Чтение онлайн

Щелк! Где-то в самых потаенных глубинах Лунной Базы за множеством закрытых дверей с суровыми предостерегающими надписями находится голографическая модель галактики. В центре светящееся Ядро, белыми пустотами отмечены неисследованные области. Среди всего этого многообразия форм и красок оператор аккуратно выводит под чем-то, смутно напоминающим геодезическую сферу, собранную из зубочисток, электронную надпись: «ТАДЖ». Размером это неведомое образование заметно превосходит самые гигантские звезды.

Щелк! Что-то живое зашевелилось в нижней части живота стоящей рядом молодой женщины-техника, подошедшей вместе с напарницей к Майклу, чтобы водрузить ему на голову ослепительно сияющий обруч — наверное, это будет короной. И даже в наглухо укупоренных контейнерах человека на колесах мальчик уловил слабые органические процессы, обмен веществ.

Щелк! Громкое жужжание. Прошло некоторое время, и Майкл, догадавшись, что это тепловое движение молекул окружающего воздуха, научился отключать от него свой слух.

Примерка завершилась минут через двадцать после того, как началась. Освободившись от шлема и лямок, Майкл, щурясь, повел головой вокруг, снова привыкая к окружающей действительности, которую он одиннадцать лет принимал как должное, не задаваясь никакими вопросами.

Таким, как раньше, он больше никогда не будет.

Небольшая распечатка с крупными буквами «Темешвар Эллисон» наверху плавно опустилась на стол, выпущенная маленькими проворными пальцами Ломбока. Толстые неповоротливые пальцы Тупелова с обгрызенными ногтями схватили ее только со второй попытки.

— Его родная мать, — лаконично объяснил Ломбок. — Генетическая картина совпадает настолько полно, что не остается никаких сомнений. К тому же она была на Альпине как раз в то время.

— И?.. — Тупелов бегло пробежал взглядом по выдержке из личного дела, описывающей служебный путь Элли Темешвар с того момента, как она поступила в школу пилотов, до увольнения в отставку приблизительно одиннадцать лет назад. — Ее имя мне ничего не говорит... Впрочем, постой-ка, не она ли была вместе с Маркусом во время второй встречи с Таджем? Тогда они, пытаясь стряхнуть с хвоста берсеркера, пролетели прямо через туннель... Так, значит, она к тому же и мать Майкла...

Умолкнув на середине предложения, министр снова посмотрел на распечатку.

— Вот именно, — вставил Ломбок. — Похоже, Фрэнк Маркус — отец Майкла. Разумеется, я для полной уверенности сравню генокоды.

Тупелов кивнул:

— Но только очень осторожно. Займись этим сам. Маркус... разумеется, всего этого еще не видел.

— Разумеется. Нет никаких оснований полагать, что он что-либо подозревает. И Майкл тоже.

— Все даты совпадают... значит, Темешвар забеременела во время выполнения задания. Однако в личном деле нет ни слова о том, что она вернулась на базу беременной — впрочем, и не должно быть, как нет ничего и о том, что именно беременность явилась причиной ее выхода в отставку спустя несколько месяцев. Здесь только приводятся слова самой Темешвар, сказавшей, что она, цитирую: «...потеряла интерес к служебной карьере». Что ж, могу ее понять. Шесть месяцев наедине с Маркусом ~ никто такого не выдержит.

— Прошу вас отметить, — сказал Ломбок, — что Альпин был первым пунктом их остановки на обратном пути на базу «КОРСЕК». Похоже, Темешвар благополучно избавилась от беременности на первой же населенной планете и ни словом не обмолвилась об этом военным врачам.

— Да... да... Я на досуге хорошенько обдумаю все это. А пока нам нужно действовать очень осторожно.

— Согласен.

— Анжело, у тебя на лице написано, что ты что-то замыслил и ждешь моего разрешения.

— Полагаю, мне необходимо лично узнать, что сталось с Элли Темешвар. Встретиться с ней. Поговорить. Если получится, даже доставить ее под каким-либо предлогом на Лунную Базу.

— Зачем?

— Это поможет лучше понять Майкла, предугадать, каким он станет. А из ее личного дела, по-моему, многого не узнаешь.

— Ее настоящее местожительство известно?

— Она живет на Земле. По крайней мере, жила там в прошлом году. Тогда она согласилась принять участие в обычной переписи населения. Живет где-то в Храме Последнего Спасителя.

— Похоже, это что-то связанное с религией. Правда, я о такой не слышал.

— И я тоже. Впрочем, они постоянно возникают и исчезают.

Тупелов помолчал. Засунув палец в рот, он принялся обгрызать заусенец.

— Сомневаюсь, что разумно привозить сюда Темешвар прямо сейчас. Это только привлечет излишнее внимание.

— И все же я прошу вашей санкции. Я буду действовать крайне осторожно. После столкновения в Горловине можно предположить, что враг догадывался о чрезвычайной важности нашей миссии. Следовательно, теперь ему скорее всего известно, что Майкл находится здесь. В самое ближайшее время берсеркеры сообщат об этом своим приспешникам на Земле, доброжи-лам. Не надо исключать вероятность того, что они тоже определят, кто является родной матерью мальчика. Данные центра усыновления считаются недоступными, но не надо забывать, что он находится на Альпине.

— Да-да, на этой проклятой планете... Хорошо, Анжело, если ты так считаешь...

Майкла не покидало ощущение, что события слишком торопят.

Он находится на Лунной Базе чуть больше одного стандартного дня, а его уже второй раз одевают в «Ланселот». К тому же теперь это его единственная защита. Платформа грузового лифта поднимается к лишенной воздуха замороженной ночным холодом поверхности, и сто с лишним взрослых, находящихся на ней, — военных, ученых, техников, — все до одного одеты в скафандры... Ну, почти все. Фрэнк, по его собственным словам, со своим скафандром никогда не расстается.

Его контейнеры устроились справа от Майкла, а слева стоял научный руководитель проекта доктор Эдмонд Йенари. Его некрасивые раскосые глаза не отрываясь следили за мальчиком сквозь стекло гермошлема.

— Все в порядке? — спросил доктор Йенари.

— Да.

— Я просто хотел еще раз убедиться.

Шлюзовая камера открылась, и воздух начал выходить наружу. Майкла предупредили, что «Ланселот» обеспечит его всем необходимым для дыхания воздухом — точнее, кислородом. Несмотря на то что давление окружающего газа падало, мальчик чувствовал себя совершенно комфортно в лямках необычного скафандра, поскрипывающих словно жесткие бумажные крылья. Силовые поля стали почти неосязаемыми и невидимыми, и Майкл не чувствовал себя стесненным.