Белужга
Шрифт:
Крепкая худая рука обхватила его шею, к горлу справа прижалось что-то острое, прохладное и пахнущее пивом.
– Здравствуйте, юноша!
– усмехнулась женщина ему в ухо.
– Давно не виделись. Ты ведь видишь меня?
Он видел. В том-то и дело - видел...
– Значит, так. Оружие сюда. Медленно и аккуратно. Левой рукой. И даже не думай...
– Она чуть повела острым - разбитой бутылкой - по его коже.
– Осознал?
– Да...
– Умница. Давай, шевелись.
Медынец послушно достал из кобуры пистолет и поднял руки, держа оружие на пальце. Женщина вырвала оружие у него из рук.
– Осторожнее, черт! Сломаешь ведь!
– Ну-ну, юноша. Заплачь мне еще. Пойдем-ка поговорим.
– Коренева втолкнула его в квартиру.
– Это ты сюда пришел, так что давай-ка веди себя прилично.
– Ты не понимаешь, кто я?
– Медынец развернулся к ней лицом.
– Я!..
– Все я понимаю. Ты - недоделанный слуга моего Хозяина. А он, значит, проснулся и прислал тебя, так?
Медынец вытаращился на нее.
– Что вы?..
– Крепкий орешек, - усмехнулась Коренева и врезала ему коленом в промежность.
– Даже два крепких орешка, да? Не пудри мозги, милый. Ты еще в Москву не въехал, а я уже знала, кто ты, куда и зачем. Я слушаю.
– Она наставила на него пистолет, потрогала пальцем курок.
– Нажимать сюда, правильно?
Медынец растерялся. Пока он ехал, он пытался представить себе этот разговор - но все должно было выглядеть совсем не так, совсем. Особенно не предполагалось, что женщина будет угрожать ему его же собственной волыной...
– Послушай...те... Я... Вы разве не смотрели телевизор?
– Ты идиот. Перед тем как ехать, надо было прочитать мое личное дело.
– Я... Ладно. Нас вызвали на пожар. Был звонок... В общем, приехали...
– Вас? А, тебя и этого мальчика... Я его помню. Хороший мальчик, не в пример некоторым. Дальше.
– Дальше - приехали, пожара нет...
– А я тут при чем? Думаешь, я замолвлю за тебя словечко перед своим предшественником?
Боль внизу живота и так мешала Медынцу нормально соображать, а теперь он запутался окончательно. Библиотекарша-коммандос...
– Что-то я еще забыла, - протянула Коренева.
– Ах, да. Ты ведь у меня в гостях. Пойдем чайку попьем. Макарон тебе дам погрызть...
Женщина повернулась к нему спиной. Медынец сделал было шаг вперед, как она снова наставила на него пистолет. Не оборачиваясь. Ствол смотрел прямо в его правое колено.
– Давай-давай. Рискни здоровьем.
Медынец уселся на стул в наполненной паром кухне. Коренева, сунув пистолет в задний карман джинсов, занялась макаронами.
– Куда смотришь?
– спросила она и добавила, поскольку он не ответил: - Все вы, менты, одинаковые... Ладно, не обижайся. Привык, понимаешь, что при слове "полиция" человек начинает нервничать, вспоминать все свои прегрешения и вообще ходить на цыпочках.
– Что ты собираешься со мною делать?
– хрипло спросил Медынец.
– Использовать в особо циничной форме, - буркнула Коренева.
– О, испугался... Кормить, что же еще. Сейчас вот доварятся... Потом отвезешь меня в Белужин. Посмотрю, что к чему.
Медынец не поверил своим ушам. Зачем же тогда было кидаться на него с розочкой, отнимать табельное, между прочим, оружие, бить по яйцам...
– А чтобы спесь сбить, - усмехнулась Коренева.
– Больно уж ты шустрый, куда мне за тобой угнаться.
– Ты... вы... Мысли читаете?
– Раньше мог бы сообразить. Не читаю. Смотрю. Как по телевизору со сломанной антенной.
– У всех?
– Еще чего. Только у таких вот, как ты.
– И...
Медынец замялся. Разговаривать с человеком, который видит его практически насквозь и к тому же годится в матери, было неприятно. Словно он сидел в кабинете руководства без штанов.
– Поеду, конечно. Я ведь сказала уже.
– А зачем вам это?
– Ну как? Ты ведь на мое место нацелился. Надо же тебя познакомить с коллективом, дела передать...
"Врет", - подумал Медынец. И плевать, что эта мысль, наверное, горит в его голове как неоновая реклама. Не может она правду говорить.
– А это думай как хочешь.
– Коренева встала, попробовала макароны, поморщилась.
– Ну вот. Подсолить забыла. Ладно. Много соли вредно. И не трогай телефон, пожалуйста.
Медынец, сунувший было руку в карман ветровки, поспешно отдернул ее. Вот ведьма. Но если не врет... то скоро он и сам будет вот так же...
На эту мысль Коренева не отреагировала никак. Просто сидела, положив ногу на ногу, и покачивала серым, видавшем виды кедом.
– Кто он?
– спросил Медынец неожиданно сам для себя.
– Кто? А, Хозяин? Давай потом. Перед едой об этом не хочу. А вот как в машину сядем да из города выберемся, там и расскажу, что знаю. Будешь иметь представление.
– Она вздохнула.
– И бледный вид вдобавок.
Федор Христофоров
Федор вернулся в библиотеку. Уселся в привычное кресло, подумал немного - и набрал "Церковь Блаженной Тишины во Мироздании". Очевидно, гугл знает не все... Он достал "Руководство" и открыл на последней странице.
Подписано в печать 05.08.20хх.
Формат 16х90, 1/16. Бумага офсетная.
Печать оперативная. Гарнитура "Times New Roman".
Тираж 8 экз.
Федор несколько раз перечитал первую строчку выходных данных.
Утром подписано в печать, днем принесено, вечером...
Может, стоило все-таки обсудить с Кротовым?
Петр Медынец
Фары встречных машин слепили глаза. Медынец покосился на Кореневу.
– Ты обещала рассказать, кто он. Мы в машине.
– Обещала... Я говорила, что тебе это ничего не даст?