Чтение онлайн

«Я — Рут! Я — Рут! Я — Рут!..»

— Вот это да, — только и выдохнул Финдер. Он так вцепился в Джексома, что у того занемели руки.

«Вы мне чуть крыло не спалили. Я же Рут! — укорял бронзовых обидчиков белый дракон. Потом, успокаиваясь, сообщил своему всаднику. — Они извиняются».

Но все-таки вывернул кончик крыла и присмотрелся — не обожжено ли.

— Это я виновата, — простонала Менолли. — Я совсем забыла сказать, что первым долгом надо назваться… С ума сойти, даже Рута просто так не пускают!

Она едва успела договорить, как в воздухе начали появляться другие драконы, громогласно оповещая о себе троих бронзовых стражей. Новоприбывшие немедля приземлялись, высаживая седоков у края толпы, собравшейся перед входом на площадку рождений. Туда же, пересекая чашу, двинулся и Джексом с Финдером и Менолли.

— Джексом, ты когда-нибудь видел сразу столько драконов?.. — Задрав голову, Менолли разглядывала громадных зверей, плотными рядами сидевших по всему краю Вейра и на карнизах, все — с развернутыми крыльями, готовые тотчас броситься в бой. — Ох, Джексом, а вдруг в самом деле дойдет до сражения — драконы против драконов?..

Ужас, прозвучавший в ее голосе, полностью отвечал его собственным чувствам.

— Похоже, этим глупцам Древним терять уже нечего, — мрачно отозвался Финдер.

— Но как все-таки им удалась такая наглая кража? — недоумевал Джексом. — Рамота никогда не отлучается от кладки. — А про себя виновато добавил: «С тех самых пор, как мы с Ф'лессаном тогда потревожили яйца…»

— Нам обо всем сообщил Ф'нор, — объяснила Менолли. — Он сказал, Рамота отлучилась поесть. В это время на площадке находилась половина бенденских файров. Они всегда там толкутся.

— И среди них, — вставил Финдер, — без сомнения, затесались два-три из Южного.

Менолли кивнула.

— Да, Ф'нор так и сказал. В общем, Древние сразу узнали о том, что Рамота ушла. Ф'нор говорит, она едва успела убить первого верра, когда появились трое бронзовых, миновали сторожевого дракона… В самом деле, с какой бы стати ему окликать бронзовых? А они р-раз — и влетели через верхний вход в пещеру рождений. Рамота жутко закричала и ринулась в Промежуток. Тут бронзовые вылетели наружу из верхнего входа, а за ними с воплем — Рамота. Бросилась вдогонку, но они скрылись в Промежутке прежде, чем она успела оторваться от земли.

— Кого-нибудь послали в погоню?

— Рамота сама погналась за ними. Вместе с Мнементом! Правда, все без толку.

— Как так?

— Те бронзовые затерялись где-то во времени..

— И даже Рамота не знает, где именно, — понял Джексом.

— Да, к сожалению, это так. Мнемент сверху донизу обшарил Южный Вейр и тамошний холд, потом обыскал половину теплых берегов… но яйца так и не нашел.

— Еще бы! Даже у Древних должно было хватить ума не тащить королевское яйцо к себе в Южный…

— Хотя могли бы догадаться, — устало добавил Финдер, — что мы сразу поймем, кто злодей.

Подойдя к толпе, они увидели, что здесь собрались не только всадники из других Вейров, но и владетели холдов, а также Мастера-ремесленники. На карнизе королевского вейра стояла Лесса и подле нее — Ф'лар, Фандарел и Робинтон. Лица у всех были мрачные и взволнованные донельзя. Н’тон стоял на ступенях и, сердито жестикулируя, говорил что-то двоим бронзовым всадникам. Сбоку Джексом разглядел троих всадниц младших бенденских королев и еще нескольких женщин — по-видимому, королевских всадниц из других Вейров. Оскорбленная гордость и невыплеснутый гнев буквально висели в воздухе. А перед входом на площадку рождений взад и вперед безостановочно бродила Рамота. То и дело она останавливалась и заглядывала внутрь, где в горячем песке лежали уцелевшие яйца. Тогда хвост королевы начинал хлестать по земле, а из горла вырывался горестный, негодующий крик, заглушавший все разговоры, происходившие па карнизе.

— Опасно брать яйцо в Промежуток, — сказал кто-то, стоявший впереди Джексона и Менолли.

— Но все-таки можно, если оно тепло закутано и не повреждено, — Надо подняться всей силой и попросту выжечь этих Древних из Вейра!

— Драконы против драконов?! Да ты и сам, я вижу, ничуть не умней Древних!

— По-твоему, надо допустить, чтобы они преспокойно утаскивали королевские яйца? Худшего оскорбления Бендену Древние еще не наносили. И я говорю: они должны поплатиться за это!

— Южный Вейр, похоже, не остановится ни перед чем, — вполголоса сказала Джексому Менолли. — Их королевы давно не поднимались в брачный полет. Бронзовые один за другим умирают от старости. Даже зеленых нет молодых!

Тут Рамота подняла голову и жалобно закричала, глядя на Лессу. На крик королевы откликнулся весь Вейр; у людей заложило уши. Джексом видел, как Лесса наклонилась с карниза, протягивая руку к убитой горем Рамоте. И тогда…

Джексом был на добрую голову выше большинства собравшихся. И он увидел, как что-то черное затрепыхалось в глубине площадки рождений. Донесся приглушенный болезненный вскрик…

— Смотрите! Что это? Там, на площадке рождений!

Лишь те, кто стоял подле него, услышали этот возглас и видели, как он указывал рукой. Что же до самого Джексома, то ему пришло в голову лишь одно: бронзовые Южного умирают — а ну как Древние решили воспользоваться всеобщим смятением и заодно прихватить бронзовое яйцо?..

Он кинулся вперед. Менолли и Финдер последовали за ним. Но тут на него неожиданно накатила такая волна слабости, что он был вынужден остановиться. Ни дать ни взять что-то высасывало его силы, но что именно — Джексом не имел ни малейшего понятия.

— Что с тобой, Джексом?

— Ничего! — Джексом высвободился из рук Менолли, пытавшейся его поддержать, и почти толкнул ее вперед, к площадке рождений: — Яйцо! Яйцо!

Рев Рамоты, полный изумления и восторга, похоронил его голос.

— Яйцо! Королевское яйцо!

К тому времени, когда Джексом наконец избавился от необъяснимого головокружения и добрался до площадки, люди с облегчением взирали на королевское яйцо, вновь надежно устроенное в неприступной крепости — между передними лапами Рамоты.

Какой-то отчаянно любопытный файр сунулся было на площадку рождений, но вопль ярости, вырвавшийся у Рамоты, заставил ящерку без памяти унестись прочь.

Избавившись от гнетущей тяжести на душе, люди потянулись назад с обжигавшего ноги песка и начали переговариваться. Кто-то предположил, что яйцо просто откатилось в сторону и его пропажа Рамоте лишь померещилась. Но слишком многие видели пустую ямку в песке, и потом, трое чужих бронзовых, влетевших и вылетевших из пещеры, существовали на самом деле. Наиболее вероятным представлялось следующее соображение: стащив яйцо, Древние только тут сообразили, что могут столкнуть драконов с драконами, — и сочли за благо вернуть похищенное назад.