Чтение онлайн

Наш сотрудник был вознагражден за бдительность: все его повестки были признаны недействительными и аннулированы. Девяносто же четыре страницы горячей информации изъяли: мы не можем напечатать ничего из этого под угрозой быть обвиненными в нарушении «закона».

А что газета? И генеральная прокуратура?

Свои копии пресловутых девяноста четырех страниц они выбросили, высмеяв их содержимое, обозвав его «помоями». Чудовищные факты были слишком чудовищны, чтобы в них поверить.

А что автор? Он где-то здесь, скрывается среди темных ночей Города Падших Ангелов.

Какова же развязка этой драмы? Вам решать, дорогие наши читатели. Мы ждем вашего осуждения фашистской цензуры. Пишите нам. Пишите в Полицейское управление Лос-Анджелеса. Не скрывайте своего гнева. Поддержите раскаявшегося полицейского, чье чистосердечное признание сочли слишком взрывоопасным для публикации.

ЗАГОЛОВКИ:

«Лос-Анджелес Таймс», 14 декабря 1958 года

Созыв Большого жюри: сотрудники Отдела по борьбе с наркотиками дают показания

«Лос-Анджелес Миррор», 15 декабря 1958 года

Обвинения в цензуре журналистов «Строго секретно» проигнорированы

«Лос-Анджелес Геральд Экспресс», 16 декабря 1958 года

Полицейское управление называет обвинения «Строго секретно» смехотворными

«Лос-Анджелес Таймс», 19 декабря 1958 года

Приговоры сотрудникам Отдела по борьбе с наркотиками

«Лос-Анджелес Миррор», 21 декабря 1958 года

Эксли: обвинения «Строго секретно» – чушь!

«Лос-Анджелес Миррор», 22 декабря 1958 года

Семейство наркоторговцев предстанет перед Большим жюри

«Лос-Анджелес Геральд Экспресс», 23 декабря 1958 года

Шокирующие результаты заседания Большого жюри: Кафесьянам не вынесен ни один приговор. И. о. окружного прокурора объясняет это компромиссом в связи с суровыми приговорами сотрудникам Отдела по борьбе с наркотиками

«Лос-Анджелес Икзэминер», 26 декабря 1958 года

Галлодет все еще не найден: поиски продолжаются

«Лос-Анджелес Миррор», 27 декабря 1958 года

Мэр Поулсон: обвинения «Строго секретно» смехотворны!

«Лос-Анджелес Миррор», 22 декабря 1958 года

Федеральное расследование прекращено

«Лос-Анджелес 1еральд Экспресс», 3 января 1959 года

Бессменный тамада Полицейского управления удостоен специальной пенсии

Грустная, трогательная сцена – в противовес недавним газетным заголовкам о приговорах сотрудникам Отдела по борьбе с наркотиками за взяточничество и налоговые махинации. Сцена: израненный лос-анджелесский полицейский борется за жизнь на больничной койке.

Дадли Л. Смит, ПУ Лос-Анджелеса, уроженец Дублина, выросший в Лос-Анджелесе, во Вторую мировую ловивший шпионов в ОСС, пятидесяти трех лет, муж и отец пяти дочерей, тридцать лет на службе в полиции. Обладатель множества наград за доблесть, постоянный тамада и светский капеллан Полицейского управления Лос-Анджелеса, Дадли Л. Смит – пять недель назад получивший ножевые ранения во время задержания грабителя – борется за жизнь.

Пока ему удается выиграть борьбу: он лишился глаза, парализован; у него – повреждения головного мозга, и, вероятнее всего, ходить он больше не сможет. Будучи в памяти, он веселит медсестер своим ирландским говорком и шутками, что, мол, теперь он станет сниматься в рекламе – вроде того парня с повязкой на глазу, который толкает рубашки фирмы «Хэтуэй». Однако на долгое время он впадает в беспамятство, и это весьма прискорбно.

Полиция не стала обнародовать детали происшествия, в результате которого так серьезно пострадал Дадли Смит; ибо людям из Управления прекрасно известно, что он предпочел бы, чтобы семья убитого им грабителя избежала тяжкой участи общественного порицания. Тоже прискорбный факт – особенно если учесть, что остаток своих дней Дадли Смит будет нуждаться в интенсивном стационарном лечении.

Его пенсии и сбережений на это не хватит, и он слишком гордый, чтобы принять помощь из Благотворительного фонда Полицейского управления. Он – легендарный полицейский, всеобщий любимец, неустрашимый коп, убивший восемь человек – по долгу службы, ибо без этого в полиции никак. Зная об этом, шеф Бюро расследований Полицейского управления Эдмунд Эксли попросил Городской совет Лос-Анджелеса использовать редко употребляемую свою прерогативу и проголосовать за назначение отважному полицейскому специальной пенсии в том размере, что позволит покрыть расходы на пожизненное содержание и уход в соответствующем лечебном учреждении.

Члены совета с предложением согласились; соответствующее постановление было принято единогласно. В интервью корреспондентам шеф Эксли заявил: «Очень важно, что капитан Смит получит содержание и уход, которых заслуживает. Он будет в полной безопасности и проживет остаток своих дней, не беспокоясь о налогах и прочих материальных проблемах работы в полиции».

Дадли Л. Смит, герой. Пусть дни твои будут долгими и преисполненными мира и покоя.

Коробки из закусочных «навынос», кипы газет: месяц скрываюсь в квартире Пита.

Дом у дороги на выезде из Сан-Диего: его бывшей жены – та уехала в Европу на полтора месяца. Пит-живодер: две штуки в неделю арендной платы.

Газеты – а в них вот что:

Мое признание – запрещено к публикации.

Дадли – между жизнью и смертью.

Федеральное расследование накрылось медным тазом.

Отдел по борьбе с наркотиками повержен – Эксли-триумфатор.

Время подумать.

Звонки: Пит – мой связной с тем светом:

Ордера на мой арест – из ФБР и из полиции – обвинения по девяти пунктам: «Убийство Мишака, нарушение уголовного законодательства, два случая преступного сговора в нарушение УК штата и три – в нарушение федерального законодательства. Ты объявлен в федеральный розыск – причем теми и другими, – что еще веселей. До двадцать седьмого января можешь пожить в моем доме, но не более того».

Пит, 13 января:

– Гленда все еще во Фресно. Федералы наблюдают за ней, но полагаю, что втихаря смогу привезти ее на свиданку перед тем, как ты свалишь.