Чтение онлайн

Дикая паника внезапной волной накатила на Гарденера. Лоб покрылся испариной, а руки начало едва уловимо потряхивать. Внезапно нахлынувшая волна воспоминаний, которые были возвращены ему Старицей, привели его в состояние, в котором он ни разу не находился прежде. Конечно, Гарденеру было не в первой вспоминать о Таргариенах и их устрашающих зверушках, но именно упоминание о Пламенном поле сработало на него, как триггер, приводя в оцепенение и панику.

Наблюдающие за Эдмундом, присутствующие за столом, не могли не заметить резких изменений в поведении мужчины перед ними. Леди Амаллия растеряла весь свой благодушный настрой и, как каждая женщина, воспринявшая чужое горе близко к сердцу, смотрела на пребывающего в собственном кошмаре родича. Корбрей отвлекся от еды и с хмурым волчьим взглядом, не в пример более мрачным, чем обычно, наблюдал за состоянием своего короля. Если бы хозяева замка обратили на того пристальное внимание, то смогли бы понять, что за хмурым видом рыцаря Долины скрывается растерянность, совсем несвойственная репутации этого искусного воина.

– Должно быть тяжело вспоминать потерю близких, уважаемый Гарденер? – так и не изменившись в лице спросил лорд Роллен. Взгляд и манера речи лорда Плющевого чертога продолжала давить на просторского принца от чего тот всё глубже погружался в свои воспоминания.

– Довольно! Я не потерплю такого отношения к своему сюзерену, лорд Кидвелл! – вскричал Корбрей, вскакивая из-за стола и упираясь в него руками. Стража в мгновение ока ощетинилась оружием.

– И какого рода отношения вы не потерпите, сир Корбрей? – вздернул бровь лорд Роллен. – Я всего лишь задал несколько простых вопросов тому, кто умудрился вызвать гнев короля на Железным троне и претендующему на королевские регалии сгинувшей семьи владык Простора. Вам ли требовать от меня ответа? Не вы ли предали клятву служить Роберту Баратеону ради этого человека? – вызывающе отреагировал лорд Плющевого чертога, откидываясь на спинку стула и оглядывая картину трапезной перед ним. – Не спорю, мои люди не такие искусные воины, как вы, но они готовы погибнуть за меня, как и все присутствующие гвардейцы замка, а потому не забывайтесь, рыцарь Долины. – с явной угрозой продолжил Кидвелл.

– Поверь, Кидвелл, я смогу пронзить твоё гнусное сердце ножом для мяса куда раньше, чем твои люди успеют добраться до меня. – практически прорычал рыцарь Долины, краем глаза следя за приближающимися к нему, осторожным шагом, стражниками.

– Хватит, Лин. – остановил назревающее смертоубийство Гарденер, взмахнув рукой, будто бы отгоняя от себя непрошенные воспоминания. – Чего вы добиваетесь всем этим, лорд Роллен? – нахмурив брови, обратился наследник Дубового трона к хозяину замка.

– Проверяю. – мгновенно отозвался лорд Кидвелл, встретив взгляд Гарденера своим. – Быть может моя жена достаточно сердобольна, чтобы на полном серьёзе воспринять рассказ своего отца о вас, но я не настолько доверчивый болван. Вся ваша история шита белыми нитками, несмотря уже и на то, что вы выдаете себя за человека, сгинувшего почти три столетия назад. Олдфлауэрсы - семья, что высоко ценит свою родственность с Гарденерами, хоть и не самую благородную, но я привык доверять фактам, а не россказням и слухам.

– Так что? Вы собираетесь сдать нас Баратеону? – напрягся Гарденер всем телом, готовый в любой момент пустить в ход свои способности. Леди Отчаянье осталась в апартаментах сира Лина, а потому единственным кто мог из них сражаться в данный момент был никто иной, как сам Эдмунд.

– А что, если и так? – без капли страха подтвердил лорд Плюща худшие опасения просторского принца.

– Ох. Дорогой, не стоит так распаляться. – попыталась вмешаться обеспокоенная леди Кидвелл.

– Жена. – оборвал слова супруги лорд Роллен. – Не вмешивайся. – сказал тот, как отрезал.
– Жена. – оборвал слова супруги лорд Роллен. – Не вмешивайся. – сказал тот, как отрезал.

Оставались считанные секунды до того, как Эдмунд был готов взмахом руки обезоружить находящихся в опасной близости от них стражников, но тут вмешался случай. Дверь в трапезную с громким стуком отворилась. В помещение, развеивая тревогу, громко чеканя шаг, вошёл никто иной, как стражник с закрытым шлемом, с которого, собственно, и началась данная история.

