Беглец
Шрифт:
– Ты на ногах не держишься!!!
– Шок, наверное. К утру все пройдет, я уверена.
Семеныч перехватил Ее удобнее и поднялся с бордюра.
– Сейчас до номера дойдем, там видно будет.
– Ты вон там иди, – кивнула Она. – В той стороне дверь в столовую не закрыта, мы через нее сразу в коридор попадем к лифту. А то я вся грязная и ты. Еще и полуголый.
– Наплевать.
Семеныч опустил Ее на кровать.
– Завещание это, – раздевался Семеныч. – Странно все. А что ты подписывала?
– Я не помню. Мне не до этого было. Сказали подписать, я и подписала, а может и ничего не подписывала, лишь бы быстрее уйти. Мне плохо было, говорю же тебе.
– Ладно, – Семеныч подошел к Ней, снял обувь, расстегнул ремень. – Не были мы ни на какой яхте и не видели, и не знали этого Меркури. Забудь об этом раз и навсегда. Уезжать надо отсюда поскорее.
– Кого не видели? – переспросила Она.
– Фамилия владельца яхты – Меркури, – уточнил Семеныч. – Приподнимись немного, я стащу с тебя джинсы. Как Меркурий. Планету знаешь такую?
– Ртуть.
– Почему ртуть? А теперь руки вверх – освобождаемся от футболки! – приговаривал Семеныч, помогая Ей.
– Меркури – переводится как ртуть. Один из переводов. Ртутные капли быстро перемещаются по ровной поверхности, поэтому ей и дали имя бога Меркурия, который тоже быстро бегал. И планета эта самая быстроходная.
– Куда он бегал? – рассмеялся Семеныч.
– Когда по делам, когда от кого-нибудь. Бог торговли и воров. Чего б ему не побегать? И еще ртуть назвали Меркурием философов.
– Каким был отличным творцом этот парень, да что уж… Теперь не вернуть. Каким был отличным творцом этот парень, со странной фамилией Ртуть, – неожиданно проговорил Семеныч, перебирая Ее кожаный ремень. – Ни царапинки на нем. Как новенький. Даже ни одного пятнышка сажи. Все вещи твои на выброс, а этот словно только что с витрины.
– Здорово, – вяло пробормотала Она. – Я на бок хочу. Подложи мне одеяло с двух сторон, чтобы я на спину не падала. Я на спине спать не умею. Я спать хочу.
– В душ давай отнесу сначала, – предложил он.
– Не сейчас. Я засыпаю.
Семеныч обложил Ее диванными подушками, придвинув ночник, рассмотрел Ее кожу, удовлетворенно отметив, что никих следов сыпи у Нее не имеется. Укрыл одеялом. Потрогал прохладный лоб. Тихо окликнул.
Она не отозвалась.
– Ну и хорошо. Спи, – Семеныч собрал всю Ее одежду и выкинул в мусорное ведро. – Спи. Нет никакого вируса, нет завещания. Все кончилось. Но, если допустить, что если где-то прибывает, то где-то и убывает. Значит, я очень правильно сделал, что отказался от завещания. Я мог бы потерять тебя.
Он убрал паспорта в сумку, пересчитал деньги, проверил пакет с проектом договора. Ушел в ванную комнату. Долго стоял под водой, смывая с себя напряженный день, а в голове вертелись строки: «Парень со странной фамилией Ртуть».
Из ванной Семеныч вышел взбодрившимся. Под жесткими и прохладными струями воды стала созревать мелодия. Он включил айпад, устроился около Нее на подушках и открыл программу. Некоторое время Семеныч ничего не слышал и не видел, утонув в новой композиции. Он отдавал себе отчет в том, что написание музыки является для него лишь «уходом от реальности», когда проблемы прячутся от суетливого ума и становятся не такими назойливыми. После этого становилось спокойнее. Так Семеныч снимал стресс. Его правая нога касалась Ее бедра под одеялом, точно так Семеныч некоторым образом не прерывал связь между собой и Ей…
Но чувство тревоги, немного приглушившись написанием мелодии, неожиданно стало вновь нарастать. Семеныч вытащил наушники и взглянул на Нее: выражение Ее лица казалось безмятежным, веки были сомкнуты, губы – полуоткрыты.
Но его лодыжка ощущала жар, исходящий от Ее кожи. Семеныч нагнулся – Ее дыхание тоже было горячим.
«Надо вызывать врача. Она не нравится мне. Попить-то забыл дать, когда пришли! – ругнулся он на себя. Встал с постели. – Попросить градусник на ресепшене? А толку? И так ясно, что температура повышена».
Позвал Ее. Нет ответа. Даже не пошевелилась. Легонько потряс за плечо. Тишина.
Походил по комнате, не сводя с Нее глаз. Оделся. Взял с собой айпад.
Возле ресепшена Семеныч раздумывал, какое написать сообщение, чтобы перевести его на турецкий язык. Сонно потирая глаза, к нему вышел молодой парень. Он что-то пробормотал.
«Как же мне улетать теперь? – подумал Семеныч. – Проект договора нужен на работе. Ее я оставить не могу. Не в самолет же на руках тащить».
Семеныч вопросительно взглянул на парня. Тот выжидающе и учтиво посмотрел в ответ.
«Нужно отправить пакет документов курьерской службой. Срочно», – набрал Семеныч на айпаде и нажал кнопку перевода.
Парень жестом попросил айпад и напечатал в ответ: «Укажите адрес. Я свяжусь с фирмой и уточну стоимость».
«Следующей стадией будет мышечная слабость и геморрагическая лихорадка, – некстати вспомнились слова офицера, и тревожная мысль сомнением закралась к Семенычу: – А если это вирус? Если все это – правда?!»
«Мне нужна частная клиника. Возможно ли вызвать сейчас доктора без огласки? Анонимно?» – набрал Семеныч.
Парень кивнул и взялся за трубку.
«Частная. Анонимно», – Семеныч подчеркнул два слова. Показал парню.
Тот снова кивнул.
– Я учился у вас, в России, – самодовольно произнес приехавший через час доктор. – Понимаю по-русски. Ее на спину переворачивайте. Что у вас произошло?
Семеныч молчал.
– Что случилось? – мужчина перефразировал предложение, предполагая, что изначально неправильно выразился.