Чтение онлайн

— Только не это! — взмолился я. Вот Шойна обрадуется: отличная пара для ядовитой гадюки — огнедышащий ящер. — Но ты же говорил: моя сущность — не из сферы Существ!

— Я говорил, что почуял бы свою пищу. Но дело в том, что я… как бы это сказать… ниже дракона в пищевой цепочке.

Всех сожру и успокоюсь.

Граднир в ответ на мой отчаянный взгляд, кашлянул в кулак, пряча улыбку. Ему смешно. В полку Существ прибыло. Целый круг из одного существа.

— Конечно, в клубах огня, дыма и пара мы не разглядели подробностей, — успокоил тигриный дарэйли. И тут же добил: — Но кто еще может с легкостью проложить такой ширины путь среди векового леса, да еще с огоньком? Мы не могли тебя догнать! Не говоря уже о том, чтобы остановить.

А Ринхорт, загибая пальцы, перечислил:

— Сфера Огня — раз. Это в тебе с самого начала проявилось, только я не сразу понял. Сфера Логоса — два. Это Тион почуял. А именно — круг власти. Аспекты этого круга имеют прямое отношение к драконам, это царственная сущность. Три — неуязвимость перед сферой Элементов. Мы не могли тебя задержать, даже объединившись.

— Плюс абсолютное бесстрашие в небе, — добавил Орлин. — Такое ощущение, что полет — твоя составляющая, как у любого дарэйли из круга птиц. И еще — устойчивость к яду Шойны. После двух укусов любой из нас сутки бы не двигался. Это уже круг змей. И посмотри на свои волосы: две пряди отличаются по цвету, симметричны и выглядят подобием драконьих рогов.

— Это седина от невыносимой жизни. Вы меня довели.

— Еще кто кого довел! — Граднир оглушительно заржал. Ему бы лошадью родиться, а не воплощением духа тигра.

Орлин добавил:

— То-то твоя "седина" на закате алая, при луне белая, а на солнце золотится. Не замечал? Нет? Надо чаще умываться. Никто не помнит, чтобы у дарэйли волосы так отражали свет, как лунное золото. Зато о драконах ходят разные легенды. Мы потому и не могли в тебе разобраться, Райтэ, что для создания тебя использовалось несколько кругов нескольких сфер. Такие эксперименты и давали Гончарам древности небывалые сущности: химер всяких, горгулий… Извращенцами слуги Эйне всегда были, даже когда не были жрецами!

Мотнув головой, словно это поможет отмести чудовищные доказательства, я сказал, напирая на каждое слово:

— Я. Не. Дракон. Не хочу!

Граднир рыкнул:

— Начинается! Не принц, не дракон… Скажи еще — не дарэйли, чего уж мелочиться. Сущность не выбирают. Все, садись на загривок и поехали, пора возвращаться, а то девчонки переживают.

Я обвел взглядом их довольные лица и понял:

— Вы это все нарочно устроили? Чтобы я сорвался?

Ринхорт улыбнулся, и было очень непривычно наблюдать на его жестком лице что-то вроде смущения:

— Испытывали тебя, не без того. Думал уже — совсем непробиваемый парень. Пойми, Райтэ, мы не Гончары и не знаем их заклинаний и методов лепки "сосудов". Помним только то, что испытали на своей шкуре, но подвергать такому нельзя ни одно живое существо, даже злейшего врага. Надо было придумать что-то другое, вот мы и пытались.

— Ну, ты и…

— Что — и? Коварный злодей, пожиратель младенцев? Да и пусть! На то я и темный. Мы делали, что могли — время поджимает, а тут еще эта Шойна… Ты должен встретиться с князем, будучи не измочаленной тряпкой, а уже обладая силой дарэйли. Полдела сделано.

— Полдела?! — возмутился я. — И какова же будет вторая половина?

— Надо еще, чтобы ты осознал свою сущность и научился контролировать.

— Да провались она…

— В небо! — подсказал Орлин. — Ну, летать-то я дракона научу. Если он меня не сожрет в процессе учебы. По легендам, это очень прожорливые чешуйчатые "птички".

Контролировать себя я принялся немедленно. Очень уж кулаки зачесались.

— Идем вместе? — испытующе глянули угольные глаза железного рыцаря.

Я кивнул. Да и куда я от них денусь? Чтобы разнести Сферикалы в прах, нужна армия свободных дарэйли, или хотя бы полусотня для начала. "Ты лукавишь, как твой создатель, Райтэ", — зашевелился внутренний голос. Да, признался я себе. Никуда я не денусь от тех, кто стал как братья. И ведь самое странное — не только по крови мы чужды, но и по духу. Что же нас роднит? "Гончары!" — стукнуло по темечку. Изнутри.

Через неделю отряд Верховного достиг берега реки, от которого уходила через лес выжженная полоса.

Ноздри Сьента хищно раздулись, он улыбался тонкой змеиной улыбкой, а в его руках играл причудливыми гранями, отражая солнечные лучи, крупный кристалл аметиста, выловленный из реки одним из его дарэйли.

Вскоре коллекция находок пополнилась не менее крупным сапфиром, испорченным причудливыми трещинами, и серебряной фигуркой, изумившей Верховного. Он немедленно призвал иерархов сфер Логоса и Огня.

— Посмотрите на это, братья. Кто мог подумать? — протянул он фигурку на ладони.

Рыжий иерарх сферы Огня рассмеялся:

— Теперь я понимаю, почему в рунных построениях Ионта были так причудливо замешаны аспекты по меньшей мере трех сфер.

— Не может быть! — пробормотал Глир. — Авьел говорил…

Спохватившись, он замолчал под прищуренным взглядом льдистых глаз Верховного.

— Так что же говорил наш погибший брат? — приподнялся в улыбке уголок тонких губ Сьента.

— Император работал с кругом власти, создавал идеального завоевателя, как и требовалось Сферикалу.

— Ионт всегда отличался изощренным чувством юмора, — Верховный убрал фигурку в карман. Надо показать находку Шойне, она оценит.

И дарэйли оценила. Ее глаза вспыхнули небывалым восторгом:

— Да, это царственная сущность! Вот почему на принца так слабо подействовал мой яд.

Верховный не разделил восторга:

— Возможно. Я бы очень хотел захватить Райтегора живым, Шойна. Он дважды прошел Врата, и я хочу знать, как это ему удалось. Иди и сделай, о чем мы говорили.

Серебристо-черная змея заскользила по просеке, словно поток отравленной воды, и вскоре растворилась в густой чаще леса.

Мариэт, наблюдавшая издалека, отвернулась, когда Сьент подошел к ней, подбрасывая игрушечную фигурку в ладони.

— Ты ничего не хочешь сказать мне об этом, девочка? — показал он находку.

Дарэйли жизни, глянув мельком, пожала плечами и промолчала.

Желваки на скулах Гончара заиграли, но он сдержал гнев.

— Ну хорошо, Мариэт. Когда все закончится, мы всех поймаем и выживем при этом, я обещаю, что Ллуф станет твоим дарэйлином, если ты и он этого захотите. Но мне кажется, ты не любишь его.