– Хм. Кажется я весьма вовремя. – озвучил в опустившейся на трапезную тишине стражник, оглядывая действо перед ним.

– Ты опоздал. – констатировал факт лорд Кидвелл, нисколько не удивленный появлением нового действующего лица перед ним.

– Пришлось немного задержаться в городе, чтобы о наших гостях не стало известно в Хайгардене, что было бы крайне нежелательно, не так ли? – с некой долей веселья отозвался гость, проходя всё дальше в залу. – Расслабьтесь парни. – похлопал он двух стражников по плечам, давай знак вернуться на свой пост. Как ни странно, но те полностью подчинились, опустив оружие и вернувшись на свою законное место возле входа, закрывая дверь вовнутрь.

– Кто он такой и что здесь делает? – спросил Корбрей, усаживаясь обратно на своё место, поняв, что бой с гвардией Кидвеллов откладывается на неопределенный срок.

– Ох. Верно же. – будто бы спохватилась леди Кидвелл. – Хоть вы и заочно знакомы, но вряд ли были представлены друг другу. Это наш дорогой сын и наследник – Мерн Кидвелл. – указала та, ладонью, на новоприбывшего.

– Рад познакомиться, кузен. – произнёс наследник Кидвеллов, снимая с себя шлем и ставя его на свободное место за столом.

Короткие каштановые волосы, серые глаза и едва видимая ямочка у щеки – Мерн Кидвелл был сыном своих родителей по всем внешним признакам. Льняное одеяние, под которой спряталась кольчуга, не могло скрыть тело спортивного телосложения, как и улыбка, за которой можно было разглядеть настороженность в виде напряжённых скул. Только закрытый наглухо шлем отделял людей от понимания того, что перед ними находился не простой стражник, а наследник этих земель.

– Мне тоже, наследник Кидвеллов. – кивнул Гарденер, принимая для себя новые обстоятельства. – Стало быть Мерн, да? – как-то отвлеченно уточнил он.

– Верно. – подтвердил наследник Плюща, устраиваясь рядом с отцом на свободное место.
– Матушка оказала мне услугу и возложила на меня не мало чаяний своей семьи назвав королевским именем. Кажется, вашего отца звали также?

– И сына. – подметил Эдмунд немного потеряно, всё ещё испытывая противоречивые эмоции от этой беседы.

– Да, и сына. – кивнул Мерн Кидвелл, наливая себе в кубок вина. – Должно быть не так вы представляли себе эту встречу. Вы думали, что придётся вести торги за собственную жизнь и свободу, а вместо этого вас окунули в ностальгическую среду по ушедшим родным и близким. Не скажу, что понимаю вас, ведь это была бы откровенная ложь, но определённо испытываю к вам некую долю сочувствия. Должно быть во всех Семи Королевствах только пара семей сможет понять ваши чувства. Конечно, если они действительно есть.

– Вы разделяете мнение своего отца, наследник Кидвеллов? – встрепенулся Эдмунд, порядком изведенный этой формой психологического допроса, что проворачивала перед ним семья потенциальных вассалов. Ещё немного и он сам отдаст Корбрею команду к бою, лишь бы прекратить этот, бередящий душевные раны, разговор.

– Не полностью. – откинулся Мерн на спинку стула и помахал перед собой руками, как бы защищаясь. – Можно сказать в этой семье я – золотая середина. Я не столь доверчив, как матушка, и не столь параноидален, как отец. В общем, у меня есть желание довериться вам и в тоже время его отсутствие. – объяснил наследник Кидвеллов свою позицию по данной встрече.

– Тогда к чему вообще этот разговор? – помассировал Гарденер свои виски, чувствуя легкое покалывание и напряжение в голове от этой беседы. – Как мне убедить вас, что я именно тот, кем представляюсь, если у вас столь принципиальная разница во мнениях?

– А вы нам это скажите. – хмыкнул лорд Роллен, терпеливо жующий ножку куропатки. – В конце концов, это вам нужна наша поддержка и благосклонность, а не наоборот.

– И в этом я с отцом полностью согласен. – покивал Мерн Кидвелл для верности. – Докажите нам, что вы именно тот, кем называетесь. Как угодно. – обвел он рукой пространство трапезной. – Всё, кроме слов пойдет вам на пользу. Ибо подобные вопросы уж точно простыми словами не решаются.