Чтение онлайн

— Вы доверяли Андропову как человеку?

— Безусловно. Это был очень сильный политик, он действительно радел за страну. Некоторые сейчас говорят, что при нем были гонения на диссидентов. А сколько известных диссидентов он спас! Даже академик Сахаров, выступая на Первом съезде Советов, сказал: «У нас в Союзе сейчас осталась одна некоррумпированная структура — Комитет государственной безопасности». Так заявил человек, которому КГБ причинил очень большую боль.

— А может быть, это было ошибкой?

— Не думаю. Ведь не диссиденты развалили Советский Союз…

— А кто развалил?

— Власть развалила, и прежде всего Михаил Сергеевич Горбачев. Он бездействовал, когда эта троица собралась в Беловежской пуще. Ведь на плебисците народ высказался за сохранение Советского Союза. Троица действовала вопреки воле собственного народа. Горбачев должен был дать команду арестовать их и привлечь к ответственности. Он ведь знал о ГКЧП и одобрил план заговорщиков, а потом сразу отмежевался. Есть свидетельства, подтверждающие это. Я помню, как «Альфу» бросили в Вильнюс, и она захватывала телецентр, а потом председатель КГБ Крючков заявляет: я не знаю, как они там оказались, и ему вторит Горбачев.

Это отрицательно отразилось на общественном мнении. И август 1991 г. — это как раз следствие января 1991 г.

— А почему Ельцин все-таки победил? Почему один политик-интриган одолел другого политика-интригана?

— Народ хотел перемен. Я коммунист с 1956 г., у меня до сих пор партийный билет сохранился. Партию никогда не хулил и не собираюсь. Но и я думаю, что не было ничего хорошего в том, что все хозяйственные вопросы решались на партийных съездах. Еще в 1950 гг. директора нескольких крупных московских предприятий, таких как ЗИЛ, шарикоподшипниковый, шинный заводы, предложили оставить за Госпланом план и фонд заработной платы, а штат отдать директорам. И им категорически отказали под тем предлогом, что это чревато безработицей.

Сегодняшние руководители Китая не скрывают того, что воспользовались экономической программой, которую еще в 1964 г. предложил Алексей Николаевич Косыгин. Они ее взяли и развивают. Юрий Владимирович Андропов, выступая на праздновании 60-летия образования Советского Союза в 1982 г., тоже сказал: нам надо очень серьезно подумать, что же мы построили. Полагаю, что если бы в тот период директорам заводов дали определенную экономическую свободу, развитие СССР пошло бы по другому пути.

— А что Вы думаете о Сталине?

— Мне кажется, придет время, когда о нем все-таки скажут доброе слово. Не все же его ругать. Да, у него были серьезные ошибки, были репрессии, но есть официальные данные, что сейчас в тюрьмах сидит больше народу, чем сидело при нем. Со Сталиным мы победили фашизм. Он знал каждого командира дивизии по фамилии, имени и отчеству, знал, где каждая дивизия находится в тот или иной момент, на каком участке фронта.

А после его смерти Хрущев сказал на съезде: Сталин выиграл войну по глобусу. Нет, не по глобусу — он реально руководил войсками. Станции метро были достроены и пущены в войну, а сразу после войны, когда было еще очень тяжело, в Москве построили семь высотных зданий. В декабре 1947 г. была отменена карточная система, а затем каждый год в марте снижались цены на продукты питания и ширпотреб.

— Как Вы оцениваете события осени 1993 г.?

— Если бы Ельцин смирил гордыню и не посредники вели бы переговоры с Белым домом, а он сам приехал туда и сказал: «Мужики, давайте жить дружно!» — может быть, и не было бы такого противостояния. Ведь если бы воинские части поддержали Белый дом, как призывал Руцкой, началась бы настоящая гражданская война.

— А могли поддержать?

— Могли. В 1992 г. я участвовал в Общесоюзном офицерском собрании, которое проходило в Кремле. Знаете, как тогда резко вопросы ставились? Если офицеры по восемь месяцев не получали зарплату, как жить?

— Это правда, что «Альфа» имела приказ о том, чтобы любой ценой освободить Белый дом?

— Я в своей книге подробно пишу о том, как все было на самом деле. Приказ был: бандиты засели в Белом доме, надо с ними разобраться. В Белом доме шла война, в которой участвовали и МВД, и воинские подразделения, например 45-й парашютный полк. Но захват Белого дома не был осуществлен. Туда были направлены парламентеры из «Альфы», которые предложили руководителям, находящимся там, свои условия. Одно из них было принято: защитники Белого дома будут выходить под контролем «Альфы» и «Вымпела». И все равно и «Вымпел», и «Альфа» попали в немилость. В 1993 г. Ельцин подписал указ, в соответствии с которым «Вымпел» передавался в систему МВД. Ушло туда вместе с командиром всего 48 бойцов из 600 с лишним человек личного состава, а большая часть уволилась, и несколько человек пришли к нам. «Альфу» ждала такая же участь.

Я принял энергичные меры к тому, чтобы ее сохранить — ходил по разным кабинетам.

— Когда началось возрождение «Альфы»?

— Не только «Альфа», но и государство начало возрождаться при Путине. И дай Бог, чтобы этот поступательный процесс продолжался. Та страна, которую он принял, представляла собой нечто ужасное. Сейчас ситуация изменилась, люди без страха живут и работают.

— А что было самое страшное в конце 1990-х гг.?

— У нас не было армии как таковой. Ведь тогда Россию можно было взять голыми руками. Путин добился больших успехов во внешней политике. Налаживание личных связей с лидерами разных стран во многом способствовало стабилизации. Заработали заводы, мы в определенной степени подняли промышленность, хотя это надо делать во много раз быстрее и лучше.

— Почему внешние враги не нанесли удар по России тогда, когда она была беззащитна?

— Не рискнули. Полагаю, они помнят уроки, которые преподала им Красная армия. Сейчас наши Вооруженные силы возрождаются, офицеры стали получать квартиры, им поднимают зарплату. Мы сейчас потихоньку начали крепнуть, набирать силу. А нашим противникам не нужна мощная Россия, им нужен сырьевой придаток.

— А успеем окрепнуть?

— Думаю, что успеем, если будем так же настойчиво заниматься упрочением обороны.

— Какие сейчас имеются наиболее страшные внутренние и внешние угрозы для России?

— Главная внутренняя угроза — терроризм на Северном Кавказе, но уже не в Чечне, а в Дагестане и Ингушетии. Чтобы решить эту проблему, там надо развивать экономику, обеспечивать условия для повышения уровня занятости населения. Людям негде работать, и они идут в бандиты — за это им платят деньги.

В Чечне мы разбили международный терроризм, перекрыли каналы его финансовой подпитки, хотя до сих пор имеют место отдельные вылазки.