
Я не вмешивалась в их разговор, не спросила: «Зачем приезжать на встречу, если не намерена отвечать на вопросы?» Коробков связался со Светланой пару часов назад, у нее выходной день. И она примчалась к нам, забыв о делах, которые были запланированы на сегодня? Возможно, ничего важного у нее не назначено, Светлана просто хотела отдохнуть. Но забыв про любимый сериал или книгу, мигом прилетела к нам? Похоже, все, что связано с младшей сестрой, ее очень интересует.
– Вы общаетесь с Леной? – осведомилась Ада Марковна.
– Нет, – коротко ответила старшая сестра, – она меня из своей жизни вычеркнула.
Глава восьмая
– Вам так и не удалось наладить отношения? – проявил любопытство Никита.
– Она меня из своей жизни вычеркнула, – повторила гостья, – не желает знать старшую сестру, никогда мне не звонит, ни разу не поинтересовалась, как я живу. Ну раз у нее такая позиция, я напрашиваться не собираюсь. Вот гадость мне Ленка с удовольствием сделала!
– Какую? – мигом задала вопрос Ада Марковна.
Светлана завела новый рассказ:
– Лена замужем за владельцем сети клиник. У ее супруга есть центр реабилитации, там требовался врач, зарплата солидная, в разы больше, чем я сейчас получаю. Я сотрудница государственного предприятия, там денег мало – хлопот много. Пришла я в этот центр на собеседование, понравилась специалисту, который вел беседу. Его впечатлили мои статьи в научных журналах, кандидатская степень, то, что я пишу докторскую диссертацию, понравились мои авторские методики. Я уходила, понимая: точно попаду в штат. Но!
Гостья сделала паузу.
– Две недели мне никто не звонил, потом я решила сама побеспокоить сотрудника отдела персонала и услышала: «Во время вашего интервью уже шло оформление на службу другого врача. Как только у нас освободится ставка, сразу вам сообщим».
Светлана Матвеевна криво усмехнулась.
– Понятно, что произошло. Буркину доложили о новой кандидатуре, опытном думающем враче. Поскольку требовался завотделением головного медцентра, мою анкету показали Алексею Николаевичу. Конечно, он сразу понял, кто хочет к нему на работу попасть. Светлана Матвеевна Рогова определенно сестра Елены Матвеевны Роговой. И меня отшвырнули.
– Да почему? – удивилась Ада.
– Да потому, что Буркин, естественно, сообщил жене: «В отделе кадров лежит анкета Светланы с положительными комментариями заведующей отделом. Она прекрасный специалист, я хочу ее взять. Может, вам наладить отношения?» Моя сестра ответила: «Никогда! Выбирай: или я, или она!», – прошипела Светлана и вскинула подбородок. – Вот так! Мне не повезло, я росла в детдоме. А Ленке подфартило, ее воспитывали отец и мать. Сестра из интерната, по ее мнению, – уродка и дура.
Гостья замолчала.
– Люди часто думают за других, – осторожно заговорила Ада Марковна, – приписывают окружающим свои мысли. А на самом деле у тех другое понимание дела. Лучше всего сесть за стол переговоров и спокойно обсудить проблему. Вероятно, Буркин не обсуждает с женой рабочие вопросы. Возможно, завотделом персонала не докладывает боссу о претендентах на места, не исключено, что Алексей Николаевич понятия не имеет о наличии у жены старшей сестры. И нельзя отбрасывать предположение, что вы, Светлана Матвеевна, просто не подошли на эту должность.
Гостья усмехнулась.
– Я? Я не подошла? С моим опытом, научной работой, километрами благодарностей от пациентов? Да в медцентре сейчас работает бесполезная идиотка, блондинка с силиконовым бюстом! Значит, так!
Посетительница открыла сумку, вынула из нее папку и подала Коробкову.
– Ознакомьтесь! Читайте вслух.
Димон откашлялся.
– «Предупреждение. Я, Светлана Матвеевна Рогова, запрещаю всем сотрудникам объединения «Особые бригады» упоминать мое имя, фамилию и отчество в связи с любыми расследованиями, которые проводятся в отношении Елены Матвеевны Роговой, моей сестры. Если какая-либо информация обо мне станет достоянием общественности, человек, нарушивший этот запрет, выплатит мне штраф в размере десяти миллионов рублей. Росчерк, число. Подпись Светланы Матвеевны нотариально заверена сегодня в юридической консультации».
– Это ваш экземпляр, – процедила Светлана, – мой находится в банковской ячейке. Если вы надумаете влезть в квартиру и похитить документ, то у вас ничего не получится. У меня живет охрана, вас арестуют за взлом.
Конец ознакомительного фрагмента.