Чтение онлайн

Экскурсанты внимательно слушали и записывали. Только двое полагались на память. Я заметил, что они перешептывались и хотели от всех убежать.

Когда все закинули головы вверх и стали смотреть, где же там наверху, на шпиле, вращается ангел, эти двое взялись за руки и побежали.

Но один экскурсант не очень высоко закинул голову, видно боялся, как бы не слетела его соломенная шляпа. Он заметил и крикнул:

— Таня! Ты куда?

Тогда они вернулись, пристроились к своей группе и тоже стали смотреть вверх. Я спросил:

— Чего же вы вернулись? Бежали бы, ему ж не догнать.

— Неудобно, — шепнула Таня. — Это отец.

— Вы не беспокойтесь, — сказал Дубарев. — Мы поотвлекаем его. Вы уж бегите.

Таня сказала:

— Спасибо, хорошо.

Мы не отрывали глаз от экскурсанта в соломенной шляпе. Дубарев протиснулся в толпу и встал впереди него. Экскурсовод сказал:

— Прежде чем двигаться дальше, я хотел бы ответить на ваши вопросы. Есть вопросы?

Все экскурсанты смотрели друг на друга, но никто вопросов не задавал.

Тогда Дубарев сказал:

— Вот у меня есть вопрос.

И все экскурсанты вокруг него тесно сплотились. Соломенная шляпа затерялась в толпе.

— Почему, — спросил Дубарев, — на шпиле Петропавловской крепости до сих пор вращается ангел? Ангелов ведь нет, это все выдумки. И бога нет.

Хитрый Дубарев! Это и не его вопрос. Это я его задал, когда мы зимой были здесь на экскурсии. Я в каждом музее вопросы задаю.

Как только Дубарев спросил, все экскурсанты снова стали смотреть вверх, на ангела. Некоторые спросили:

— А правда, почему?

— Видите ли, — сказал экскурсовод, — на этот вопрос можно ответить двояко…

Но я уже не слушал, что экскурсовод отвечал. (Нам еще зимой объяснили, что ангелов, конечно, нет и быть не может и что это просто архитектурный символ.) Я смотрел, как в это время убегает Таня со своим экскурсантом. Они, спотыкаясь, побежали по булыжникам к садику, где похоронены коменданты, и скрылись за углом.

Никто этого не заметил. Все похвалили Дубарева и пошли за экскурсоводом в собор.

— И вы идите с нами, — сказали нам экскурсанты.

— Да нет, — ответил Козлик. — Мы без билетов.

— Ерунда, пройдете! Мы попросим.

Но мы не пошли.

Нам ведь нужно было идти в магазин за сандалиями. Потому что Козлик очень сильно шаркал. Все на него оглядывались.

Козлик спросил:

— Как вы думаете, почему те двое решили убежать из Петропавловской крепости?

Дубарев сказал:

— Мрачно здесь. Тюремная обстановка.

Козлик согласился.

Но я про себя подумал совсем другое. Я подумал, что те два экскурсанта друг в друга влюблены.

Мы проходили мимо другой экскурсионной группы. Экскурсовод спросил:

— Есть вопросы?

Все экскурсанты смотрели друг на друга, но никто вопросов не задавал. Вдруг Дубарев сказал:

— У меня есть вопрос. Скажите, а почему на шпиле Петропавловской крепости до сих пор вращается ангел? Ведь ангелов нет. Это выдумки.

Мы с Козликом переглянулись.

Экскурсанты с уважением посмотрели на Дубарева.

Кто-то спросил:

— А правда, почему?

— Видите ли, — сказал экскурсовод, — на этот вопрос отвечают по-разному…

— Двояко? — спросил Дубарев.

— Гм-м… Даже трояко…

Мы потянули Дубарева за руку. Все смотрели вверх, на ангела, и никто на наш уход внимания не обратил.

— Ты зачем это сделал? — спросил я у Дубарева.

— Не знаю, — сказал он. — Не смог утерпеть.

— Не стыдно тебе? — сказал Козлик. — Хотя бы что-нибудь другое спросил.

Кругом стояли экскурсионные группы. Мы увели Дубарева из Петропавловской крепости, обходя их стороной.

Музеев в нашем городе много. Важно знать такие, где не нужно покупать билет. Причем, такая путаница в городе с этими билетами. Например, в Русский музей билет стоит десять копеек, а в музей Арктики бесплатно. Я ничего не говорю, в Русском музее хорошие картины висят, не сравнишь, например, с нашей «Малой Третьяковской галереей». Но макетов там нет. Личных вещей тоже. Я люблю чьи-нибудь личные вещи смотреть.

Через ворота мы вышли на берег реки Кронверки.

Нам нужно было на другой берег, но к мостику было далеко идти. Поэтому мы легли на траву и стали ждать переправы. Дубарев лег на солнце (он еще не согрелся), а мы с Козликом в тени.

— Что же мы будем тут делать целое лето? — спросил Дубарев.

Козлик сказал:

— Я читать.

— Дочитаешься, — сказал я, — что вторые очки пропишут. Читать ты будешь один, а мы?

— Можно всем вместе читать, — сказал Козлик. — Можно вслух, можно про себя, можно в лицах…

Дубарев сказал:

— Мне бы сейчас шлюпку. Или велосипед. Я пространства люблю преодолевать…

Разговор у нас шел ленивый, медленный, потому что очень хорошо было лежать на траве. И никакие пространства Дубареву сейчас преодолевать не хотелось, это точно. Он прополз немного по траве и лег рядом с нами в тени.

По реке скользили голубые лодки. Тихо так было над водой.

Вдруг Козлик говорит:

— А вон по реке плывут два негра…

— Где?

Мы вскочили.

Мы вскочили и увидели, что в одной лодке, и правда, сидят два негра. А я уж подумал, что вплавь плывут. Один негр греб, а другой лежал на корме. Мы подошли к самой воде и стали на них смотреть.

Это редкое явление, чтобы негры катались на лодке. Могли ли они у себя на родине, в Африке, так же спокойно отдыхать и ни о чем не думать? Ведь Африка бурлит. Она кипит как вулкан, сбрасывая цепи колониального гнета. Нам рассказывали. У нас в школе был тематический вечер «Разбуженный континент». Мы очень долго готовились. Нашему классу поручили делать цепь. Потом с этой цепью танцевали старшеклассники. Они ее все время с себя сбрасывали и разрывали. Сначала они не могли ее разорвать, до того мы ее хорошо сделали. Потом все-таки два старшеклассника ее разорвали и бросили на пол. Нам было очень жаль нашу цепь.