Чтение онлайн

– Могу поклясться, ты для разнообразия не прочь побаловаться с белой девчонкой, верно?

– Я женат на белой девчонке. – Он взял Дейзи за запястье и снял ее руку со своей ноги.

Кит решил, что это самый подходящий момент для того, чтобы поставить Дейзи на место. Внутренне дрожа от страха, он сказал:

– Дейзи, отправляйся в заднюю часть автобуса.

– Пошел ты, – заявила она в ответ.

– Я не прошу тебя, я тебе говорю. Отправляйся назад.

– А ну попробуй меня заставить.

– О'кей, и заставлю.

– Давай-давай, – сказала она с усмешечкой. – Я жду не дождусь.

– Операция отменяется, – сказал Кит. Он тяжело дышал от страха, но заставил себя говорить спокойно. – Извини, Найджел, спокойной ночи всем. – И пошел прочь от фургона на подгибающихся ногах.

Он сел в свою машину, завел мотор, включил фары и стал ждать.

Кит видел переднюю часть фургона. Они спорили. Дейзи размахивала руками. Через минуту Найджел вылез из фургона и придержал дверцу. Дейзи продолжала препираться. Найджел обошел фургон и открыл заднюю дверцу, затем вернулся к кабине.

Наконец Дейзи вылезла из фургона. Она стояла и злобно смотрела на Кита. Найджел снова что-то ей сказал. Наконец она залезла сзади в фургон и захлопнула дверцу.

А Кит вернулся и сел впереди. Элтон тронулся с места, выехал из гаража и остановился. Найджел закрыл большую дверь ангара и вернулся в фургон.

– Надеюсь, они правильно предсказали погоду, – пробормотал Элтон. – Только посмотрите, сколько этого чертова снега.

И они выехали из ворот.

Тут зазвонил мобильник Кита. Он открыл крышку своего ноутбука. И прочел на экране: «Тони вызывает „Кремль“».

Мать Тони заснула, как только они отъехали от бензоколонки. Тони остановила машину, опустила сиденье и из своего шарфа сделала подушку. Мать спала как младенец. Тони казалось странным ухаживать за матерью, точно это ребенок. У нее возникало ощущение, что она состарилась.

Но ничто не могло ввергнуть ее в уныние после разговора со Стэнли. В характерном для него сдержанном тоне он сказал ей о своих чувствах, и пока они миля за милей ехали по снегу к Инверберну, ее согревало это сознание.

Когда они подъехали к городу, мать крепко спала. А на улицах все еще бродили празднующие. Вереницы машин расчистили дороги в городе от снега, и Тони могла ехать, не опасаясь, что ее «тойота» в любую минуту может бесконтрольно заскользить. Воспользовавшись этим, она решила позвонить в «Кремль» – просто для проверки.

На ее звонок ответил Стив Тремлетт:

– «Оксенфорд медикал».

– Говорит Тони, как там дела?

– Привет, Тони. У нас небольшая проблема, но мы пытаемся ее решить.

Тони почувствовала озноб.

– Какая проблема?

– Большинство телефонов не работает. Работает только этот, при входе.

– Отчего же это произошло?

– Понятия не имею. Наверное, из-за снега.

Тони озадаченно покачала головой.

– Наша телефонная система стоит сотни тысяч фунтов. Она не могла испортиться из-за плохой погоды. Можно это наладить?

– Да. Я вызвал команду из «Иберниен телеком». Они должны приехать через несколько минут.

– А как обстоит дело с сигналами тревоги?

– Я не знаю, работают они или нет.

– А, черт. Вы звонили в полицию?

– Да. Приезжала патрульная машина. Офицеры немножко посмотрели вокруг, но ничего не обнаружили. Сейчас они уехали – отправились арестовывать городских пьяниц.

На дороге, прямо перед машиной Тони, возник какой-то мужчина, и она крутанула колесо руля, чтобы не наехать на него.

– Я понимаю, почему они так поступили, – сказала она.

Наступила пауза.

– А вы где?

– В Инверберне.

– Я считал, что вы уехали в санаторий.

– Я собиралась, но возникла семейная проблема. Сообщите мне, что обнаружат ремонтники, хорошо? Позвоните мне на мобильник.

– Конечно.

Тони отключила мобильник. «Черт, – произнесла она про себя. – Сначала мама, а теперь – вот это».

Она вела машину по паутине тихих улиц, что вились вверх по склону горы, смотревшему на гавань. Доехав до своего дома, она остановила машину, но не стала вылезать.

Надо ехать в «Кремль».

Если бы она находилась в санатории, не могло бы быть и речи о том, чтобы вернуться в город, – слишком это далеко. Но она находилась в Инверберне. Поездка в «Кремль» по такой погоде займет какое-то время – по крайней мере час вместо обычных десяти-пятнадцати минут, – но ничего невозможного в этом нет. Единственной проблемой была мама. Тони прикрыла глаза. А ей действительно необходимо ехать? Даже если Майкл Росс сотрудничал с обществом «Свободу животным», едва ли они повинны в том, что не работают телефоны. Такой саботаж не просто устроить. С другой стороны, еще вчера она сказала бы, что невозможно вынести кролика из ЛБЗ-4.

Она вздохнула. Решение могло быть лишь одно. Она в ответе за безопасность в лаборатории, и она не может оставаться дома и лечь в постель, зная, что нечто странное происходит в «Оксенфорд медикал».

Маму нельзя оставить одну. И Тони не могла в такое время просить соседей присмотреть за ней. Значит, маме придется ехать вместе с ней в «Кремль».

Она передвинула рычаг на первую скорость и тут увидела мужчину, вылезавшего из светлого «ягуара», который стоял через две-три машины дальше вдоль тротуара. Что-то в нем знакомое, подумалось ей, и она медленно стала отъезжать. А он шел по тротуару к ней. Судя по походке, он был слегка навеселе, но вполне контролировал себя. Когда он подошел к ее окошку, она узнала Карла Осборна, телерепортера. В руках у него был маленький сверток.

Тони переставила скорость на нейтральную и опустила окошко.

– Привет, Карл, – сказала она. – Что ты тут делаешь?

– Жду тебя. Я уже готов был уехать.

Мама проснулась и сказала:

– Привет, это твой дружок?

– Это Карл Осборн, и он вовсе не мой дружок.

Со своей обычной бестактностью мама произнесла:

– Наверное, хотел бы им быть.

Тони повернулась к Карлу, а тот осклабился.

– Это моя мама, Кэтрин Галло.

– Большая честь познакомиться с вами, миссис Галло.