Чтение онлайн

Он погиб в ту ночь, когда Мирон Сараев забрал его авто. Впрочем, про это в тот момент не знали. Одна парочка, которую карантинная изоляция довела до легкого помешательства, сбежала из переполненной тремя поколениями семьи квартиры и свернула в первый попавшийся лесок. Видимо, чтобы через девять месяцев преумножить население квартиры, хотя вряд ли они заглядывали так далеко. Но вместо романтики они обнаружили у дороги окровавленный труп и вызвали полицию. Это похвально: могли бы и слинять, и тогда Тимофеева искали бы еще долго. По той дороге мало кто ездит, особенно в это время.

Вскрытие давно завершилось, эксперты закончили работу, со всеми документами, что были по этому делу, Александра успела ознакомиться. Теперь она настояла на том, чтобы они с братом приехали в лес, где все и случилось. Хотя какой тут лес… Так, пара полос деревьев, город совсем рядом, и все же…

– Не мог он сюда попасть случайно, – задумчиво указала Александра, разглядывая покрытые первой весенней травой обочины. – Ну никак не мог.

– Жена сказала, что он катался бессистемно, – напомнил Ян.

– А еще она сказала, что он никогда не посвящал этим забавам больше полутора часов, но от его дома до этой дыры больше часа ехать. И маршрут дурацкий. Нет, говорю тебе, он приехал на встречу.

С Сараевым или нет – вот вопрос, тут нужно было проверять все контакты Тимофеева и всю его переписку. Но Александра уже понимала, почему выбрали именно это место. Дорога незаметная, однако вполне удобная, даже если бы прошли дожди и тут прибавилось бы грязи, мощный внедорожник все равно проехал бы. И сейчас, через несколько дней после происшествия, можно было разглядеть следы на дороге. То, что это следы нужной им машины, Александра не сомневалась: рядом успели натоптать эксперты, работавшие здесь, их машина тоже интересовала.

Судя по тому, что Александра видела перед собой теперь, автомобиль въехал в лес со стороны города – совсем как машина парочки, обнаружившей труп. Дальше было бы удобно ехать прямо и вывернуть на другое шоссе, однако внедорожник предпочел развернуться, и с немалым трудом.

– Кто-то дожидался здесь Тимофеева, – указала Александра. – И эти двое не хотели, чтобы их видели вместе. Если бы вдруг нашелся случайный свидетель, он бы увидел, как тачка Тимофеева сворачивала сюда и отсюда же выезжала.

– Домыслы.

– Ну, чем богаты!

Разглядеть, что за рулем уже новый человек, было невозможно. Для этого нужно было заглянуть в лес – и обнаружить, что стало с Алексеем Тимофеевым.

Участь его, надо сказать, была печальна, и неподготовленной парочке, которая нашла труп, Александра не завидовала. Тимофееву вогнали нож в сердце. Не в центр груди, как чаще всего бывает, а пробили немаленьким лезвием сердце, чуть ли не пополам перерубили, да так, что смерть была мгновенной, бедолага мог и не осознать, что произошло. Так убить не каждый сможет! Для подобного удара нужен опыт, нужна твердая рука.

Александра прикрыла глаза, вспоминая недавнее нападение. Мирона Сараева колотило, даже когда он нападал из машины, он едва смог попасть в Андрея с ничтожного расстояния. Он не сумел бы вот так убить Тимофеева, и шанса нет. Просто зарезать – да, скорее всего, он бы предпочел хаотичную серию ударов. Но это четкое, совершенное нападение намекало на присутствие третьей стороны, причем умной и грамотной.

Достаточно грамотной для того, чтобы сутки спустя имитировать безупречное самоубийство.

– Нужно искать режиссера, – указала Александра.

– Нужно сначала доказать, что он есть.

– А разве это не очевидно?

– Нам, может, и очевидно… А знаешь, как начальство эту историю увидит?

Александра, к своему немалому сожалению, знала.

– Как завершенную, – вздохнула она.

Неизвестный им режиссер постарался, чтобы все стало очевидным. Жил-был сумасшедший садист Мирон Сараев – удачно притворяющийся обычным маркетологом. Некоторое время ему еще удавалось скрывать свои наклонности, а потом наступил момент срыва, и ему отчаянно захотелось кого-нибудь убить. Он заманил в ловушку своего знакомого и избавился от него.

Но даже этого Сараеву показалось мало. Он забрал машину погибшего и поехал кататься по Москве. Потом он свернул в первый попавшийся двор и убил первого попавшегося человека. Что он при этом сказал – не так важно, сумасшедший все-таки! При должном желании сумасшествием сумеют объяснить что угодно.

Потом безумие ненадолго схлынуло, и Сараев сообразил, что натворил. Несколько часов мук совести измотали его, и он вынес приговор сам себе. Дело закрыто.

– Одна я вижу белые нитки, торчащие из этой истории? – возмутилась Александра.

– Это какие же?

– Пока нет никаких указаний на то, что Сараев и Тимофеев хорошо знали друг друга! И сомневаюсь, что они появятся.

– Нам и не нужно это доказывать, достаточно это допустить. Доказать, что их кто-то свел тут, будет еще сложнее.

– Допустим. Но даже для психа, Сараев вел себя слишком безумно!

– Ты себя сейчас слышишь вообще? – невесело усмехнулся Ян.

– Нет, я серьезно! Даже у психов есть внутренняя логика. Такие убийцы обычно предпочитают либо «близкие» кровавые убийства, либо стрельбу издалека, без непосредственного контакта с жертвой. До этого все указывало, что Сараев пострелять любит, да еще и из укрытия. И вдруг – нож! С которым наш маньяк управлялся лучше, чем с пистолетом.

Какого хрена он тогда нож тут оставил?

– Потому что от пули сложнее убежать.

– На чьей ты вообще стороне?!

– На твоей, – заверил ее Ян. – Но для расследования этого недостаточно. Я всего лишь говорю тебе то, что мне будет говорить начальство. Дело закроют.

– Так постарайся, чтобы не закрыли!

Однако одних стараний тут было недостаточно, тень невидимого режиссера нависала над этой историей и дальше. Выяснилось, что Сараев звонил Алексею Тимофееву примерно за час до убийства – и это как раз было то самое подтверждение их знакомства. Тимофеев, в свою очередь, всего лишь принял этот звонок. Но Александра прекрасно помнила о том, что его вещи пропали. Возможно, у него был второй телефон? Может, он и был контактом, посредником между всеми сторонами?