Чтение онлайн

Так и случилось. Сомнения исчезли, их заперли, как ядовитых змей, в темном подвале подсознания, и он стал считать Валентина на самом деле своим. Джордж все спланировал, не обращая внимания на внешность Валентина, его сарказм и проступки, договорился об отличном браке с замечательной девушкой из аристократической, но обедневшей семьи с прекрасным замком в Корнуолле — все это принадлежало бы Валентину, Валентину Уорлеггану из Каэрхейса. А сопливый щенок бросил все это ему в лицо, с наглостью, оскорблениями и, как подозревал Джордж, неприкрытой неприязнью. Выражение лица Валентина сказало больше, чем его слова, ярко запечатлевшиеся в памяти.

Только тогда мрачный погреб воспоминаний приоткрылся на несколько дюймов, и неприятные подозрения всплыли на поверхность. Валентин совсем не походил на Элизабет или Джорджа. Не сказать, чтобы он особенно напоминал Росса Полдарка, за исключением роста и цвета волос. Однако, хотя Джордж и не помнил отца Росса, парочка мерзавцев как-то шепнула ему, что Валентин — вылитый Джошуа, печально известный отец Росса. В этом заключалось еще одно огромное препятствие для любого рода примирения, о чем Харриет даже не догадывалась.

И поведение Валентина, когда он пришел в банк, ничем не напоминало раскаяние. Развалился на стуле, элегантно закинул ногу на ногу и как бы невзначай спросил у Джорджа разрешения назвать так называемого внука в его честь. Странный ход со стороны Валентина. Необъяснимое ничем, кроме желанием примириться. Но с какой целью? Джорджу казалось, что есть только один ответ: деньги.

— Мне не следует обращать внимания на этот визит, — сказал он. — Если Валентин ждет, что его пригласят сюда с женой и сыном, то сильно ошибается.

— Я ни разу не видела его в Фалмуте или Труро, — сказала Харриет. — Он стал очень похож на обитателя северного побережья. Интересно, как сложился его брак.

— Его брак? С чего вдруг?

— Валентин слишком любвеобилен, чтобы довольствоваться только одной женщиной.

Джордж взглянул на нее с подозрением.

— А он.... он когда-либо....

Она рассмеялась.

— Старался привлечь мое внимание? Подумай еще раз. Женщину не обязательно нужно соблазнять, чтобы она поняла, как мужчина относится к женщинам в целом.

Джордж хотел еще что-то сказать, но помешало прибытие Урсулы, его дочери от Элизабет. Она проводила Рождество с семьей Рэшли в Лаксуляне. Джордж охотно дал на это согласие, поскольку сэр Кол Рэшли был важным человеком в графстве. Урсуле недавно исполнилось девятнадцать. Она была крепкая, с полными ногами и пышной грудью. Но из-за изменений, происходящих с девушками ее возраста, стала менее крепкой и чуть более привлекательной. Она обладала хорошей кожей, к счастью, без прыщей, хотя серые проницательные глаза часто скрывались под тяжелыми веками. Прямые русые волосы были завиты и уложены.

Сдержанная в проявлениях чувств девушка. Когда у нее спросили, хорошо ли провела Рождество, то свое одобрение Урсула выразила коротко и односложно. Джордж раньше времени забрал ее из школы миссис Хемпл в Труро (отчасти из-за поступления туда Изабеллы-Роуз Полдарк) и отправил в Пензанс, в пансион благородных девиц мадам Блик. Сейчас он подумывал перевести ее в Эксетер или Лондон, где бы Урсулу научили тонкостям и манерам высшего света. Но пока не решил, куда именно ее отправить. По правде говоря, его немного озадачивало поведение дочери.

Неужели она не оправдает надежд? Наряды ее мало интересовали — Харриет сама давала указания портнихе, когда находила время. Не особо ее интересовали и молодые люди. Не особо волновали лошади, лисы и поездки за город. А вот металлы и шахты интересовали: дробление олова, переплавка меди, побочные продукты горнодобывающей промышленности Корнуолла: золото, серебро, цинк, железо, свинец. Порой Джордж винил себя, что купил ей тогда игрушечный макет корнуольской шахты, (созданный безработным шахтером-калекой), с которым она без конца играла в детстве. Да, это вполне уместное и приемлемое увлечение для человека, проживающего в центре горнодобывающего района Корнуолла, но не для женщины и юной леди.

— Кстати, — вспомнила Урсула вечером за ужином. — Эрика Рэшли знает Беллу Полдарк.

Как же тесен весь наш корнуольский мир, чуть не слетело у Джорджа с языка, самая настоящая большая деревня.

— Вот как, — протянул он.

— Я мало с ней знакома, — продолжила Урсула, — она училась в младших классах. Знаю, тебе не нравятся Полдарки, но она вроде приятная в общении. Слышала, она поет.

— Уолтер, принесите портвейн.

— Слушаюсь, сэр.

— Принесите 1787 года, — попросила Харриет. — Вчерашний оказался слишком скверным.

— Хорошо, миледи.

— А мне показался вполне приличным, — лаконично отозвался Джордж, когда дворецкий удалился.

— Угу, — промычала Харриет. — Урсула, у Рэшли тебе подавали портвейн?

— Нет, мама. Эрике только восемнадцать, с ней обращаются не как со взрослой.

— Что ж, попробуй этот. Вряд ли твой отец станет возражать.

— Белла Полдарк, — сообщила Урсула, — будет учиться в Лондоне.

Брови Харриет поползли вверх.

— Кто тебе сказал?

— Эрика.

— Где она будет учиться? — спросил Джордж минуту спустя.

— В специальной школе, где учат вокалу.

— Это обойдется им в немалую сумму. Ее отец сильно зависит от доходов своих шахт.

Джордж передернул плечами, словно сюртук вдруг стал жать.

— Вероятно, другие его мелкие инвестиции погасят расходы.

Росс посещал ювелира на Ривер-стрит, когда зазвенел звонок и вошел Валентин — пригнувшись, точно так же, как и Росс, чтобы не удариться о притолоку.