Чтение онлайн

Вечер над Пицундой опустился неожиданно мягко, как фланелевое одеяло, запахнувшееся вокруг нас после долгого, утомительного, но всё же захватывающего пути. Мы с Инной неспешно вернулись в номер, разговаривая о деталях прогулки, запахе хвои, соли и лёгкой печали, которая приходит вместе с осенним бризом.

— Костя, знаешь, я совсем не думала, что юг осенью может быть таким… — Инна замялась, подбирая слово, — волшебным. И почти безлюдным.

— Вот почему я и настаивал на бархатном сезоне, — я подмигнул ей и снял куртку, — никакой суеты, шумных соседей, песен под гитару до рассвета и толп на пляже. Только мы и море. И редкие остатки цивилизации.

Она села на край кровати, потянулась и посмотрела на меня с той полуулыбкой, от которой мне всегда становилось тепло.

— А знаешь, чего не хватает? — спросила она, облокотившись на подушку.

— Предполагаю: чего-нибудь холодного, шипучего и игривого? — я открыл сумку, откуда вытащил припасённую бутылку шампанского и два бокала.

— Ты читаешь мысли! — засмеялась Инна. — Я в ванну, а ты пока настраивай праздничное настроение.

Когда в ванной послышался шум воды, я расставил бокалы, достал из сумки виноград, предусмотрительно купленный на трассе, и включил тихо радиоприёмник. Сначала хрипела грузинская станция, потом нашёл какую-то спокойную волну с джазом. В этот момент вернулась Инна — в белом халате, с влажными волосами и сияющими глазами.

— Здесь так хорошо, что я начинаю забывать, зачем мы вообще ехали, — сказала она, беря бокал.

— Чтобы вспомнить, как пахнет настоящее море, — я присел рядом, касаясь её плеча. — И чтобы, если что, отдохнуть перед бурей.

Она сделала глоток и приложилась к моей щеке.

— Какая буря, Костя? Мы же на отдыхе.

— Вокруг нас слишком много случайностей. И «Волга» эта… — я на мгновение замолчал. — Но давай отложим тревоги до завтра.

Мы сели в тёплую ванну, и между нами повисло молчание, в котором не было неловкости — только доверие и близость. Тепло воды, пузыри, бокалы, звон стекла и мягкий свет ночника. Пару раз она засмеялась, когда я поддразнивал её рассказами о наших приключениях, преувеличивая опасности и приукрашивая свою храбрость.

Но в самый разгар тихого счастья что-то резануло слух — знакомый, дребезжащий звук сигнализации. Мы одновременно замерли, замерев в полувоздушной тишине ванной.

— Это не может быть ветер, — произнесла Инна, выпрямляясь.

— Ветер не открывает двери и не дёргает за ручки, — я уже вставал, вытираясь на ходу, — оставайся здесь. Я быстро.

Схватив штаны, надел их на ходу, накинул куртку и выбежал вниз. Двор был тих и пустынен, но красная «Нива» не стояла на месте где я ее оставил, и на её панели всё ещё мигал диод сигнализации. Моя хитрая уловка сработала. Обычную сигнализацию воры отключили, но она была лишь для отвода глаз. Основным контуром защиты было обычное реле времени, которое через двадцать секунд глушило мотор и снова становилось в дежурный режим. Таким образом воры не укладываясь в свой тайминг были вынуждены прекратить попытку угона.

Я медленно обошёл машину по периметру. На земле, прямо у заднего колеса, были свежие следы — чьих-то ботинок, одна подошва была с характерной трещиной по носку. И след тыльной части ладони на стекле пассажирской двери.

— «Друг», сканируй окрестности, — тихо прошептал я, прижимаясь к кузову. — Кто-то тут был. Только что.

— Визуальный контакт потерян. Подозреваемый ушёл к пляжу через дальнюю зону парковки. «Муха » наблюдает за ним, «Птичка» в ожидании. Могу скинуть через нейроинтерфейс видео попытки угона.

Я выдохнул. Кто бы это ни был, он знал, какую машину искать.

Я вернулся в номер и застал Инну в халате у окна. Она не спрашивала, но по её глазам я понял — она всё поняла.

— Снаружи кто-то был, — сказал я негромко. — Но теперь они знают, что мы настороже.

— Значит, отпуск действительно будет с сюжетом, — слабо улыбнулась она.

— Только бы это был не триллер, — буркнул я, наливая остатки шампанского.

Мы допили молча. За окном шумело море, как будто ничего не произошло.

Я лежал на спине, подложив руки под голову, и смотрел в тёмный потолок, будто надеясь там найти ответы. В комнате было тихо. Тишина курортной ночи, нарушаемая лишь ровным дыханием Инны, прижавшейся ко мне, как будто и во сне не хотела терять со мной контакт. Но спать мне пока не удавалось. Я аккуратно вытянул руку из-под её плеч, стараясь не разбудить, и активировал нейроинтерфейс.

Перед внутренним взором всплыл фрагмент записи с камеры наблюдения, установленной в заднем борту «Нивы». Видео автоматически подгрузилось из буфера «Птички», дрона, который не прекращал наблюдение за нами всеми ни на минуту. Запись начиналась с того, как на стоянке, чуть позже полуночи, к машине подошёл мужчина. Типичная кавказская внешность — аккуратная щетина, немного вьющиеся волосы, спортивная куртка с капюшоном, натянутая на лоб. Он оглянулся, быстро проверил, нет ли свидетелей, затем нагнулся к водительской двери, держа в руках отмычку. Видно было, что он не дилетант — работал быстро и без суеты.

Я промотал кадры. Он провёл по стеклу чем-то вроде линейки. Стекло дёрнулось, но не пошло вниз, затем открылась дверь. Несколько секунд — и машина завелась. Он тронулся, но через двадцать секунд заглохла. На автомате он завел еще раз, опять немного проехал и снова заглох. Мужчина вздрогнул, Выругался и выскочил наружу, прижал капюшон и, не оглядываясь, быстро скрылся в тени между деревьями. Я остановил запись на моменте, когда лицо попало в кадр целиком. Застывший кадр — чёткий профиль, немного прищур, плотно сжатые губы.

— «Друг», — мысленно позвал я, не убирая картинку, — мне нужно это изображение перенести на физический носитель. Желательно без привлечения внимания спецслужб и с сохранением качества. Есть варианты?

ИИ не заставил себя ждать:

— В твоём распоряжении есть фотоаппарат Инны. В темном помещении я могу развернуть голограмму, а снимешь изображение на фотопленку. Еще вариант подключиться напрямую к принтеру в бухгалтерии пансионата, но сильно потеряем в качестве.

— Ясно, — пробормотал я вслух, и Инна во сне что-то неразборчиво сказала, ворочаясь. Я снова притих, продолжая мысленно: — Хорошо. Значит, либо фото с голограммы, либо некачественный портрет на бумаге.

— Верно. Если хочешь — сделаю запись на магнитофон в формате VHS, потом сможешь воспроизвести с помощью видеомагнитофона. Примитивно, но эффективно.

Я невольно усмехнулся — странная комбинация технологий моего времени с костылями восьмидесятых. Но ведь работает же.

— Сделаем первый и третий вариант, но наверное завтра — нужна катушка цветной фотопленки и чистая видеокассета. На всякий случай. И запомни это лицо. Возможно, он работает не один.

— Лицо записано. Сопоставлю по открытым источникам, базам паспортов и визуальных паттернов. Если увижу снова — сообщу.