Чтение онлайн

Таких загадок к его услугам было несколько. И самая важная касалась того, что же он успел выболтать в бреду. Ответ Брекки его нимало не успокоил. Он попытался вспомнить хоть что-нибудь, но в памяти не было ничего, кроме жара и холода, да еще кошмаров — ярких, однако совершенно бессвязных.

Он подумал о посещении опекуна. Значит, Лайтол в самом деле любит его!.. Ох, скорлупа — он совсем забыл спросить его, как там Корана. Надо было послать ей весточку: сна ведь тоже наверняка прослышала о его болезни. С другой стороны, он не намерен был продолжать их прежние отношения. После того, как увидел Шарру? Нет, невозможно. Но Лайтола все же надо будет спросить.

И все-таки, что он нее в бредовом жару? Как вообще бредят болеющие огненной лихорадкой, как они говорят? Издают звуки, произносят слова? Или целые фразы? Может, ему и волноваться-то незачем?..

А вот то, что владетель Грох этак запросто явился проведать его, ему совсем не понравилось. И вообще, не заболей он, Грох так и не знал бы ничего об этой части Южного континента. Во всяком случае, не знал бы, пока всадники не сочли бы нужным ему показать. А гора! Такую необыкновенную форму трудно забыть. Любой дракон запросто отыщет ее. Хотя… чтобы дракон мог совершить прыжок через Промежуток, требовалась очень яркая картина в воображении всадника. Прыжок по ориентирам, полученным из вторых рук?.. Д'рам и Тирот сумели это сделать по описанию, услышанному из уст Мастера Робинтона. Но Тирот — умница, а Д'рам — очень опытный всадник…

Джексом очень хотел скорее поправиться. Скорее добраться до той горы. Он хотел побывать там самым первым. Долго ли ему еще выздоравливать?

Миновал день, и ему разрешили немножко поплавать. По мнению Брекки, это должно было укрепить его мускулы; оказалось, однако, что укреплять было почти нечего. Джексом еле доплелся до подстилки под деревом, чувствуя себя измочаленным, и тотчас уснул.

Разбуженный прикосновением Шарры, он вскрикнул и сразу сел, озираясь по сторонам.

— Что с тобой, Джексом? — спросила она.

— Я видел сон… страшный сон! — Еще не отойдя от кошмара, он никак не мог разобраться, не наяву ли все это происходило. Потом он увидел Рута: тот крепко спал, вытянувшись на теплом песке. Нос дракона почти касался его ног, а вокруг и сверху Рута свернулось не менее дюжины файров. Ящерки тоже спали и дергали во сне то лапками, то крылом.

— Но теперь-то ты проснулся, — сказала Шарра. — Ничего не случилось.

— Такой красочный сон, и сразу позабылся. Хотел бы я припомнить его…

Прохладная ладонь Шарры коснулась его лба. Он раздраженно отпихнул ее руку.

— Да нет у меня никакой лихорадки!

— Верно, нет. А голова не болит? Пятна, может быть?..

— Нет! — бросил он сердито и нетерпеливо. Потом вздохнул, улыбнулся и добавил извиняющимся тоном: — Ужасный у меня характер, верно?

— Бывает иногда. — Шарра улыбнулась в ответ и опустилась на песок подле него.

— Если я каждый день буду плавать чуть-чуть больше и дальше, — спросил он, — как скоро я выздоровлю совсем?

— А почему это тебя так беспокоит?

Джексом кивнул в сторону горы:

— Хочу посмотреть те места прежде, чем до них доберется владетель Грох.

— Я думаю, ты легко это осуществишь. — На лице Шарры появилось хитроватое выражение. — Теперь ты будешь с каждым днем становиться сильнее. Мы только не хотим, чтобы ты раньше времени себя изнурял. Согласись, лучше обождать лишних несколько дней, чем нажить повторный приступ и опять испытать все то же самое.

— Повторный приступ? А как узнать, что он начинается?

— Проще простого. Головная боль, пятна перед глазами… Так что ты, Джексом, лучше нам не перечь.

Синие глаза смотрели с непритворной мольбой. Ему нравилось думать, что эта забота относится к Джексому как таковому, а не просто к Джекеому-пациенту, Не сводя с нее взгляда, он медленно кивнул в знак покорности. И был вознагражден за это улыбкой.

Ф'нор и Д'рам прилетели под вечер — оба в боевой амуниции, с большими мешками огненного камня, навьюченными на драконов. — Завтра — выпадение Нитей, — пояснила Шарра в ответ на вопросительный взгляд Джексома.

— Выпадение?..

— Нити падают по всему Перну, в том числе и здесь — уже трижды с тех пор, как ты заболел. Причем в первый раз — на следующий день! — У него слегка отвисла челюсть от запоздалого испуга, и Шарра усмехнулась: — Мы получили редкое удовольствие, наблюдая за драконами в небе. Им надо было прикрыть только убежище и некоторый участок вокруг. Об остальном прекрасно позаботились личинки… — Шарра хмыкнула: — Тирот жалуется, что это, мол, не настоящая битва: он ведь привык драться с самого начала и до конца выпадения. Кстати, заодно полюбуешься, как действует Рут. Ну как же, разве могло что-нибудь удержать его на земле! Брекки, конечно, все время его слушает, а Тирот с Кантом командуют. Он так гордится тем, что защищает тебя!

Джексом сглотнул, охваченный весьма разнообразными чувствами. Шарра продолжала говорить, и он слушал ее, досадуя все больше:

— Если хочешь знать, ты был в курсе насчет Нитей. Как видно, если уж кто стал всадником, некоторых вещей не забывают даже в беспамятстве. Ты все стонал, дескать, валятся Нити, а тебе никак не взлететь… — По счастью, она смотрела на драконов, что скользили в воздухе над пляжем, собираясь садиться: Джексом не мог справиться с собой и боялся, что выражение лица выдаст его. — Мастер Олдайв говорит, — продолжала она, — у нас, людей, тоже есть глубоко заложенные инстинкты, которые срабатывают помимо нашей воли. Вот как у тебя при появлении Нитей… Нет, слушай, какая все-таки лапочка Рут! Честное слово, я так хвалила его после каждого выпадения. И следила за тем, чтобы огненные ящерицы хорошенько отмывали его от запаха фосфина…

И она приветливо помахала рукой Ф'нору и Д'раму — те шли к ним со стороны пляжа, на ходу расстегивая теплые куртки. Кант и Тирот уже скинули со спин мешки с огненным камнем и, расправив крылья и постанывая от наслаждения, входили в ласковую теплую воду. Рут белым мячиком скатился с берега следом за ними, а в воздухе над троими драконами повис шумный рой огненных ящериц, польщенных обществом крылатых гигантов. — Смотри-ка, порозовел! Совсем молодец! — сказал Ф'нор, пожимая Джексому руку, и Д'рам согласно кивнул головой.