Чтение онлайн

Бинокль был сильный, морской. Голова пловца волшебно при близилась, и, к своему удивлению, на фоне зеленоватой гладкой волны Юрий увидел улыбающееся девичье лицо.

– Это опять она!
– Теперь и Дениска рассмотрел девушку. Держась за штаг, он махал ей рукой.
– Люда! Лю-да-а-а!

– Может быть, подкатить к рыбке-ласточке?
– хитровато спросил Клавдий. Может быть, организуем спасение на водах?

– Пожалуй, - согласился Юрий и направил яхту наперерез пловчихе.
– Только, Клавдий, без шуточек.

– Буду вести себя с дамой, как рыцарь, - пообещал матрос.

Когда "Звезда" подошла к плывущей девушке метров на десять, Дениска окликнул ее:

– Люда-а!.. Ты не устала?

– А, здравствуй, Диня!
– отозвалась Людмила.
– Нет, я отдыхаю... вода чудесная!

Яхта подошла еще ближе.

– Может быть, вас спасти?
– галантно спросил Клавдий.
– Тогда нам медали дадут. За спасение на водах!

– Спасибо, я сама спасусь, - усмехнулась Людмила.
– А если вы будете тонуть, кричите мне! Я тоже от медали не откажусь.

– Ничего не скажешь, сурьезная особа, - притворно проворчал уязвленный Клавдий.
– В беседе приятная и на плаву надежно держится.

– Клавдий, замолчи!
– сердито сказал Юрий.

"Рыбка-то, кажется, клюнула, - игриво подумал Клавдий и вдруг тут же обозлился на себя: - Пошло! Девчонка-то хорошая, смелая да и симпатичная!"

Юрию хотелось что-нибудь сказать девушке, но он только приветственно поднял руку и развернул яхту.

– До свидания, товарищ Вишняков!
– донеслось до него.
– Счастливого плавания!

Яхтсмены переглянулись. Впрочем, удивляться особенно было нечему. Вишнякова знали многие. Клавдий еще с минуту казнил себя за мимолетные, как ему казалось, недостойные мысли. Потом он забыл о Людмиле и вполголоса запел песенку яхтсменов:

Без ветра парус - только лишь материя...

– Послушай, Клавдий, - сказал Дениска.
– Ведь ветры дуют на всем земном шаре, правда?

Клавдий насмешливо-восхищенно посмотрел на Птахина.

– Ты опять делаешь великие открытия, Дионисий! Что привело тебя к такому мудрому умозаключению?

– Вот если бы все эти ветры собрать вместе!
– мечтательно сказал Дениска.

– Да, это была бы мощнейшая энергия! Могучая сила! На всем земном шаре ветер несет корабли и откачивает из трюмов воду, он мелет зерно на муку, пилит лес, высушивает болота, зажигает электричество и помогает ребятам в играх поднимает их бумажные змеи. Но собрать все ветры воедино человек не может. Это мог делать только Эол, повелитель ветров. Но он был бог, а теперь боги вышли из моды. Читай, Денис, мифологию и античную литературу.

– У нас в школе на литературном кружке что-то читали, - сказал Дениска. Только скучно очень. Что-то там такое: "С сими словами обратно отошедши в обитель..."

– О, невежественный Дионис, недостойно носящий имя веселого сына Зевса, не знающий вкуса животворного виноградного вина!
– воскликнул Клавдий.
– Это же из бессмертных творений великого Гомера! Ты знаешь, кто такой Одиссей? Вот ему, Одиссею, царю и герою Троянской войны, Эол подарил волшебный мех, в котором были собраны ветры всех направлений, то, о чем ты мечтаешь. Там были свирепый Борей - ветер северный, и игривый. Нот - ветер южный, и колючий и сырой Евр - ветер восточный. А паруса корабля Одиссея Эол наполнил теплым попутным Зефиром - ветром западным. Но хотя владыка Эол и командовал ветрами, он, по-моему, понятия не имел о розе ветров и о румбах. Он подарил Одиссею мех с томящимися в нем ветрами, но не снабдил его стакселями и кливерами. И когда легкомысленные спутники Одиссея развязали мех, ветры вырвались на волю и понесли их корабль в обратную сторону. И те мореходы оказались в таком положении беспомощными. А что бы ты сделал на их месте, Денис?

– Я бы поставил все кливера и стал бы лавировать, пошел бы галсами, против ветра, - сказал Дениска.

– Вот видишь, Денис, ты, смертный человек, оказывается, сильнее богов! Отсюда вывод: зачем нам боги?!

– Ни к чему, - согласился Дениска и снисходительно добавил: - И вся твоя мифология тоже.

– Ну, это ты брось!
– возмутился Клавдий.
– Хоть богов и нет, а мифологию знать полезно.

Юрий спокойно вел яхту и, не мешая разговору матросов, совсем не подавал команд. В этот день никакой тренировки у экипажа "Звезды" так и не было. И лакомые припасы в сумке Клавдия остались нетронутыми.

Поставив яхту на буй и попрощавшись с товарищами, Юрий подумал, что стоило бы заглянуть к капитану гавани. А зачем?.. Никаких дел к Кукину у него не было. Неужели, чтобы повидать ее, узнать что-нибудь о ней?.. И тут он поймал себя на том, что все время думает о Людмиле.

В ней, в этой девушке, было что-то загадочное. Она красиво прыгает с вышки, она смело далеко заплывает. Но только ли это заставляет Юрия думать о ней? Она строго и ехидно ответила Клавдию. И потом ее слова: "До свидания, товарищ Вишняков!" Что заключалось в этих словах - доброжелательность или насмешка?..

На двери "каюты" Кукина висел замок. Замок этот никогда не замыкался, просто навешивался на петли и служил лишь свидетельством того, что "хозяина нет". Очевидно, и тут, на суше, в яхт-клубе, Кукин придерживался старинного морского правила и обычая: каюты не запираются.

Если бы дядя Миша был у себя, Юрий, может быть, еще подумал бы, о чем он будет говорить, постоял бы перед дверью, а может быть, и ушел бы. Но замок, отсутствие дяди Миши почему-то усилило его желание увидеть капитана гавани. Тогда он пошел на детскую водную станцию. А может быть, там и Людмила?..

"Почему опять Людмила?
– подумал Юрий.
– Мне просто нужно повидать дядю Мишу! Нужно повидать - зачем? Хочется повидать..." Юрий путался в своих мыслях и чувствовал, что обманывает себя.

Михаил Михайлович действительно был на детской станции. Он что-то рассказывал кучке ребят, должно быть, какой-нибудь занимательный случай из морской жизни.

Юрий и сам любил послушать рассказы дяди Миши. Но сейчас он опоздал и услышал только: "Вот такая история произошла у нас в Северном море на пароходе "Енисей".