Чтение онлайн

— Вы не знаете, она скоро приедет? — тихо спросил Кирилл, абсолютно уверенный в том, что Настя строго-настрого запретила своим родным говорить, что она дома, и тем более, пускать Кирилла в квартиру.

Мать Насти снова устало покачала головой.

— Нет, Кирилл, она будет нескоро, — то, что она назвала его по имени, придало ему уверенности, хотя причину этого он озвучить не мог, — Возможно, её не будет пару недель.

Смутные подозрения, охарактеризовать которые Кирилл был не в силах, заставили его голову работать с утроенной силой.

Какие могут причины её столь длительного отсутствия? Командировка? Отпуск? Или?..

— Где она? — глухим голосом спросил он, пытаясь гнать от себя страшные картины. Правда, услышал он совсем не то, чего боялся.

— Маму утром доктора увезли, — подал голос Вовка, и по личику его промелькнула тень. — Когда она вернётся, мы не знаем.

Кирилл сделал глубокий вдох, стараясь держать себя в руках и не позволить всем тем страшным мыслям, что роились у него в голове, одержать над собой верх.

— Доктора? — тупо переспросил он, переводя взгляд с лица Вовки на лицо его бабушки, и мать Насти медленно кивнула, словно решаясь открыть ему правду.

— Да, у неё утром кровотечение открылось, она в Снегирёвке, — эти слова она уже кричала в удаляющуюся спину Кирилла, который, не задерживаясь у лифтов, бежал в сторону чёрной лестницы.

— Я сказала: «нет»! — раздался звонкий голос Насти, в котором отчётливо проступали нотки истеричности.

Ей что-то отвечал врач, монотонно бубня себе под нос какую-то речь, из которой Кирилл понял только слова: несовместимость, жизнь, угроза…Да он и не вслушивался особо, сосредотачивая своё внимание на Насте, которая полулежала на кровати, качая головой чуть ли не на каждое слово доктора и стараясь не смотреть в его сторону. Он тихонько вошёл в палату, до этого долго выясняя фамилию Насти, потом, где именно она находится и кто её лечащий врач. Столкнулся с какими-то жуткими архаизмами а-ля СССР, а так же с безукоризненным бюрократизмом вперемежку с отвратительной безалаберностью и равнодушием персонала больницы. Причём он заметил, что чем нижу статус у человека, тем больше он о себе мнит. И, казалось, что уборщица на этаже в миллион раз превосходит по значимости главного врача больницы.

Стараясь сдержать себя в руках в ответ на некоторые слова, напоминая себе, что он здесь только ради Насти, он дошёл-таки до её палаты, и, осторожно приоткрыв дверь, вошёл внутрь, где и услышал эту вполне неоднозначную фразу и слова врача, которые ему ничего не разъяснили.

Он с замиранием сердца ожидал, когда же она, наконец, увидит его и что за этим последует и её реакция, когда она вдруг произнесла следующую фразу, поразила его своей неожиданностью.

— Я сказала «нет»! — снова повторила Настя, а потом подняла глаза и, увидев вошедшего мужчину, воскликнула, — Кирилл! Скажи им!

Этот её взгляд, полный надежды и страха, который она усиленно прятала за своей мужественностью, заставил Кирилла мобилизовать все свои силы на то, чтобы не начать свой монолог о том, каким дураком он является. Сейчас он был ей нужен и был нужен явно для чего-то другого, чем для всех тех объяснений, которые он мысленно приготовил.

— Что здесь происходит? — спросил он твёрдым голосом, обращаясь сразу и к врачу и к Насте.

— Они хотят убить моего ребёнка! — воскликнула Настя, и Кирилл испугался не того, что именно она ему сказала, а того как она это произнесла. Так мог бы говорить загнанный зверь, если бы Господь вдруг перед смертью послал ему возможность объясниться с преследователями на доступном им языке.

Кирилл шагнул к её постели, присел рядом с ней на стул и, взяв её ледяную ладонь в свои руки, посмотрел на врача и повторил свой вопрос:

— Что здесь происходит?

Очевидно, тон, которым были произнесены эти слова, заставил врача забыть вопросы типа: «Кем вы являетесь для больной?» и всякой прочей ерунде, которой врачи уделяют большое значение.

Врач снова заговорил, и Кириллу только оставалось пытаться сосредоточиться на этой речи, улавливая отдельные слова: «ингибиторы, плазминоген», и ничуть не понимая того, о чём ему говорят.

— В общем, мы рекомендуем прерывание беременности, — закончил врач и Кирилл перевёл взгляд на Настю.

— Это что, никак не лечится? — просто спросил Кирилл, который искренне удивлялся тому, что врачи так просто предлагают женщине отказаться от сохранения жизни её ребёнку. Для него же возможность взять на руки своего ребёнка была вообще сродни чуду, и за эту возможность он был готов отдать всё на свете.

Новый монолог доктора, который называл какие-то буквы и цифры, не внёс никакой ясности в то состояние, в котором пребывал Кирилл.

— Подождите-подождите, — запротестовал мужчина, видя, что Настя держится из последних сил. — Могу я переговорить ещё со специалистами?

Врач нахмурился и стал что-то усиленно искать в папке, которую держал в руках. От того, как быстро он её листал, у Кирилла даже замелькало в глазах.

— Ты как? — тихонько спросил он у Насти, и та пожала плечами, видимо, не зная, что ответить на это.

Врач, не найдя в карте того, что искал, ни слова не говоря вышел из палаты и оставил Кирилла и Настю наедине.

Такое привычное молчание, которое часто распространялось между ними, сейчас было каким-то невыносимо мучительным, как будто это молчание было в ожидании казни. Страшной, беспощадной и неминуемой. Кирилл молчал, молчала и Настя. Каждый молчал о своём, не желая начинать разговор первым и в то же время ощущая огромную потребность выговориться.

Наконец, дверь в палату распахнулась, и вошёл невысокий седовласый мужчина в сопровождении уже знакомого Кириллу доктора. Кирилл поднялся им навстречу, и встал перед кроватью Насти, как будто желал защитить её от того, что врачи неминуемо должны были сделать.

— Простите, Вы…

— Я отец ребёнка, — непререкаемым тоном проговорил Кирилл, предвосхищая вопрос пожилого доктора и увидел, как от кивает, очевидно, и ожидая услышать именно этот ответ.

— Что же, если у вас есть какие-то вопросы, я готов на них ответить, — произнёс врач, снимая очки и протирая их носовым платком, который он извлёк из кармана.

— Давайте уже дадим Насте отдохнуть и поговорим об этом не здесь, — тихо ответил Кирилл, направляясь к выходу из палаты и почти сразу слыша за спиной шаги.