Белый лист
Шрифт:
На столике, перед телевизором, стояла открытая бутылка вина и бокал.
– Привет, милый! Я соскучилась… – Она обняла его и вытянула губы для поцелуя. – Что-то ты сегодня не в духе.
– Привет! Не видел тебя два дня… Ты где пропадала?
– Да так, дела-заботы… Долго рассказывать. А что за допрос?
В первый раз за всё время Глеб почувствовал раздражение в присутствии Юлии. Неожиданно подумалось: спросила бы, как дела, что ли!
Он открыл холодильник и, достав лёд, бросил его в стакан. Достал из буфета бутылку “Блэк Лэйбл”. Налив скотча до половины, сразу же выпил. Налил ещё.
– Ну, как наша поездка на Бали, милый? Ты всё распланировал? Деньги внёс? Кстати, моя хорошая подружка со своим бойфрендом тоже там будет в это время! Класс! Прямо уже хочу! Только, котик, я умоляю – отель не ниже пятёрки.
– Не только поездку, но и шубу на твой день рождения придётся отменить. Вот такие пироги…
– Как… Ты, наверно, пошутил, милый? – Её фигура неподвижно застыла посреди комнаты.
– Ничуть. У меня крупные неприятности… Если не сказать хуже. Срочно нужны деньги.
Юлия отошла к окну. Сложив на груди руки, она молча смотрела на улицу. От выпитого виски Глебу стало тепло. Напряжение спало. Он выпил ещё.
– Значит, ни дня рождения, ни поездки, ни шопинга… Время до Нового года и после – коту под хвост…
Этот вечер был первым, когда они не занимались любовью.
Утром в почте он обнаружил очередное послание от “доброжелателя”: “Умница. Я знал, что Вы себе не враг. Будьте готовы за час до указанного времени. Деньги увяжите в брикет и упакуйте в плотный полиэтиленовый пакет. Сядьте в свою машину и ждите на стоянке. Вам позвонят. Если будет обнаружен “хвост”, договорённость отменяется. За вами будет установлен контроль. Так что без глупостей. А гарантий у Вас нет”.
Весь день Чибисов занимался сбором денег. Последнюю сумму ему должны были передать завтра в обед.
Вечером, когда он ещё сидел в кабинете, позвонила Наталья. Ей нужна была доверенность на переоформление машины.
– Привет!
– Привет!
– Как дела, дорогой? Что такой кислый голос?
– Разве?..
– Ну, мне ли не знать! Забыть я ещё не успела… Что-то случилось?
– Да так… – неопределённо протянул Глеб. – Ты-то как? Как твои переводы?
– Всё по-прежнему… Леплю новые книги из старого импортного содержимого. Питаюсь чужими эмоциями и изливаю свои.
– Ты-то что звонишь? Родители как?
– Всё в порядке. Мне просто доверенность на машину нужна. Может быть, поменяю. Что-то она барахлить стала.
– Ладно. Не вопрос. Освобожусь на днях – перезвоню. Ну, пока!
– Пока!
На секунду ему показалось, что из трубки на него повеяло знакомым тёплым запахом их старой кухни.
Вечером в своём почтовом ящике он обнаружил комплект ключей от квартиры. Тот самый, который он давал Юлии. Её вещи из квартиры тоже исчезли. Записки не было. К своему удивлению, он ничего не почувствовал.
Уже перед сном, зайдя в ванную комнату, Чибисов в очередной раз увидел своё отражение в зеркале. Он глядел на себя, ловя виновато-ускользающий взгляд, словно пытаясь разглядеть что-то, что могло объяснить причину происходящих с ним в последнее время событий.
– Ну, что, дружок, приехали… А чего ты, собственно, ждал?
За час до условленного срока Чибисов сидел в своём “Крузере” на стоянке возле офиса. Пакет с деньгами был при нём.
Раздался звонок его мобильного. Абонент не определялся. Глеб взял трубку:
– Вас слушают!
– Трогай с места и направо по Тверской. Держи трубу при себе. Мы отслеживаем тебя по GPS. Быстро не едь. – Раздались гудки отбоя.
Глеб вёл машину по Тверской. Телефон опять зазвонил.
– Сворачивай в Старопименовский переулок.
Они гоняли его по центру Москвы кругами более часа. Очередной раз телефон зазвонил, когда он двигался по Ворсонофьевскому переулку.
– Остановись. Видишь справа зелёную урну?
– Да.
– Брось туда пакет с деньгами и быстро уезжай. До связи.
Он выполнил это указание. Больше его телефон не звонил. Отчего-то внезапно навалилась усталость. На стоянке возле офиса он остановился и долго сидел за рулём, глядя перед собой.
Наталья взяла трубку сразу, словно держала её в руке.
– Привет!
– Привет!
– Ты дома?
– Нет ещё. На работе, но буду через час.
– Я подъеду…
Из открытой двери квартиры потянуло знакомыми запахами. Наталья встретила его в незнакомом ему весёлом кухонном переднике.
– Проходи. Я тут котлетки жарю. Кстати, твои любимые!
Она ушла на кухню. Он разулся и молча постоял в прихожей, узнавая свою квартиру. Когда-то они долго обставляли её вместе с женой на тогдашние, ещё скудные заработки. Затем прошёл на кухню. Наталья что-то говорила, стоя у плиты спиной к нему.
– Вот всё готовлюсь в приезду Данилы… Думаю – как мы ему всё сообщим.
Глеб подошёл и обнял её сзади. Прижался, ощущая знакомые изгибы её тела и родной запах. Ему хотелось заплакать, но он не умел. Наталья замолчала и стояла не шевелясь. Запахло чем-то горелым…
Прошло несколько месяцев. Наталье Глеб не стал ничего рассказывать. Поначалу он с беспокойством ждал звонков от “доброжелателя”. Но всё заглушала радость возвращения тёплых отношений с Натальей. Не проходило сладкое ощущение нашкодившего ребёнка, которого простили не наказывая. Словно нашлось что-то утерянное. Он даже немного прибавил в весе.
Встречать Данилу в Домодедово они поехали вместе с Натальей. Разговор начали уже в машине, отъехав от здания аэропорта.
– Ну что, сынок, поздравляем с очередным прибытием на “побывку”!