Чтение онлайн

Мне внезапно захотелось маринованных паттисонов.

Я вспомнила, как бабушка, Царство ей небесное, мариновала паттисоны, когда я была маленькой. Я словно вживую видела пузатые стеклянные банки и давилась слюной.

Ева, миленькая, третий час ночи! Какие паттисоны? О чём ты только думаешь?

Но саму себя не обманешь! Хочу маринованные паттисоны.

Может, разбудить Руслана и попросить его найти для меня паттисоны? Да, попросить можно. Но он, скорее всего, пошлёт меня далеко и надолго.

Алмазов не воспринимает институт семьи и брака. Значит, и к капризам беременной девушки он отнесётся так же скептически. Поэтому я решила не рисковать и не портить себе настроение.

Хочется паттисонов? Значит, нужно добыть их самой!

Район благополучный. Кажется, неподалёку есть круглосуточно работающий супермаркет. До него минут десять или пятнадцать пешком. Ничего, доберусь…

Я встала, оделась. Старалась не шуметь. Но потом всё-таки предприняла попытку предотвращения беременного сумасшествия.

Я открыла холодильник и осмотрела все полки. Я знала, что маринованных паттисонов там нет. Но надеялась найти что-нибудь другое. Вдруг, смогу перебить аппетит?

Погрызла оливки, попыталась перекусить крошечным корнишоном. Не помогло. Вздохнув, я двинулась на выход. Кралась, словно преступник, прислушиваясь к звукам.

Тишина.

Внезапно она прервалась громким похрапыванием. Я едва не прыснула от смеха. Всё-таки, босс храпит! На всю квартиру!

Но храп раздавался очень близко от меня. Я перевела взгляд вниз и поняла, что это храпел пёс Саурон. Он дрых без задних ног и похрапывает во сне.

— Ах ты, сторож! — шепнула я и переступила через спящего пса.

Я раскрыла замок на двери, вздрагивая от каждого, едва слышного щелчка. Дверь открыта. Можно выходить. Я подхватила сумочку и шагнула за порог.

— Сбегаешь, Свиблова? — раздался зловеще спокойный голос босса.

Я вздрогнула от неожиданности и едва не померла на месте от страха.

— Алмазов, чёрт тебя дери. Нельзя так пугать! — выдавила я из себя.

— Могу сказать тебе тоже самое. Ты кралась, как мышка. Я решил, что в квартиру проник вор.

— Ага, — я обернулась и посмотрела на биту в руках босса. — И вооружился, да?

Босс качнул бейсбольной битой.

— Откуда ты её только взял? Не знала, что ты любишь бейсбол.

— Нет. Я не люблю бейсбол. На ней есть надпись знаменитого игрока. Подписывал её для… Для бывшего друга. Но ты мне зубы не заговаривай, Ева. Куда собралась?

Босс обхватил моё плечо пальцами и завёл меня обратно в квартиру. Закрыл дверь и требовательно уставился на меня.

— Я не хотела сбегать. Честно.

— Не верю.

— Если я скажу тебе правду, ты ещё больше не поверишь мне, — покраснела от смущения. — Посчитаешь меня избалованной дурочкой.

— Дурочкой я тебя никогда не буду считать, акулёнок. Для дурочки ты слишком умная, цепкая и хваткая. Давай, говори, куда ты собралась бежать?

Я обхватила себя за плечи руками и призналась:

— За паттисонами.

— Не понял, — нахмурился босс.

— Мне захотелось перекусить маринованными паттисонами, — буркнула я и тут же добавила. — Прихоти беременных — это не миф, а реальность. Мне страсть как хочется паттисонов, я даже уснуть не могу!

— И всё? — рассмеялся босс.

Алмазов отложил биту в сторону и направился на кухню.

— За мной, голодная, беременная и капризная Ева.

Я мгновенно оценила босса сзади — он выглядел великолепно. Надеюсь, у босса не было глаз на спине, и он никогда не узнает, каким восхищённым взглядом я обвела его широкие плечи, скрытые под белой футболкой, узкую талию и крепкую задницу, обтянутую чёрными боксерами.

Босс шёл впереди с таким уверенным видом, что я поверила в чудо. Я искренне поверила в то, что у босса совершенно случайно припрятана баночка паттисонов. Причём, спрятана так хорошо, что о её расположении знает только мой начальник.

Босс сначала достал вилку, потом открыл холодильник и повернулся ко мне.

— Вот, пожалуйста! Приятного аппетита!

Я взглянула на вилку и горестно вздохнула. Босс протягивал мне вилку с нанизанным на зубья корнишоном.

— Рус, это корнишон.

— Ты же именно это хотела? — нахмурился босс.

— Нет. Корнишон — это карликовый огурчик, а я хотела паттисон. Это небольшая тыковка.

— То есть ты хочешь тыковку?

— Не совсем. Паттисон относится к тыквенным культурам, но я хочу не тыковку, — я с отчаянием посмотрела на босса.

— Хм… — Алмазов схрумкал корнишон. — Это точно не сгодится? Вроде вкусно!

— Нет! Я уже пробовала. Он мне не помог! — неожиданно для себя я всхлипнула.

— Перестань, — босс тотчас же обнял меня и привлёк к себе на грудь. — Так сильно хочется?

— Угу! Ты даже себе не представляешь, как сильно!

Я прижалась щекой к груди Руслана, вдохнула мужской, терпкий аромат его кожи и немного успокоилась.

— Значит, будем искать твои тыковки.

— Паттисоны, — поправила я Алмазова.

— Хорошо, паттисоны. Дай только одеться. И для начала покажи мне в интернете, как они выглядят!

***

(Руслан)

Сказал бы мне кто-нибудь месяц назад, что я кинусь поздней ночью исполнять прихоти беременной девушки, я бы посмеялся.

Однако, факт остаётся фактом. Три часа ночи. Все нормальные люди спят, все активные и безбашенные — тусят, а я отправился на поиски паттисонов, попутно слушая болтовню Евы.

«Прихоти беременных — это не миф!» — заявила Ева. И почему-то я ей поверил. Стоило только взглянуть на её расстроенное лицо и глаза, полные слёз, как сразу же захотелось сделать всё, чтобы она не смела пустить слезу!